Глава 4 — Глава 4: Исчезнувшая память

Глава 4. Потерянные воспоминания Как подсказывал опыт, стоящий перед ней мужчина не был склонен к шуткам или легкомысленному поведению. Поён, запинаясь, начала объяснение: — Понимаете, раз уж вы ничего не помните, позвольте мне всё прояснить... — Попробуйте, — Ынги с серьезным лицом скрестил руки на груди. Поён с сомнением окинула его взглядом с головы до ног и начала рассказ с самой первой их встречи. — Клиент... то есть Чха Ынги, мы впервые встретились перед кафе в районе Чхондамдон. Когда спустя десять минут она закончила рассказывать историю, включая курьез с регистрацией в «Сомдэй», Ынги пристально посмотрел на неё. — И это всё? Поён кивнула в ответ на его недоверчивый вопрос. Всего лишь череда случайных совпадений, из-за которых они оказались связаны? История о женщине, которой нет в его памяти, не казалась чем-то грандиозным. Но тогда почему... Ынги спросил с непонимающим видом: — А как же моё сердце? — Что? «Что он заладил про сердце?» Поён нахмурилась, и в этот момент в палату вошёл Хёнсон. Прежде чем Хёнсон успел спросить, кто такая Поён, Ынги первым вцепился в него: — Брат, это правда, что ты зарегистрировал меня в агентстве по знакомствам под моим именем? Эта женщина утверждает именно так, но мне верится с трудом. Хёнсон, переводя взгляд с Ынги на Поён, наконец воскликнул: — А-а, Менеджер по знакомствам! Рад нашей встрече. Я Чха Хёнсон. Это ведь я доставил вам столько хлопот, пытаясь устроить личную жизнь брата, верно? Наблюдая за тем, как Хёнсон обменивается приветствиями с Поён, Ынги стал ещё серьёзнее. «Значит, всё сказанное этой женщиной — правда?» Он встречался с этой Сон Поён всего трижды. И, судя по её словам, ни одна из этих встреч не была приятной. «Но почему тогда моё сердце так колотится? Почему пересохло в губах и выступил пот?» В палате и раньше было так жарко? Отчего это чувство беспокойства? Пока Ынги анализировал симптомы, одновременно проявившиеся в его теле, Поён и Хёнсон закончили разговор. — К счастью, похоже, клиент не сильно пострадал. Пожалуй, я пойду. Поклонившись, Поён поспешно вышла из палаты. Хёнсон покачал головой, глядя на закрывшуюся дверь. — Менеджер по знакомствам кажется приятным человеком, жаль. Если бы она и дальше вела твоё дело, подобрала бы тебе отличную партию. — Сердце... Хёнсон обернулся к Ынги, который сжимал грудь рукой. — Тебе плохо? Когда это ты так вспотел? Встревоженный Хёнсон приложил руку к груди брата. — Оно же сейчас выскочит! С тобой точно всё в порядке? Ынги холодно оттолкнул руку, массирующую его грудь. В этот момент в палату вошли врачи на обход. Лечащий врач обратился к братьям: — Что случилось? Вас что-то беспокоит? Ынги ответил напряженным голосом: — Только что я видел женщину, которой нет в моей памяти, но моё сердце забилось как сумасшедшее. Я занервничал, меня затрясло, тело перестало слушаться, будто оно мне не принадлежит... — Хм, бывает так, что память исчезает, но тело помнит. Организм реагирует на определённого человека, испытывая гнев, печаль или глубокую привязанность. — Нет. У нас были недопонимания, но это не была какая-то грандиозная ссора, которую сердце могло бы запомнить. Хёнсон, внимательно слушавший диалог Ынги с врачом, не выдержал и в шутку спросил: — Ну, может, ты влюбился? Ынги и врач одновременно обернулись к Хёнсону. Оказавшись в центре внимания, Хёнсон начал загибать пальцы, перечисляя симптомы брата: — Нервничаешь, дрожишь, сердце бешено колотится. Обычно так и бывает, когда кто-то нравится. Что? Я что-то