Глава 104 — Рабыни

Огромная обезьянья ладонь пошла вниз, и Даньдань в ужасе вцепилась сестре в одежду: — Сестра! Спаси... — и разревелась. Как-никак ей было всего восемнадцать. Одного замаха обезьянёнка хватило, чтобы довести её до слёз. — Стой! Ли стиснула зубы и одним движением сдёрнула с пальца пространственное кольцо. Протянула его Чжао Иню обеими руками: — Всё чудесное, что у нас есть, — здесь. У тебя «Око соглядатая», ты и сам видишь, что это пространственное кольцо... И осеклась. На руке Чжао Иня было два кольца, оба чудесные. И одно из них — точь-в-точь как её собственное! Ли машинально включила «Око соглядатая» и оглядела его. Шапка, кольцо-накопитель, перчатка... колготки в сеточку. Кожаный доспех на нём чудесным снаряжением не был, но сшит был из шкуры зверя-мутанта! Причём её талант с трудом различал у всех этих вещей только названия и ранги. А у кулона на шее не мог разглядеть даже названия. Ли понимала, что это может значить только одно: ранг кулона выше её таланта на много, много ступеней. «Да сколько же он перебил высокоранговых мертвецов?!» Этот человек был ещё страшнее, чем ей казалось. А Чжао Инь уже забыл о ней — всё его внимание забрало кольцо. Тоже A-ранга, но вместительнее его собственного на два кубометра — целых двенадцать. Добрую половину добра составляли женские предметы роскоши из старого мира. Одежда на все времена года, новёхонькая, заранее упакованная в вакуумные пакеты. Колготки, бельё, обувь всех фасонов. Кремы, косметика, духи... Чего там только не было! Сплошь дорогие марки — и занимало всё это кубометров пять-шесть. Обычной еды — килограммов шестьдесят: галеты, сосиски, лапша... Всё давно испортилось. Килограмма четыре вяленого мяса псевдомутантов. Обычный самодельный лук и сотня стрел. Из чудесного снаряжения — длинная сабля D-ранга, самурайский меч F-ранга, нож-бабочка и две армейские куртки. Из чудесной еды — шесть бутылок «Нунфу», булочка с начинкой, две пачки лапши и банка тунца. По меркам конца света сёстры были богачками. Вот только роскошь из прошлого мира они до сих пор берегли как сокровище. Чжао Инь перевёл взгляд на сестёр. Обе в обычной одежде, а две армейские куртки валяются в кольце без дела. Чем они вообще думают? Не будь ему нужно, чтобы они делали стрелы, он бы давно прикончил эти два бесполезных создания. Чжао Инь перегнал всю женскую роскошь в кольцо поменьше, остальное — в то, что побольше, и бросил меньшее Сяодао: — Держи. — Ты мне отдаёшь пространственное кольцо?! — Сяодао поймала его и не поверила своим ушам. — Я же обещал. У Сяодао глаза превратились в сияющие полумесяцы: — Правда насовсем? Назад не заберёшь? — Посмотрим, — Чжао Инь скривил губы. — Хм! Обручальное кольцо, подаренное невесте, назад не отдают! — Сяодао радостно надела кольцо на палец. — Ух ты! Сколько платьев красивых, сколько туфель... Чжао Инь, вечером я искупаюсь и устрою тебе показ мод! Сёстры проводили своё добро страдальческими взглядами, но и пикнуть не посмели. Тратить слова на Сяодао Чжао Инь не стал. Он просто исчез с места и отправил всё только что добытое снаряжение в стену живого пространства. Поперечник дорос примерно до девятисот пяти метров — свободной земли заметно прибавилось. Через несколько секунд Чжао Инь снова стоял там же, где и был. Сёстры оцепенели. Это ещё что за способность? Первой опомнилась Ли. Взгляд её заиграл, и она заговорила тоненько, нараспев, ласкаясь: — Братан, ну пожалуйста, не надо нас в рабыни. Мы с сестрой обе эволюционеры, у меня талант — мы тебе много в чём