Глава 26 — Глава 26: Воспоминания о прошлом

— Мастер секты, сообщают, что Хванбо Ён выехала из Бюро сопровождения Бэкха. Услышав доклад Чо Гвана, Ом Кирён открыл глаза. — И в этот раз она одна? — Да, говорят, её сопровождает только тот парень, телохранитель. — Ха, я-то рассчитывал просто припугнуть её, а она и впрямь приняла приглашение. Поистине бесстрашная девчонка. — Дочь великого клана... видать, росла в неге и заботе, — с горечью пробормотал Чо Гван. Ом Кирён посмотрел на него с интересом. — Неужто завидуешь? — Что вы? И в мыслях не было... — Не беспокойся. Как только мы расширим торговую гильдию, наше влияние не будет уступать любому великому клану. — Слушаюсь. Чо Гван ответил тихо. Взор Ом Кирёна переместился на пустоту перед собой. — Воспоминания о прошлом нахлынули... Когда Секта Алого Цветка была лишь крошечной школой боевых искусств, мне приходилось слишком часто склонять голову. Перед этими выскочками, Главами кланов. — Было такое. — Но каково сейчас? С тех пор как мы удостоились милости Культа, никто не смеет нас игнорировать. И это не всё. В будущем мы станем настолько огромной торговой гильдией, что ни один клан не сможет за нами угнаться. И тогда я никогда, никогда больше не вернусь в те времена! — Да... Немного успокоившись, Ом Кирён спросил: — Так что с приготовлениями? — Я подготовил изящных господ, чтобы завлечь Хванбо Ён. Выбирал тех, кто не выглядит распутно. На всякий случай придержал и одну кисэн. — А Бюро сопровождения Бэкха? — Туда я отправил отребье из Сапа. Они хоть и невежды, но мечом махать умеют, так что бюро вряд ли переживёт эту ночь. — Хорошо, ты молодец. Почувствовав, что всё готово, Ом Кирён мрачно усмехнулся. — Как только пройдёт эта ночь, обе девчонки окажутся в моих руках. Кажется, мне стоит отправить письмо с вестником Главе клана Хванбо. Мол, его драгоценная дочурка пришлась мне по вкусу. — ...А Главе охранного бюро, что сейчас в ином мире, я сообщу лично. — Что? Ха-ха! Надо же, Чо Гван, ты даже шутить научился. Ладно, так и сделай. Тихий поначалу смех становился всё громче. Он не стихал долгое время, разносясь далеко за пределы кабинета главы секты. Ён посмотрела на ворота Секты Алого Цветка, куда пришла уже второй раз за день. Деревянные створки были распахнуты настежь, словно приветствуя гостей. Вдоль каменной тропы, по которой она шла днём, теперь горели оранжевые фонари. Ряды огней, прорезавших ночную тьму, создавали атмосферу праздника. Если бы не обстоятельства, Ён бы даже нашла это красивым. — Если бы монах Кон Ё это увидел, ему бы понравилось. Стоило его взять с собой. На шутку Ён Чхонган лишь тихо хмыкнул под маской из человеческой кожи. Вместе с Сосо, которой нужно было присматривать за больными, Кон Ё остался в Бюро сопровождения Бэкха. На всякий случай Ён попросила его быть настороже, но она сомневалась, что он послушается. «Хорошо, если он хотя бы не напьётся». В этот момент к ним подошёл человек. Одетый в опрятную одежду, он вежливо поклонился. — Приветствую. Вы барышня Хванбо Ён и её телохранитель? Прошу, проходите сюда. Когда Ён двинулась вперёд, Чхонган последовал за ней, внимательно осматриваясь. Наблюдая за тем, как он ведёт себя словно настоящий охранник, Ён поймала себя на мысли, что ей это начинает нравиться. «Ах, прямо хочется нанять его личным телохранителем на постоянку. Но телохранителю по канону положен костюм». Ён представила его в костюме. Чхонган в строгом пиджаке и с пистолетом в руке — это уже готовый кадр из фильма. Она прямо видела эти широкие плечи и то, как на нём сидит белоснежная рубашка. «Обычно таких персонажей называют Шефами. Шеф, Шеф Ли!» — Вам сюда. Ён, до этого глупо улыбавшаяся своим мыслям, поспешно пришла в себя. — Ах, да. Внутри уже собрались люди, они смеялись и болтали. Среди них не было мастеров боевых искусств, но это не значило, что можно расслабляться. «Они ведь не станут скалиться с самого начала». Как раз когда Ён собиралась войти... — Барышня Ён, одну минуту... Чхонган