Глава 24 — Глава 24. Подойди-ка сюда

Глава 24. Подойди-ка сюда Чу Сяоюй, тот самый парень с прилизанными волосами, среагировал первым. Ярость ударила ему в голову. Он подскочил к менеджеру и с силой толкнул его в грудь. — Убери руки, ублюдок! Кто тебе позволил распускать лапы?! Менеджер Ван, не ожидавший нападения, пошатнулся. Вино из бокалов выплеснулось, оставив багровые пятна на его белоснежной рубашке и дорогом пиджаке. Лицо менеджера мгновенно побагровело от гнева. — Ах ты щенок! — взревел он, отшвыривая пустые бокалы. — Строишь из себя героя? Эта девка мне все глаза проглядела, намекала как могла! Думаете, я просто так дал скидку? А теперь, когда получили своё, решили поиграть в недотрог? Ван был тертым калачом. Одного взгляда на компанию ему хватило, чтобы понять расклад: кучка наивных оленей, которых одна хитрая девица разводит, как лохов. — Да вы стадо баранов! — продолжал он орать, брызгая слюной. — Она вас всех держит в своём аквариуме, а вы и рады ей ноги целовать! Чу Сяоюй не слушал. Его трясло от бешенства. Он схватил Вана за лацканы пиджака: — Извинись! Немедленно извинись перед Мэйшэн, грязное животное! Менеджер Ван резко ударил по рукам студента, сбивая захват. — Извиниться? Я извинюсь только тогда, когда рак на горе свистнет! Вы взяли мои бонусы — платите! Либо эта красотка садится рядом и пьет со мной как полагается, либо забудьте о скидке! Платите полную стоимость прямо сейчас и выметайтесь отсюда! — У нас забронирован пакет на два с половиной часа! — процедил Чу Сяоюй, его лицо потемнело. Торт был только разрезан, вечеринка в самом разгаре. Быть вышвырнутыми сейчас — это позор, который невозможно смыть. — Два с половиной часа? — Ван глумливо рассмеялся. — Это было, когда я думал, что мы договоримся. А стандартный пакет, вон, на стене написано — два часа. У вас есть письменное подтверждение на два с половиной? Нет? Тогда идите жалуйтесь в ООН! — Ты хоть знаешь, кто я? — голос Чу Сяоюя стал ледяным, он попытался включить режим «золотой молодежи». — Ты уверен, что хочешь иметь проблемы со мной? Менеджер Ван презрительно скривил губы: — Ну, одет ты неплохо, вижу. Папочка, небось, бизнесмен средней руки? И что? Думаешь, у тебя есть реальная власть? У тебя молоко на губах не обсохло меня пугать. Тут в конфликт вступил Юэ Фэн, парень крупного телосложения. Он шагнул вперед, нависая над менеджером горой мышц: — Слышь, ты, урод. Нарываешься на драку? Ван, ничуть не испугавшись, сделал шаг навстречу, подставляя лицо: — Давай! Бей! Ну?! Я гарантирую, я даже пальцем не пошевелю в ответ. Я просто лягу здесь, а завтра куплю себе новую машину на компенсацию. А ты, качок, поедешь в участок, получишь судимость, и прощай карьера, прощай диплом. Ну, как, рискнешь? В комнате повисло тяжелое молчание. Юэ Фэн сжал кулаки, но ударить не решился. Тогда вперед вышел Чжао Мосюань, поправил очки и произнес тоном, полным достоинства: — Я вице-президент Студенческого совета Университета Цзянхай. Поверьте мне, одного моего слова достаточно, чтобы студенты нашего вуза навсегда забыли дорогу в это заведение. Вы хотите потерять такую клиентскую базу? Менеджер Ван расхохотался, запрокинув голову: — Ой, боюсь-боюсь! Вице-президент! Да вас там таких десяток бегает. Кстати, один из твоих «коллег» мне денег должен. Думаешь, твоё слово что-то значит в реальном мире? Запретишь всему универу сюда ходить? Не смеши мои тапки, клоун. Он резко сменил тон на угрожающий: — И не забывайте, конфликт начала она. Это она меня провоцировала. Если дело дойдет до администрации вуза, как думаете, чья репутация пострадает больше? А теперь — время вышло. Проваливайте, или я зову охрану. Или, — он гадко ухмыльнулся, — можете оплатить еще один пакет по полному прайсу. Ситуация была патовая. Дело было даже не в деньгах, а в унижении. Уйти сейчас, поджав хвосты, было немыслимо. Заплатить этому хаму сверху — еще хуже. Чу Сяоюй, Юэ Фэн и Чжао Мосюань лихорадочно переглядывались, пытаясь найти выход. Они были готовы задействовать все свои связи, весь свой интеллект, лишь бы не упасть в грязь лицом перед богиней. А в это время в углу комнаты, в мягком кресле, полулежал Линь Чуань. Он смотрел в свой телефон и, казалось, вообще не замечал происходящего. Для него ситуация была прозрачна. Менеджер Ван — мелкий подлец, решивший воспользоваться ситуацией. Но и Е Мэйшэн не ангел. Её «фирменный» взгляд с поволокой действительно можно было истолковать превратно. Она привыкла получать мелкие бонусы за красивые глазки, но в этот раз нарвалась