не то сказал? Испепелив Хёнсона взглядом, Ынги с каменным лицом произнёс, обращаясь к врачу: — Я никогда ни в кого не влюблялся. У меня даже мыслей таких не возникало. Поэтому маловероятно, что после потери памяти у меня вдруг вспыхнули чувства к женщине, которую я вижу впервые... — Это возможно, — спокойно ответил врач. — Среди пациентов с амнезией немало тех, чей характер меняется на сто восемьдесят градусов. Это может быть реакцией тела, пытающегося вернуть воспоминания, так что сейчас лучше признать эти изменения и принять их как нечто естественное. Холодное лицо Ынги выразило смятение. Значит, то бешеное сердцебиение рядом с ней... было из-за того, что он влюбился? Рука, лежавшая на левой стороне груди, бессильно опустилась. «Я... влюбился в эту женщину?» Ынги в шоке только хлопал глазами. — Ынги? Ты в порядке? Хёнсон слегка похлопал по плечу застывшего брата. . . . Ынги бродил по прогулочной дорожке больницы в полубессознательном состоянии. Последнее, что он помнил, — это победа в суде на первой неделе этого месяца. Дальше — пустота. Профессиональные знания сохранились, но воспоминания о той женщине были как чистое заснеженное поле. Ни единого следа. — Чха Ынги влюбился с первого взгляда? Бред. Быть не может... Шаги Ынги замерли. На скамейке сидела та самая женщина, которую он видел в палате. Подул ветер, и вьющиеся волосы Поён рассыпались в воздухе. Эти летящие пряди начали оставлять следы на заснеженном поле его памяти. Тук. Тук. Тук. Тяжёлые удары сердца вторили её движениям. — ... Ынги схватился за левую сторону груди. «Глядя на неё, я ни о чём не думаю, так почему же только сердце так реагирует?» Его переносица дернулась, нахмурившись так же сильно, как его помятая больничная пижама. В этот момент Поён поправила волосы и повернула голову в сторону Ынги. Она заметила его — стоящего у дерева, сжимающего грудь и скорчившего гримасу. — Ой, да что с ним такое? Поён настороженно посмотрела на покрасневшего Ынги, который буквально сверлил её взглядом. Она вспомнила его странные речи про сердце в палате. — Совсем плох, — с сочувствием покачала она головой. Кто бы мог подумать, что такой самодовольный с виду мужчина в один миг превратится в это. — А ведь я предупреждала его быть осторожным. Ух, и зачем он так на меня смотрит? Прямо чувство вины просыпается, будто я во всём виновата. Не в силах больше смотреть на Ынги из-за расстройства, Поён подхватила свой ежедневник с графиком консультаций и поспешно ушла. Как только Поён исчезла из виду, Ынги почувствовал, что пульс постепенно приходит в норму. . . . Поздно ночью, когда Хёнсон уже ушёл домой, Ынги, оставшись один в тёмной палате, никак не мог уснуть, ворочаясь с боку на бок. Образ Поён, которую он встретил сегодня, то и дело всплывал в голове. И каждый раз сердце неизменно пускалось вскачь. Зажмурившись и пытаясь сдержаться изо всех сил, Ынги в конце концов резко сел в постели. — Я что, с ума сошёл? Он приложил ладонь к трепещущей груди. Ему было не по себе от того, что он раз за разом прокручивает в голове те короткие мгновения. «Может, при ударе головой я не только память потерял, но и рассудок?» Вдруг у него развилась болезнь сердца, которую врачи не заметили? Или это психическое расстройство, галлюцинации? «Это может быть реакцией тела, пытающегося вернуть воспоминания, так что сейчас лучше признать эти изменения и принять их как нечто естественное». — Я влюбился? Признать это? В тишине палаты раздался горький смех. — Ха, ну и чушь... В комнате для консультаций, где ради приватности