Ещё утром он был обычным студентом, спешащим с лекций на автобусную остановку — а вечером над головой уже ревели двигатели падающего самолёта. Взрыв, чёрный дым, паника людей вокруг — и последнее, что помнил Арик из прежней жизни, прежде чем тьма поглотила его целиком.

Он приходит в себя не в больнице и не на небесах, а среди песчаных дюн под чужим солнцем — маленьким ребёнком в переполненном приюте с глинобитными стенами. Здесь никто не собирается сюсюкаться: воспитательница смотрит на голодных детей с ледяным безразличием, а право на ужин нужно буквально отвоёвывать кулаками у таких же малышей. Взрослое сознание и смутные воспоминания о боксе дают Арику решающее преимущество в этой звериной возне за кусок мяса — но вместе с победой приходит и первый труднейший выбор: делиться скудной едой с самыми слабыми или беречь силы только для себя.

Постепенно он понимает, где оказался: этот суровый мир живёт по законам чакры и ниндзя, а сам он — один из будущих воспитанников загадочной Академии. Пробуждение чакры оборачивается для него мучительной, почти невыносимой болью, после которой в его судьбе появляется молчаливый шиноби, забирающий мальчика в новый, пусть и пустой, дом — с одним условием: до восхода солнца быть на площадке Академии. Позади остаются Москва, семья и прежняя жизнь; впереди — деревня, о которой на его родине рассказывали только в мультфильмах.

Ещё утром он был обычным студентом, спешащим с лекций на автобусную остановку — а вечером над головой уже ревели двигатели падающего самолёта. Взрыв, чёрный дым, паника людей вокруг — и последнее, что помнил Арик из прежней жизни, прежде чем тьма поглотила его целиком.

Он приходит в себя не в больнице и не на небесах, а среди песчаных дюн под чужим солнцем — маленьким ребёнком в переполненном приюте с глинобитными стенами. Здесь никто не собирается сюсюкаться: воспитательница смотрит на голодных детей с ледяным безразличием, а право на ужин нужно буквально отвоёвывать кулаками у таких же малышей. Взрослое сознание и смутные воспоминания о боксе дают Арику решающее преимущество в этой звериной возне за кусок мяса — но вместе с победой приходит и первый труднейший выбор: делиться скудной едой с самыми слабыми или беречь силы только для себя.

Постепенно он понимает, где оказался: этот суровый мир живёт по законам чакры и ниндзя, а сам он — один из будущих воспитанников загадочной Академии. Пробуждение чакры оборачивается для него мучительной, почти невыносимой болью, после которой в его судьбе появляется молчаливый шиноби, забирающий мальчика в новый, пусть и пустой, дом — с одним условием: до восхода солнца быть на площадке Академии. Позади остаются Москва, семья и прежняя жизнь; впереди — деревня, о которой на его родине рассказывали только в мультфильмах.