на того, кто решил потребовать плату. По сути, это была грызня жабы с гадюкой. А три рыцаря — Чу Сяоюй, Юэ Фэн и Чжао Мосюань — пытались героически броситься на амбразуру. Линь Чуаню там делать было нечего. Ввязываться в драку из-за Е Мэйшэн? Глупо и неэстетично. Зато это был идеальный момент для реализации его плана. Е Мэйшэн, видя, как её защитники сдулись перед наглым менеджером, почувствовала разочарование. Всё-таки, они еще дети. Она бросила взгляд в угол, надеясь на поддержку, но увидела Линь Чуаня, увлеченно тыкающего пальцем в экран смартфона. Он выглядел так, будто выбирает обои для рабочего стола, пока её тут оскорбляют. Её брови сошлись на переносице. «Вчера он казался более надежным. А сейчас... тряпка», — подумала она. *Дзынь!* [Е Мэйшэн: Симпатия -10.] Линь Чуань едва заметно улыбнулся. О, как замечательно! Симпатия падает так же легко, как осенние листья. Она сомневается в нём — отлично. Вернуть её расположение потом будет проще простого. Он продолжил игнорировать конфликт, лениво откинувшись на спинку кресла. Прошло еще полминуты. *Дзынь!* [Е Мэйшэн: Симпатия -10.] «Так, общий прирост симпатии упал до 101. Больше снижать нельзя, иначе уйду в минус», — решил Линь Чуань. Пора действовать. Но сначала — деньги. Его пальцы летали по экрану. Он уже выбрал товары, теперь оставалось только нажать «Оплатить». Миллион юаней улетел в цифровую бездну за считанные секунды. Система начала сыпать предупреждениями, но Линь Чуань мысленно отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. «Заткнись, тупая железяка. Я знаю, что делаю. Я не просто трачу деньги, я готовлю почву для третьего этапа». Как только последний юань списался со счета, в голове прозвучал приятный звон: [Поздравляем! Вы выполнили Основное Задание №2. Награда: 200 000 юаней и 2 Шанса Счастливой Лотереи.] Лотерею он оставил на потом. Такие вещи нужно делать в тишине и покое, предварительно помыв руки на удачу. И тут же задание обновилось. [Третий Капитал Верного Пса: Добавлен один ноль.] [Основное Задание №3: Потратить Третий Капитал Верного Пса в течение семи дней. Цель: повысить симпатию красотки с рейтингом выше 8 баллов на 200 единиц.] [Награда за выполнение: 300 000 юаней и 3 Шанса Счастливой Лотереи.] [Наказание за провал: Замораживание всех оставшихся средств Капитала Верного Пса.] — Как я и думал, добавили нолик. Десять миллионов... Прекрасно. Время начинать операцию по присвоению третьего транша, — подумал Линь Чуань. Он медленно поднялся с кресла. Его движения были плавными, ленивыми, но в них чувствовалась скрытая сила. Он посмотрел на беснующегося Менеджера Вана и негромко, но властно произнес: — Ты. Подойди-ка сюда. Он поднял руку, подзывая менеджера, словно собаку. Рукав его рубашки слегка сполз вниз. Линь Чуань не выставлял свои часы напоказ специально. Он считал, что постоянно тыкать всем в лицо своим богатством — это удел нуворишей и плебеев. Настоящая роскошь должна быть заметна лишь тогда, когда это необходимо. И сейчас это было необходимо. Менеджер Ван уже открыл рот, чтобы послать наглеца куда подальше, но слова застряли у него в горле. Его профессиональный взгляд, наметанный на дорогие вещи, зацепился за запястье Линь Чуаня. Там, в мягком свете лампы, тускло поблескивали Patek Philippe. Ван знал эту модель. Он видел её в каталогах, о которых мог только мечтать. Эти часы стоили больше двух миллионов. Два. Миллиона. Юаней. На. Запястье. Сердце менеджера пропустило удар. Холодный пот выступил на спине. Он перевел взгляд на лицо Линь Чуаня, потом на его одежду. Спокойствие. Абсолютное, ледяное спокойствие человека, который может купить этот ресторан вместе со всем персоналом, даже не заметив расхода. Ван мгновенно сдулся. Его спесь испарилась. Он знал одно правило жизни: ты можешь лаять на кого угодно, но не на волка. Такие парни, как Чу Сяоюй — это просто дети с карманными деньгами. А человек с Patek Philippe на руке — это Власть и Капитал с большой буквы. Связываться с таким — самоубийство. Лицо менеджера мгновенно преобразилось. Гневливая гримаса сменилась заискивающей, почти лакейской улыбкой. Он поспешно подошел к Линь Чуаню, слегка сгорбившись в поклоне: — Ох, простите, я не заметил вас сразу! Виноват, каюсь, глаза меня подвели! Я сам себя накажу, выпью штрафную! Господин, чем я могу быть вам полезен? В комнате воцарилась гробовая тишина. Одногруппники смотрели на эту метаморфозу, вытаращив глаза. Е Мэйшэн, забыв о своей роли королевы, удивленно уставилась на Линь Чуаня. Что только что произошло?