Воздух в комнате для допросов полицейского участка Спрингвуда застыл, словно кусок железа.
Мертвенно-бледный свет ламп падал сверху, отбрасывая длинные тени Эдварда и Айрам на холодную поверхность металлического стола.
Офицер Дональд Томпсон, отец Нэнси, сидел напротив них. Лицо его было серым от усталости, рука сжимала ручку, но он так и не вывел в протоколе ни единого слова.
В голове царил хаос.
Запертая намертво дверь, рваные раны, появившиеся на Глене из ниоткуда, и этот мягкий ореол света над головой юноши… За тридцать лет службы старый коп повидал всякое, но сегодня его привычная картина мира была разбита вдребезги и стерта в пыль.
— Значит, — голос Дональда был хриплым и сухим; он потер воспаленные глаза, — вы утверждаете, что Фредди Крюгер превратился в некое подобие… злого духа из сновидений и теперь охотится на детей города?
— Можно сказать и так, хотя слово «дух» не совсем верно, — Эдвард откинулся на спинку стула, держась так непринужденно, словно они беседовали в кафе. — Он скорее сгусток злобы и обиды, укравший силу снов. Законы реальности на него не действуют, но там, в грезах, он всемогущ.
— Сущность, которая обожает играть со своей добычей и упиваться её страхом, — добавил Эдвард.
Айрам молча сидела рядом. Через зеркала она видела сотни исковерканных человеческих душ, но существ вроде Фредди, способных связать мир снов и явь, встречала впервые.
— Кто вы вообще такие? — Дональд в упор посмотрел на Эдварда. — И не надо сказок про экзорцистов из Ватикана. Вы выглядите ненамного старше Нэнси.
— Мы – проезжие охотники на демонов, — с самым серьезным видом ответил Эдвард.
От такого ответа Дональд едва не переломил ручку пополам.
Он глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться.
Кем бы ни были эти двое, они действительно спасли Глену жизнь. Тот свет, та сила – они были реальны.
— Как состояние Глена? — Спросила Айрам, нарушая затянувшуюся паузу.
При упоминании парня лицо Дональда немного смягчилось. — Врачи его осмотрели. Раны глубокие, но жизни ничего не угрожает. Но они не могут объяснить их происхождение… Придется оформить это как акт… членовредительства. — Он замолчал, и в его голосе зазвучало бессилие. — Это безумие. Смерть Тины, обвинение Рода, теперь Глен… Всё происходит в точности так, как говорила Нэнси в своем кошмаре.
— Стало быть, офицер Томпсон, теперь вы верите словам своей дочери, — констатировал Эдвард. Это не был вопрос.
Дональд помолчал, после чего тяжело кивнул. — У меня нет выбора.
— Отлично. Значит, можно пропустить стадию убеждений и перейти сразу к делу, — Эдвард подался вперед. — Позовите Нэнси. Она – ключ к решению этой проблемы.
— Нет! — Дональд почти выкрикнул это. — Я не позволю ей больше ввязываться в этот кошмар!
— Она уже в самом центре водоворота, офицер, — голос Эдварда был ровным, но в нем чувствовалась неоспоримая мощь. — Фредди уже пометил её и её друзей. Вы думаете, что заперев её дома и не давая спать, вы обеспечите ей безопасность? Человек не может бодрствовать вечно. Побег лишь копит страх, а страх – это топливо для Крюгера. Он будет становиться всё сильнее, пока в один прекрасный момент Нэнси не моргнет – и он затянет её в ад.
Каждое слово Эдварда, точно тяжелый молот, било по самообладанию Дональда. Он понимал: парень прав.
— И… что же делать? — Впервые в жизни он чувствовал себя настолько беспомощным перед кем-то настолько молодым.
— Позовите её. Составим план, — повторил Эдвард. — Мы здесь, чтобы помочь, а не навредить.
Дональд долго всматривался в глаза Эдварда, после чего всё же потянулся к рации и приказал привести Нэнси, ожидавшую в коридоре.
Через пару минут девушка вошла в комнату. Увидев Эдварда и Айрам, она посмотрела на них с благодарностью и затаенным любопытством.
— Садись, Нэнси, — Эдвард указал на свободный стул.
Девушка послушно села, переводя взгляд с отца на Эдварда в ожидании продолжения.
