Линь Ваньшэн медленно разжал кулаки. Он поднял голову и, посмотрев на них, криво усмехнулся:
— Кого я вижу? Две футбольные звезды со средним баллом ниже двойки.
— Что, летние занятия в школе уже закончились?
Лицо Кевина мгновенно побагровело.
— Какого хрена ты несёшь?
— Я ничего не путаю? Кажется, в конце прошлого семестра кое-кто с треском завалил алгебру. Со средним баллом ниже двух ты должен исправлять оценки, а не на сборы ездить, разве не так?
Эти слова попали в самое больное место. Да, они, как и Линь Ваньшэн, не могли участвовать в летних сборах. В американском школьном спорте действовало железное правило: «No Pass, No Play» – «Не сдал – не играешь».
Неважно, насколько ты силён, быстр или незаменим для команды. Стоило завалить хотя бы один основной предмет или опустить средний балл ниже 2.0, как тебя тут же отстраняли от игр до тех пор, пока ты не исправишь оценки.
В сознании Линь Ваньшэна даже промелькнуло суровое лицо учительницы алгебры. Она, словно волшебник в белых одеждах из кино, простирала руки к Марку и Кевину и громогласно объявляла:
— YOU SHALL NOT PASS! Вы не сдали!
При этой мысли он не удержался и фыркнул.
Этот смешок окончательно вывел Кевина из себя.
— Чинк, ты чего, мать твою, ржёшь?! — взревел он и шагнул вперёд, чтобы схватить Линь Ваньшэна за воротник.
— Хватит, Кевин! — Марк дёрнул его за руку.
Из-за неуместного выпада Кевина лицо капитана стало ещё мрачнее. Но было поздно. Чётко прозвучавшее слово «чинк» заставило уличный гул на мгновение стихнуть, и десятки взглядов устремились в их сторону. Особенно выделялись несколько крепких китайцев с татуировками драконов и тигров на руках, куривших неподалёку. Они загасили сигареты и, недобро косясь, стали медленно их окружать.
Марк понял, что дело плохо – Кевин втянул их в большие неприятности. Не говоря больше ни слова, он мёртвой хваткой вцепился в вырывающегося дружка и почти силой потащил его в толпу. Лишь в последний момент он обернулся и злобно бросил:
— В школе жди меня!
Они думали, что смогут так просто уйти, но окружившие их китайцы явно не собирались их отпускать. Они преградили им путь и, подталкивая, затащили обоих в тёмный переулок.
Глядя, как их спины исчезают в проулке, Линь Ваньшэн мысленно поаплодировал их отваге. Орать «чинк» в Чайна-тауне – это надо иметь смелость.
Воспользовавшись моментом, он собрал своё снаряжение и повернул домой. И в это самое мгновение в его голове наконец снова раздался долгожданный голос:
【Труд завершён, награда прибыла.】
【Поздравляем с обретением плода словесного духа (английский).】
【Дабы превзойти варваров, должны овладеть их искусством. Дабы утвердиться здесь, должны сперва наточить свой инструмент. Язык – первейший из инструментов.】
【Ты говорил со ста мужами, усердно искал, и рвение твоё очевидно.】
【Вкуси сей плод, и все тонкости английской речи станут тебе подвластны, и сможешь ты говорить без преград.】
Перед глазами Линь Ваньшэна развернулась полупрозрачная панель инвентаря. В первой ячейке тихо лежал кристально чистый плод.
К счастью, за последние дни, готовясь к общению с системой, он подтянул свои знания древних текстов и теперь с горем пополам понимал смысл. Линь Ваньшэн посмотрел на награду и потерял дар речи.
«Плод словесного духа? — пробормотал он про себя. — Да у меня по продвинутому английскому твёрдая пятёрка с плюсом, зачем мне эта штука? Система меня явно недооценивает. В школе даже у прирождённых американцев оценки за сочинения редко бывают выше моих».
