Выходные наступили точно в срок.
Прошедшая неделя выдалась для Эдварда крайне насыщенной. Днем школьная жизнь текла своим чередом, не тревожа тихую гладь будней, но стоило сумеркам опуститься на город, как его «внеклассные занятия» становились яркими и разнообразными.
Их «академический обмен» с Дженнифер продвигался семимильными шагами. Почти каждую ночь они проводили «глубокие симпозиумы», детально изучая анатомию человеческого тела и принципы механики. Местом проведения этих конференций обычно служил салон изрядно раскачивающейся машины или скрипучая кровать в мотеле.
— Твое мастерство вождения… — Дженнифер после очередного раунда лениво потянулась и прильнула к груди Эдварда. Ее тонкие пальцы выписывали круги на его кубиках пресса, а голос звучал с хрипотцой глубокого удовлетворения. — …становится все лучше и лучше. Ты всегда находишь самые захватывающие маршруты, да и лошадиных сил тебе не занимать.
Эдвард тихо усмехнулся. Обняв ее за гладкое плечо, он совершенно серьезно ответил:
— Мастерство приходит с практикой. В конце концов, в этом деле важны обе составляющие: и безопасность вождения, и удовольствие от прибытия в пункт назначения.
Но кроме «поездок» с Дженнифер, Эдвард не забывал и о Кэрри, оставшейся дома.
Возвращаясь, он всегда уделял время тренировкам ее телекинеза. Сейчас в гостиной Кэрри, закусив губу от напряжения, пристально смотрела на кучу деревянных кубиков. На кончике ее аккуратного носа выступили бисеринки пота.
— Помни, о чем я говорил, Кэрри. Сначала представь в голове то, что хочешь создать. А затем потянись к предмету своим сознанием, словно щупальцами. Мягко «возьми» его, а не пытайся «толкать» грубой силой, — наставлял Эдвард, терпеливо наблюдая со стороны.
Квадратный кубик, покачиваясь, медленно оторвался от поверхности. Он на мгновение завис в воздухе, а затем с хирургической точностью опустился на другой кубик. Следом поднялся второй, третий… Под ментальным контролем Кэрри на столе уверенно рос небольшой замок.
— У меня получилось! Эдвард! — Кэрри восторженно обернулась. Ее глаза сияли так ярко, будто в них отражалось всё звездное небо.
— Блестяще! — Эдвард, не скупясь на похвалу, поднял большой палец вверх. — Видишь? У тебя талант. Контроль куда важнее чистой мощи, и ты уже уловила саму суть.
От этих слов щеки Кэрри вспыхнули румянцем, а ее улыбка стала слаще меда. Глядя на эту искреннюю, детскую радость, Эдвард почувствовал, как в его собственной душе разливается тепло.
Наступило субботнее утро. Солнце заливало улицы мягким светом.
Эдвард, как и договаривались, подошел к дверям городского кинотеатра. Он явился на несколько минут раньше, желая посмотреть, в каком образе предстанет перед ним эта новая «Мария».
Ровно в десять. Ни минутой раньше, ни минутой позже.
Фигура Айрам показалась на углу улицы. Сегодня на ней было шелковое платье на бретельках цвета выдержанного вина, поверх которого она небрежно набросила черную кожаную куртку. Тяжелые ботинки «Мартинсы» завершали образ, делая ее одновременно дерзкой и чертовски привлекательной. Слегка вьющиеся длинные волосы рассыпались по плечам, а легкий макияж лишь подчеркивал аристократическую лепку лица. Особенного внимания заслуживали глаза – яркие, глубокие и опасно хищные.
Она была похожа на черную розу с острыми шипами, мгновенно приковывая к себе взгляды случайных прохожих.
— Ты пунктуален, — Айрам подошла к нему и смерила взглядом с ног до головы, словно оценивала ценный товар.
— Пришел на пять минут раньше, чтобы тебе не пришлось ждать, — Эдвард непринужденно пожал плечами, засунув руки в карманы. — Хотя, видимо, я недостаточно почтенный гость, раз ты не решила прийти пораньше мне навстречу.
