— Чжан Бо, ты что несёшь?
Лицо Нин Юэ мгновенно заледенело.
— Забыл, кто тебя тогда вытащил?
— Мы все голодные! Сколько ещё прикажешь ждать? — Чжан Бо вытаращил глаза. — Эту траву уже третий раз переваривают! Ещё немного — и от неё вообще ничего не останется!
— Это последняя еда. Её накопал мой отец с остальными! — Глаза у Нин Юэ обиженно заблестели. — Их нет три дня. Если они ничего не нашли, то вернутся голодные, без сил, а если им даже поесть будет нечего...
— Нин Юэ, то есть из-за твоег
— Чжан Бо, ты что несёшь?
Лицо Нин Юэ мгновенно заледенело.
— Забыл, кто тебя тогда вытащил?
— Мы все голодные! Сколько ещё прикажешь ждать? — Чжан Бо вытаращил глаза. — Эту траву уже третий раз переваривают! Ещё немного — и от неё вообще ничего не останется!
— Это последняя еда. Её накопал мой отец с остальными! — Глаза у Нин Юэ обиженно заблестели. — Их нет три дня. Если они ничего не нашли, то вернутся голодные, без сил, а если им даже поесть будет нечего...
— Нин Юэ, то есть из-за твоег
— Чжан Бо, ты что несёшь?
Лицо Нин Юэ мгновенно заледенело.
— Забыл, кто тебя тогда вытащил?
— Мы все голодные! Сколько ещё прикажешь ждать? — Чжан Бо вытаращил глаза. — Эту траву уже третий раз переваривают! Ещё немного — и от неё вообще ничего не останется!
— Это последняя еда. Её накопал мой отец с остальными! — Глаза у Нин Юэ обиженно заблестели. — Их нет три дня. Если они ничего не нашли, то вернутся голодные, без сил, а если им даже поесть будет нечего...
— Нин Юэ, то есть из-за твоег