Внезапно его осенило. Он мысленно коснулся плода, пытаясь «извлечь» его из инвентаря. В тот же миг в его сознании возникло ясное понимание: плод не только мог принять вид любого фрукта, какого он пожелает, но и, что самое поразительное, его мог съесть кто угодно!
Он тут же вспомнил, как утром едва успел спрятать журнал, когда мать чуть не выломала дверь. Вспомнил, как она в последнее время постоянно твердила, убиваясь над учебником: «Если я не выучу этот английский, то когда поеду провожать тебя в университет, даже не смогу спросить, где твоё общежитие. Какой позор!»
Сердце Линь Ваньшэна забилось чаще. Это значит, что если отдать плод маме, ему больше не придётся быть ходячим переводчиком! Наконец-то у него будет свободное утро!
Отлично! Он сжал кулаки, едва сдерживая восторг.
…
Он шёл домой вприпрыжку, сияя от радости. Когда он свернул на Канал-стрит, его внимание привлёк чей-то голос.
— Реальный товар, мужик! Зацени! — кричал темнокожий парень, сидевший на корточках у дороги. Перед ним на куске ткани были разложены всевозможные «горячие» предметы роскоши.
Такая картина в современном Нью-Йорке уже никого не удивляла. Несколько лет назад был принят спорный закон о реформе залога, который фактически декриминализовал мелкие кражи и грабежи на сумму до тысячи долларов. С тех пор «шопинг за ноль долларов» стал уникальной американской достопримечательностью.
Город захлестнула волна магазинных краж – в среднем более двухсот случаев в день. Страдали все: от сетевых аптек до флагманских бутиков. Крупные люксовые бренды, столкнувшись с налётчиками, врывавшимися в магазины средь бела дня, могли лишь приказать охране и персоналу не вмешиваться. Ведь огромная компенсация за производственную травму или судебные разбирательства из-за стычки обходились куда дороже, чем несколько украденных сумок.
Так и родилась эта причудливая уличная экосистема. Что для магазинов было катастрофой, для этих «уличных предпринимателей» стало бизнес-возможностью, а для прохожих вроде Линь Ваньшэна – прекрасным шансом пощипать капиталистическую овцу.
Он остановился и с интересом принялся разглядывать товар. Похоже, этот парень только что хорошенько отоварился в бутике Louis Vuitton – ассортимент был впечатляющим.
Линь Ваньшэн вспомнил, что за последние дни, притворяясь сотрудником некоммерческой организации, он заработал пару сотен баксов. До начала учёбы оставалось две недели, и он хотел поехать со школьной группой посмотреть университеты в другом штате. Но родители его идею не поддерживали – они хотели, чтобы он остался в Нью-Йорке.
Так что, если он хотел осуществить свой план, нужно было заранее задобрить мать – истинную главу семьи.
Линь Ваньшэн указал на сумку модели Carryall.
— Почём эта?
Парень мельком взглянул на него:
— Пятьсот долларов.
Ничего себе. На официальном сайте сумка стоила две тысячи семьсот, а этот парень предлагал её с огромной скидкой. Но Линь Ваньшэн решил, что для товара, доставшегося бесплатно, пятьсот баксов – это всё равно грабёж. В нём мгновенно проснулся врождённый китайский талант к торговле, и он вступил в словесную перепалку с продавцом.
Он как раз взял сумку в руки, указал на почти невидимую царапину и собирался использовать её как аргумент для дальнейшего торга, когда неподалёку раздался вой сирены.
Парень изменился в лице, одним движением свернул свою скатерть-самобранку, закинул узел на плечо и тут же растворился в толпе.
Мимо Линь Ваньшэна промчалась полицейская машина.
Он посмотрел на сумку, которую не успел положить обратно, затем на удаляющихся полицейских.
«Вот она, американская специфика, – подумал он. – Повезло».
Обновлено: 22.01.2026