первым подошёл к входу и заглянул внутрь. Тщательно всё осмотрев, он протянул руку, словно давая понять, что путь безопасен. — Проходите. С трудом сдерживая смех из-за его серьёзного вида, Ён ответила: — Слушаюсь, Шеф Ли. — ...? Сделав вид, что не заметила недоумения Чхонгана, Ён шагнула прямо в пасть тигра. В её взгляде, после последней шутки, не осталось и следа беззаботности. Чхонган, пожав плечами, последовал за ней. Тем временем в Бюро сопровождения Бэкха, которое покинули Ён и Чхонган, оставшиеся люди не могли уснуть из-за тревоги. Особенно нервничала Пэк Чуа, и Тан Сосо не уступала ей в беспокойстве. Пустота, оставшаяся после ухода Ён, ощущалась слишком остро. Был лишь один человек, который совершенно не понимал их чувств — Кон Ё. Он зашёлся в долгом зевке. — А-а-а-ам. Закрывая широко разинутый рот, он вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Это была Тан Сосо, присевшая отдохнуть. Встретившись с ней глазами, Кон Ё лучезарно улыбнулся. Это была дружелюбная улыбка, но девушка вздрогнула и поспешно отвернулась. Ему показалось, что он даже услышал её вздох. «Ох, о чём же так печётся мирянка Тан? Без мирянина Хванбо на душе ведь так спокойно». Он как раз думал о том, что не прочь бы снять этот парик, когда дверь открылась и вошёл мальчик с подносом. Это был Пэк Чхоун, и выглядел он гораздо лучше, чем раньше. — Простите, что мешаю вам отдыхать. Я подумал, вдруг вы проголодались. — М-молодой господин Пэк! Тан Сосо вскочила и поспешно приняла у него поднос. На тарелках лежали простые закуски и вяленая говядина. — Благодаря вам мама только что пришла в себя. Ей пока трудно вставать, поэтому она просила передать свои извинения... — Что вы, не стоило так утруждаться. Он подошёл и к Кон Ё с парой тарелок. — Угощайтесь, чем бог послал. Пэк Чхоун больше не заикался, и его глаза не были красными. Поскольку его лечила сама Тан Сосо, он восстановился даже быстрее матери. Глядя на него сейчас, Кон Ё подумал, что из парня выйдет достойный наследник бюро. Вместо того чтобы сложить руки в приветствии, он просто кивнул и принял тарелку. — С благодарностью приму угощение. В этот момент Тан Сосо, словно что-то вспомнив, сказала: — Ах, точно... но ведь он не ест мясо... — Ой, простите. Тогда я принесу что-нибудь другое. Кон Ё тут же схватил Пэк Чхоуна за руку, когда тот собрался забрать тарелку. — Ха-ха, с чего это вдруг я не ем? Я ведь не монах какой-нибудь. Верно ведь, мирянка Тан... то есть, барышня Тан? Кон Ё посмотрел на Тан Сосо со своей обычной улыбкой. Та лишь в изумлении открыла рот, не в силах вымолвить ни слова. «И всё-таки, когда рядом нет мирянина Хванбо — жизнь прекрасна!» Пэк Чхоун тем временем добавил: — Вот и славно. Это было самое вкусное, что у нас нашлось. Может, вам и вина принести? Осталось немного от того, что пили охранники. — В-вина? Кон Ё, который едва не захлопал в ладоши, распахнул глаза. «Ох, а я-то думал, он просто достойный малый. Да из этого юного мирянина вырастет великий человек!» — Если принесёте, буду несказанно рад, молодой господин Пэк. О-хо-хо, о-хо-хо-хо! Вскоре Пэк Чхоун вернулся с белоснежным фарфоровым кувшином. Мальчик сиял, радуясь, что смог быть полезным. — Вот, возьмите. Если не хватит, скажите. — Ох... Игнорируя тихий стон Тан Сосо, Кон Ё принял кувшин обеими руками. — Благодарю, премного благодарен. Буль-буль-буль. Осторожно налив вино, Кон Ё залпом осушил чарку. Боясь пролить хоть каплю, он запрокинул голову. Глоток. — Кха-а-а...! Казалось, все тяготы последних дней смыло этим глотком. Заев это кусочком мяса, он почувствовал, как исчезают даже мирские страдания. Не то чтобы они у него были, но так говорят. Тан Сосо, недолго посмотрев на него, видимо, сдалась и тоже начала есть. Слышны были лишь стук палочек, звук льющегося вина и редкие вздохи восторга. Пэк Чхоун, сидевший рядом, поджав колени, заговорил: — Это напоминает мне о старых временах. Раньше мы иногда вот так ели с дядями-охранниками и начальником охраны. Они говорили, что сидеть за столом, конечно, хорошо, но есть в дороге привычнее. — Вот как? Кон Ё отвечал невпопад, пробуя по очереди разные закуски. Как и сказал молодой господин Пэк, говядина была лучше всего, но и остальное было недурно. — Хотя я никогда не ходил в сопровождении, мне это нравилось. Мама иногда ругала меня за это, но папа почему-то никогда. Он говорил, что наследник бюро не должен расти в тепличных условиях. — Ваш отец был мудрым человеком. — ...