клиентов не было окон в коридор, царила уютная атмосфера. Поён выслушивала жалобы клиентки. — Я уже обращалась в другие агентства, но, как видите, я полновата... Видя, как клиентка избегает взгляда и говорит неуверенным голосом, Поён покачала головой. — Ким Хина, я так не считаю. В агентства приходят не только те, кто ищет идеального партнёра, но и те, кто мечтает о настоящей, искренней связи. Таких гораздо больше. — П-правда? — Конечно. И ваше желание найти истинную любовь уже делает вас прекрасной. Пухлые щеки Хины залил румянец. Поён улыбнулась ей в ответ. — Не могли бы вы рассказать о мужчинах, с которыми встречались раньше? — Это долгая история, да и хвастаться там нечем... Поён, помня пометку в анкете «недостаток уверенности из-за череды неудач в любви», подбодрила её улыбкой: — Вот и отлично. У меня как раз полно времени. Давайте поразмышляем вместе. Расслабившись в комфортной обстановке, которую создала Поён, Хина начала свой рассказ. Закончив долгую консультацию и зайдя в комнату отдыха, Поён увидела Ханну, которая пила кофе и смотрела телевизор. Ханна язвительно заметила: — Дорогая, не расслабляйся. Хоть соревнование за подбор пары и приостановлено из-за того, что VVIP-клиент внезапно исчез, место тимлида всё равно будет моим. — Что значит «исчез»? Не пугай меня так. Он просто отменил ошибочную регистрацию. В ответ на слова Поён Ханна указала на экран телевизора. В новостях передавали нечто знакомое: — Госпожа Нам из группы «Оян» бесследно исчезла. Поскольку ранее она заявляла об угрозах убийством со стороны своего мужа, господина Пака, общественность гадает: было ли это добровольное исчезновение или с ней что-то случилось. Репортёр продолжал: — Ответственный Адвокат также не выходит на связь, а юридическая фирма лишь повторяет, что озвучит свою позицию позже. Наблюдая за новостями, Поён вспомнила Ынги, которого видела в больнице несколько дней назад. «Мало того что он память потерял из-за травмы головы, так теперь ещё и его клиентка пропала...» Что будет с судом? Он всё ещё в больнице? «Стоп! С чего это я опять о нём беспокоюсь? Он мне больше не клиент». «Я его предупреждала, я сделала всё, что могла. Не нужно чувствовать вину». Поён обхватила лицо руками и замотала головой. Спустя неделю Ынги вернулся из больницы домой. Поскольку неизвестно было, когда вернётся память, его выписали, как только зажили внешние раны. Едва переступив порог, он принялся обыскивать комнату. Хёнсон, наблюдая за ним, в недоумении спросил: — Ты только пришёл, что ты ищешь с таким рвением? — Следы той женщины. Целую неделю в больнице её образ ни на день не покидал его. Это было просто невозможно. Такого не должно было случиться. Рыясь в ящиках и книжных полках, Ынги объяснил: — То, что я влюбился с первого взгляда, невозможно. Такого никогда не было и не будет, поэтому я найду доказательства. Наверняка есть что-то, о чём она мне не договорила. В моих потерянных воспоминаниях должно быть событие, заставившее моё сердце биться. И это не влюбленность. — То есть ты сейчас ищешь доказательства, чтобы опровергнуть собственные чувства? Ынги не удостоил саркастичный вопрос брата ответом, полностью сосредоточившись на поисках. Он потратил немало времени и сил, но так и не нашёл ни единого свидетельства связи с Поён. В телефоне не было не то что контакта, даже следа звонка. «Я думал, найдётся воспоминание, из-за которого я должен её смертельно ненавидеть или винить. Хотел верить, что сердце бьется именно от этого». Хёнсон, стоя в дверях со скрещенными руками, произнёс: — По-моему, проще признать то, что есть, чем искать то, чего нет. Не трать силы на поиски несуществующих улик, лучше прими свои чувства. Врач же сказал, что тогда и память может вернуться. Оставив это на удивление взрослое замечание, Хёнсон вышел из комнаты. Ынги, измотанный обыском комнаты сразу после выписки, тяжело опустился на диван. Любовь? Отношения? Тратить время на чувства, которые не бывают вечными, — это глупо и жалко. Абсурд. Уж лучше жить без памяти. Может, прямо сейчас поехать на повторное обследование мозга... Внезапно перед глазами снова всплыло лицо, которое он видел в больнице. — Я видел её всего раз, почему я постоянно о ней думаю? Будто безумно хочу её увидеть... Ынги с трудом выдавил слова, которые ни за что не хотел произносить вслух: — Ха... Похоже, я и правда хочу её увидеть... Как только он это пробормотал и в отчаянии собрался встать с дивана... В голове вспыхнула сцена, которой не было в его памяти. «У меня появилось Чутье, что вам лучше не садиться в ту машину». «Вы что, интересуетесь мной?» «Уж лучше бы так». Ынги замер на месте, его глаза расширились. Это был лишь осколок воспоминания. Но это точно не было плодом его воображения. Он пулей вылетел из комнаты. Стоило ему признать, что он хочет её увидеть, как память начала возвращаться. Возможно, это просто совпадение, но если врач был прав, то кратчайший путь к возвращению памяти — это... Спускаясь по лестнице в гостиную, он услышал голоса Помсока и Хёнсона. — Дядя, дело группы «Оян», которое вел Ынги, решили передать Адвокату Ким Джин У. Клиентка исчезла, а Ынги ничего не помнит, так что ему не справиться... — Кто это без моего ведома передаёт мою клиентку другому? Хёнсон от неожиданности вздрогнул и задрал голову к лестнице. Спустившись, Ынги холодно отрезал: — Дело, которое я взял, покинет мои руки только после того, как я выиграю суд. — Да ты же ничего не помнишь... Хёнсон и Помсок в замешательстве смотрели на Ынги, который говорил с такой уверенностью, будто память возвращается по его щелчку. Ынги произнёс, словно объявляя войну: — Я всё вспомню. Скоро. * В офисе «Сомдэй» Поён разбирала документы клиентов. — Почему это всё еще здесь? Это была анкета Ынги, которую она получила от Управляющего филиалом. Мужчина, который с первой же встречи вызывал у неё нехорошее Чутье. Глядя на бумаги, она и в этот раз почувствовала приближение чего-то недоброго. Поён засунула анкету в шредер. — Наша встреча была ошибкой, давайте больше не видеться. Пожалуйста, исчезните из моей памяти. Наблюдая, как лицо Ынги на бумаге разрезается в шредере, она почувствовала чьё-то присутствие за спиной. Машинально обернулась на шорох. Там стоял Ынги — тот самый, чьё лицо только что искромсал шредер. — Ой-ой! Поён поспешно загородила собой шредер и неловко улыбнулась. — Это... это я не со зла... Э-э, какими судьбами? Ынги, буравя её взглядом, произнёс: — Мне нужно вернуть память. Как можно быстрее. — А, ну да. Конечно. Я буду за вас болеть, чтобы это случилось поскорее. У Поён задрожали уголки губ, растянутых в натянутой улыбке. «В прошлый раз твердил про сердце, теперь про память? Я же не врач, что он ко мне прицепился?» «Может, он не только память потерял... но и слегка умом тронулся?» Молча глядя на неловко улыбающуюся Поён, Ынги, словно приняв окончательное решение, открыл рот: — Поэтому я решил это признать. — Что именно? — Я влюбился. — Что? — Я влюбился в вас, Сон Поён. Влюбился... Влюбился? В меня? От этого внезапного признания в глазах Поён отразилось целое землетрясение.