Уголок губ Айрам дрогнул в едва заметной усмешке, но она оставила колкость без ответа. — Что смотрим?
— Я думал, ты уже все спланировала, — Эдвард вскинул бровь.
— Свидание – дело двоих. Моей задачей было вытащить тебя сюда. Все остальное зависит от того, как ты себя проявишь, — Айрам мастерски парировала выпад, возвращая инициативу ему.
Эдвард изучил афишу и указал на свежий хоррор:
— Как насчет этого? «Кошмар в лесной хижине». Рейтинги приличные.
Он ожидал, что она, как любая обычная девушка, изобразит испуг или сомнение, что дало бы ему отличный повод «сблизиться» в темном зале.
Но Айрам лишь мельком взглянула на плакат с клыкастым монстром и без особого интереса бросила:
— Детский сад. Но раз тебе нравится – пусть будет он.
В ее тоне сквозила снисходительность взрослого, который согласился посмотреть мультики вместе с расшумевшимся ребенком.
Эдвард потер переносицу, мысленно усмехнувшись: «Ну да, логично. Сейчас в теле Марии сидит Айрам. С чего бы ей бояться ужастиков? Она же сама призрак!»
В кинозале царил полумрак. На гигантском экране жуткие звуковые эффекты сменялись резкими кадрами «скримеров», заставляя зрителей вскрикивать. Особенно старалась парочка по соседству: девушка уже давно спряталась на груди у своего парня.
Эдвард искоса взглянул на Айрам. Она не только не выказывала страха, но и смотрела фильм с явным удовольствием, одну за другой отправляя в рот хрустящие пушинки попкорна. Звук ее жевания на фоне тревожной музыки казался странно неуместным.
Когда на экране из-под кровати внезапно вылезла залитая кровью фигура и с пронзительным воплем бросилась в камеру, зал буквально взорвался от криков.
Эдвард тоже непроизвольно напрягся.
В этот момент он почувствовал прикосновение к руке. Обернувшись, он увидел, что Айрам придвинулась ближе. Ее теплое дыхание коснулось ушной раковины.
— Тебе страшно? — Ее голос звучал тихо, с явной издевкой.
— Это был тактический маневр, — упрямо отозвался Эдвард.
Айрам негромко рассмеялась и придвинулась еще ближе. Ее губы почти касались его уха, когда она произнесла едва слышным шепотом:
— Если ты боишься таких пустяков, то с тобой будет не очень-то весело.
Ее дыхание, словно перышко, прошлось по его мочке, вызывая волну покалывающего оцепенения. Это уже не был намек – это была неприкрытая провокация. Эдвард уловил тонкий аромат ее волос, смешанный со сладким запахом попкорна, что создавало странную, пьянящую смесь.
В голове зазвенели тревожные колокольчики, но тело реагировало куда честнее.
Эдвард незаметно выпрямился, немного увеличив дистанцию, и, глядя ей в глаза, вполголоса спросил:
— Мария бы так себя не вела.
В глазах Айрам мелькнул лукавый огонек. Она не ответила прямо, лишь задала встречный вопрос:
— И кто тебе нравится больше? Прежняя она или нынешняя я?
Этот вопрос, словно брошенный камень, пустил круги по спокойной глади мыслей Эдварда.
Прежняя Мария была робкой, забитой, похожей на испуганного олененка, вызывающего лишь жалость и желание защитить.
А «Мария», стоящая перед ним сейчас, была уверенной, дерзкой и источала опасное очарование. Она была похожа на бушующее пламя, к которому тянешься вопреки здравому смыслу, даже зная, что обожжешься.
— Мне просто любопытно, что заставило тебя так сильно измениться, — Эдвард технично ушел от ответа.
— Люди всегда меняются, разве нет? — Айрам сделала глоток колы и снова перевела взгляд на экран, будто этого короткого диалога и вовсе не было.
Сеанс закончился. Они вышли из кинотеатра, и Эдвард слегка зажмурился от ударившего в глаза яркого света.
— Куда теперь? — Спросил он.
Обновлено: 19.02.2026