Да, папа был по-настоящему крутым. Жаль, что его больше нет. — Конечно, ведь его больше нет... Что? Кон Ё чуть не подавился, резко повернув голову. Тан Сосо смотрела на него с лицом, на котором читалось отчаяние. «Монах, ну пожалуйста!» Глядя на неё, словно кричащую эти слова, Кон Ё неловко кашлянул. — Кхм. Я... я этого не знал. Прошу прощения. Тан Сосо низко опустила голову. «Да я правда не знал». На самом деле Кон Ё ничего не знал о делах Бюро сопровождения Бэкха. Да и не особо хотел знать. И уж точно никогда не прислушивался к чужим разговорам. Конечно, он видел историю с отравлением, но разве в мирской жизни не случаются постоянно всякие дикости? Пока он размышлял об этом, Пэк Чхоун продолжил: — Но, честно говоря, я не хотел наследовать бюро. — Ох, почему же? В этот раз ответив более искренне, Кон Ё снова принялся орудовать палочками. Хоть он и отвлекся на секунду, его целью снова была говядина. «В конце концов, всё возвращается к мясу...» Пока он тщательно пережёвывал, наслаждаясь вкусом, раздался ответ Пэк Чхоуна: — Я хотел уйти в Шаолинь. — Кха! Большой кусок едва не застрял в горле Кон Ё, и он спешно запил его вином. Похлопав себя по груди и едва избежав удушья, он спросил: — Как же в голову столь юного мирянина пришла такая ужасная мысль?! — Что? — Никогда, даже не помышляйте об этом. — Нет, погодите, вы только что сказали «мирянин»... — Я... язык заплёлся. Просто я так разволновался. Пэк Чхоун склонил голову набок, но вскоре его лицо снова стало невинным. Видимо, он решил, что так оно и было. — Я знаю, что это трудно. И мама меня ни за что не отпустит. Но мне кажется, что Шаолинь куда лучше, чем бюро. — Хм... — Я очень хочу когда-нибудь изучить боевые искусства Шаолиня. Может, когда я подрасту, меня примут в качестве светского ученика? Кон Ё со сложным выражением лица посмотрел на сияющего Пэк Чхоуна. «Не думал я, что этот перспективный мирянин грезит о таких порочных вещах. Я просто обязан наставить его на путь истинный. Амита-буль». Приняв это решение, Кон Ё подцепил ещё один кусок мяса. Он был крупным и выглядел очень аппетитно. — Молодой господин Пэк, что же в этом такого крутого? Запереться на всю жизнь в монастыре и даже вкуса этого чудесного мяса, а? Не иметь возможности съесть ни кусочка, и каждый божий день пялиться на узоры на стенах, пока не отдашь концы... Поняв, что его занесло, он резко замолчал. — Фух... я имею в виду, пока не достигнешь нирваны...! — Но ведь Шаолинь — это самое справедливое место в мире. И они сильнее всех. Кон Ё скорбно покачал головой. «Совсем голову забили парню. Совсем. Начитался он, что ли, сказок, где монахи — главные герои?» Не дождавшись поддержки, Пэк Чхоун немного поник. Помолчав, мальчик снова заговорил: — На самом деле, после того как сестрёнка ушла в Шаолинь, я каждый день молился. О том, чтобы к нам пришёл монах из Шаолиньского храма. — ... — Иногда я болел так сильно, что не мог встать, но всё равно старался не пропускать молитву. Ведь если придёт монах из Шаолиня, он обязательно накажет всех злодеев. И тогда наше бюро снова станет таким, как прежде. Глаза мальчика повлажнели. Ему удалось сдержать слёзы, но дрожь в голосе скрыть не получилось. Тан Сосо, до этого молчавшая, спросила: — Таким, как прежде — это каким? — ...Когда мы все вместе ели. Когда Пэк Чхоун закончил, стук палочек затих. Тан Сосо молча смотрела на Кон Ё. После долгого молчания Кон Ё медленно произнёс: — Молодой господин Пэк. — Да? — Не найдётся ли у вас ещё немного вина?