— Фредди Крюгер, — начал Эдвард без лишних предисловий. — Родители Улицы Вязов должны помнить это имя. Маньяк, замучивший в котельной больше двадцати детей. Из-за ошибки следствия и нехватки улик его отпустили, и тогда разъяренные родители заперли его в той самой котельной и сожгли заживо.
Когда Эдвард заговорил об этой похороненной тайне, лицо Дональда исказилось. Очевидно, он был одним из тех, кто знал правду.
— Откуда… откуда тебе это известно? — Голос офицера дрогнул.
— Это не имеет значения, — отрезал Эдвард. — Важно то, что его злоба не исчезла. Она слилась со страхом детей и той котельной, даровав ему силу творить во сне всё, что заблагорассудится. Он вернулся, чтобы отомстить детям тех, кто его сжег.
Нэнси побледнела. Теперь она понимала, почему это чудовище вцепилось именно в них.
— Как нам с ним бороться? — Спросила она. Голос дрожал, но в нем уже не было прежней истерики – только решимость.
— Во сне мы его не убьем. Но в реальности он – всего лишь обгоревший урод, — выдал решение Эдвард. — Поэтому план прост.
Он посмотрел Нэнси прямо в глаза и четко проговорил:
— Тебе нужно войти в сон. Найти его. И в тот момент, когда он решит нанести удар, схватить его и… заставить себя проснуться. Ты должна вытащить его из сна прямо в наш мир.
В комнате воцарилась гробовая тишина.
— Нет! Категорически нет! — Дональд вскочил, ударив кулаком по столу. — Это безумие! Я просил вас о помощи, а не предлагал сделать мою дочь наживкой!
— Папа! — Нэнси тоже встала, не отводя взгляда от отца. — Это единственный шанс, ведь так? Мы не можем позволить умереть кому-то еще! Тина мертва, Род за решеткой, Глен едва не погиб… Я больше не буду прятаться!
— Но…
— Папа, пожалуйста, верь мне. — Взгляд Нэнси был тверд как никогда. — И поверь им. Они спасли Глена. Они знают, как справиться с этой тварью.
Дональд смотрел на дочь, поражаясь её стойкости, затем перевел взгляд на невозмутимого Эдварда. Разум твердил, что это бред сумасшедшего, но реальность заставляла верить.
— Ты можешь гарантировать её безопасность? — Дональд посмотрел на Эдварда почти с мольбой.
— Гарантирую, — отчеканил Эдвард с абсолютной уверенностью. — Я буду рядом. Фредди и волоска с её головы не тронет.
Это обещание стало последней каплей, сломившей оборону Дональда. Он бессильно опустился на стул, будто из него разом выкачали все соки.
— Ладно… Я согласен, — выдавил он. — Что от меня требуется?
— Отлично, нам нужно подготовиться. — Уголки губ Эдварда приподнялись в улыбке иллюзиониста, готового показать свой лучший фокус. — Во-первых, приготовьте самую крепкую камеру. Лучше ту, что для особо опасных преступников: бетонные стены и одна усиленная железная дверь.
— Сделаем, такие есть, — кивнул Дональд.
— Во-вторых, — Эдвард загнул второй палец, — мне нужны инъекции адреналина. Те, что используют при реанимации при остановке сердца.
— Адреналин? — Дональд нахмурился. — Зачем?
— Фредди умеет удерживать жертву в коме или создавать иллюзию пробуждения. Когда Нэнси схватит его, нам понадобится самый мощный «будильник», который мгновенно вернет её в сознание и вырвет Крюгера в реальность, — пояснил Эдвард. — Мощный физиологический шок от адреналина – лучший вариант.
Дональд уловил логику. План звучал дико, но последовательно. Он взял рацию и начал отдавать приказы:
— Очистить камеру номер три в блоке «Ц», вынести всё лишнее! И отправьте машину в городскую больницу: пусть изымут три ампулы адреналина в большой дозировке. Немедленно!
Маховик полицейского участка Спрингвуда закрутился.
Нэнси смотрела на юношу, который так уверенно распоряжался ситуацией, и чувствовала, как ужас внутри неё понемногу вытесняется чем-то, похожим на надежду.
— Когда мы начнем? — Спросила она.
Эдвард взглянул на настенные часы. Стрелки приближались к трем часам ночи.
— Не спеши. — Он встал и размял плечи. — Наберись сил. Как только всё будет готово, приступим. В конце концов, чтобы поймать крупную рыбу, наживка должна быть первой свежести.
Обновлено: 19.02.2026