пригодимся! — Рабыни пригодятся больше, — холодно отрезал Чжао Инь. — Вы штурмовали мой грот и до сих пор живы только потому, что от вас ещё может быть толк. — Братан, мы с сестрой и постирать можем, и приготовить, и чаю подать. Устанешь — я массаж умею. А если тебе станет холодно, одиноко... я... я могу согреть тебе постель. Пожалуйста... Ли не сдавалась. При всей своей расчётливости на последних словах она всё-таки залилась румянцем — и от этого стала ещё соблазнительнее. До конца света она возглавляла компанию на сотни миллиардов, семейный бизнес раскинулся по всему миру, и мужчины рядом с ней лишний раз поднять на неё глаза не смели. Чжао Инь сверкнул глазами и ткнул в сестёр пальцем: — С сегодняшнего дня никаких «Ли». Слух режет. Ты теперь Рабыня-Один, а твоя сестра — Рабыня-Два! За две жизни через его руки прошло столько женщин, что эти две были для него не более чем ресурсом. Недаром говорят, что над похотью всегда занесён нож: сколько мужиков сгубило то, что у них в штанах, — не счесть. Такой детской ошибки Чжао Инь не совершит. — Сейчас я отведу вас в живое пространство. Будете делать мне стрелы. Хорошо поработаете — потом продам вас в приличный лагерь. Плохо — и куда вас продадут, я не знаю. Говорят, во многих лагерях, когда кончается еда, женщин называют «двуногими овцами». Сёстры переменились в лице. Что значит «двуногие овцы», они знали прекрасно. Больше Чжао Инь на них не смотрел. — Все — рубить берёзы! В конце света большинство растений стали в разы прочнее и упруже прежнего. Стрелы, которыми стреляла Даньдань, были как раз из берёзы — и запросто убивали мертвецов F-ранга. А с наконечниками из крысиных когтей и E-ранговым мертвецам не поздоровится. Звери двинулись к роще, где прятались сёстры: берёз там росло немало. Стволы толщиной в сорок-пятьдесят сантиметров крысы-гиганты перерубали когтями в несколько взмахов. Обезьянёнок, сжимая в обеих лапах по когтю крысиного короля, валил дерево с одного удара, будь оно хоть тонкое, хоть толстое. С грохотом одна за другой падали берёзы. За какие-то десять с небольшим минут от берёзовой рощи не осталось ничего. Очищенные от веток стволы сложили в кучу — вышла целая гора брёвен. — Хватит! — поспешно остановил их Чжао Инь. Этого двум рабыням хватит, чтобы корпеть над стрелами до седых волос. Обычный ресурс впрок запасать незачем. Он убрал все брёвна вместе с нарубленным бамбуком, а потом забрал в живое пространство обеих рабынь, У Сюэгуя и Ван Сяолэй. И вывалил перед ними все когти серых крыс. — Сколько стрел из этого выйдет? — спросил он у Даньдань. Девушка, лишь месяц назад отметившая восемнадцатилетие, смотрела перед собой потухшими, полными страха глазами и, погружённая в свои мысли, вопроса не расслышала. — Ч-что? — испуганно вскинулась она. — Если делать из этого наконечники — сколько выйдет? — в глазах Чжао Иня мелькнуло раздражение. — Из такого... по размеру — три наконечника с одного. Тут их тысяч семь-восемь... Если не считать брака — около двадцати тысяч наконечников! — сбивчиво ответила Даньдань. Ли подняла один коготь — и лицо её застыло. — Это что... когти крыс-мутантов? Даньдань тоже присмотрелась — и широко раскрыла глаза. Все когти, что вывалил Чжао Инь, до единого были крысиные! Сёстры долго не могли прийти в себя. Обеим разом вспомнилась та самая стая, при одном упоминании которой в горах Давэй бледнели все до единого. Он что, перебил её целиком? Выходит, и тех крыс-гигантов он приручил тогда же? Этот человек стал в их глазах ещё на ступень страшнее.