1.
– Настоящий шедевр.
Древние времена.
Эпоха, настолько далекая, что счет времени потерял смысл, даже эпохи устали сменять друг друга, а само время выдохлось, и все остановилось. Там, где остановилось все, был храм, а в храме жила прекрасная драконесса.
– Кто там?
Впрочем, сказать, что она жила, было бы не совсем точным определением.
Когда-то ослепительная золотая чешуя больше не переливалась. Золотые глаза, от которых когда-то захватывало дыхание, давно утратили свой фокус. А голос... Сколько времени прошло с тех пор, как она в последний раз говорила?
На сей раз драконессе голосовые связки показались чуждыми. Резонанс, передаваемый из легких через горло, тоже слышался чужим. Как и плоть, обволакивающая легкие, или кости, пронзающие плоть. А когда она прислушалась, то ощутила, как бьется чужое сердце
Вывод был очевиден.
– Я спрашиваю, кто вы.
Драконесса почувствовала, что ей в тягость собственное существование.
– Даже если я отвечу, вы не поймете. Что такое, в сущности, имя? Всего лишь адрес, по которому люди, живущие в одних и тех же координатах, могут осведомиться о состоянии друг друга. Но я родом из другой системы координат.
– Другой системы?
– Я родом из мира, что зовется небесным.
Существо провело тыльной стороной руки по своим золотистым волосам.
"Она явно не обычный человек."
Золотые глаза драконессы сузились.
От малейшего жеста до тончайшего блеска в глазах. У стоящего перед ней человека во всем теле не нашлось бы ни одного мускула, которым она бы не управляла, ни одного бессмысленного жеста, ни одного случайного слова.
"Чудовищное существо, воистину."
И драконесса поняла. Несмотря на проржавевшую чешую и изношенное сердце, её инстинкт оценивать других был живее всех живых. Осознание этого факта заставило драконессу впервые за долгое время, на самом деле очень долгое время, почувствовать удовлетворение.
– Что вы назвали шедевром?
– Это место. Храм, в котором вы живете. Вы – Императрица Драконов, исполняющая желание регрессии. Все, служившие вам существа, регрессировали без исключения, а те, кто регрессировал, естественно, отыскали путь к успеху.
Хорошее настроение длилось недолго.
– Вскоре к тем, кто не служил вам, стали относиться как к глупцам. Он, она, ты и я, и даже столь далекие нам существа, которых нельзя так охарактеризовать, что живут на противоположном конце света, все пришли и склонились пред тобой. И вот результат.
Человек огляделась вокруг.
– Мир, где все стали регрессорами.
– ...
– И мир, где все одновременно возжелали вернуться. Теперь здесь ни у кого нет преимущества времени. Так как все его захотели, то никто не получил.
Мир остановился.
Подобно статуям, навечно застрявшим в храме Медузы, люди не двигались ни на дюйм, а мир, в котором не было больше ни старости, ни перемен, затаил дыхание на паузе.
За исключением одного дракона.
– Как прискорбно.
Только драконесса одна осталась в мире, где все прекратилось, стала единственным и неповторимым богом, неподвижной первопричиной, абсолютной золотой точкой.
– Вы всего лишь исполнительница желаний. Когда бог регрессии получает власть над миром, конец очевиден. Юмор, пожалуй, доступный только светским львицам.
– И что? Ты пришла поиздеваться надо мной, человек? – Зарычала драконесса. – Хочешь бросить мне вызов, так и скажи. Я его приму.
– Зачем? Представьте, что хозяин дома подрался с арендатором, что получится? Только сплетни.
– Хозяин? ...Арендатор?
– Я строю Башню. – Человек сцепила руки. – Было бы замечательно, если вы бы решили ко мне присоединиться? Конечно, придется вам соблюдать несколько ограничений, Мутия.
– ...
– Бог должен жить.
Где-то.
– Не кажется ли вам, что даже бог должен получить свой второй шанс?
Послышался звук двинувшихся часов.
Так приняла решение Корова, пожинающая руины.
2.
[Существование "Коровы, пожинающей руины", тускнеет].
У Мутии больше не было одного рога.
– Бог мой!
– Госпожа Мутия!
– Ах! Ах!
– Мы убьем тебя!
Апостолы Созвездия разом завопили. Случившееся их потрясло. Их ярость была не менее сильной. Забыв о безусловно незабываемой боли, которую они перенесли от моих рук, они снова схватились за свои молоты и ринулись в атаку.
Смело.
Но пламя мало заботит храбрость мотыльков, летящих в него.
– Уж кто-кто, а ты явно не имеешь права говорить мне про настоящую жизнь, Мутия.
Я резанул мечом, не отрывая взгляда от Мутии.
– Аааа!
Плечо апостола рассекло по диагонали, он закричал и отшатнулся от боли, безусловно, превосходящей все ранее им испытанное. К нему добавилось еще некоторое количество апостолов. Поэтому крики звучали непрерывно.
– Вероятно, [Карманные часы вернувшегося], принадлежащий мне навык, тоже от тебя берет свое начало. И хотя у него есть строгие ограничения, в нем, тем не менее, содержится сила регрессии.
– Хиик! Аааа! А-а-а! Уххх.
– Другими словами, ты – первопричина Огненного Императора. Если Огненный Император добился успеха благодаря [Карманным часам вернувшегося], а я прожил неудачную жизнь, омраченную его успехом, то в конечном итоге все сводится к тебе. Так как ты смеешь, испортив кому-то жизнь, расхаживать тут и предлагать милостиво вернуть все взад? Где твои принципы?
– Ааа!
– Я не собираюсь умолять тебя вернуть мою жизнь. У меня нет желания возвращаться. Но скольким людям ты испоганила жизнь своей силой?
Тук.
Я шел сквозь ад, и крики были мне эхом.
Прорвав оборону, созданную апостолами, преодолев стену из тел и реку из людей, я подошел к Мутии.
– Придется тебя наказать.
– …
– Готова ли ты жить дальше как человек, золотое Созвездие?
– Я... – Голос сочился сквозь зубы Мутии. – Я не сделала ничего плохого.
Она звучала неуверенно, словно ветер дул в древнем каньоне.
– Просто... Однажды перед моим дворцом ребенок встал на колени. Чистый ребенок. Прозрачный человек. Его... его мать убило проезжающей каретой, что ему показалось невыносимо несправедливо.
Вокруг раздавались крики.
– Он не пытался обвинить дворянина из кареты, не хотел отомстить, просто… Просто сказать матери, уходящей из дома, чтобы она была осторожна по дороге, что на мокрой дороге легко поскользнуться, следует идти аккуратней. И вернуться домой благополучно. Всего одно предложение.
Везде были крики.
– Просто позволить ему сказать несколько слов. Его сердце было так чисто.
Они отдавались эхом.
– Что здесь плохого? – Воскликнула Хозяйка Руин. – Я просто умела немного больше, чем вы все! С рождения так было, а когда я выросла, разница только увеличилась! Вот и все! Я делала все, что могла. Было ли мое рождение ошибкой? Была ли моя жизнь ошибкой? Ты... ты смеешь... какое право ты имеешь судить меня!
– Ты могла бы сначала поговорить.
Я не умерил своих шагов.
Несмотря на крики апостолов, многочисленные препятствия и атаки, даже представ перед пылающими глазами Созвездия, я продолжал идти.
– Что?
– У меня нет претензий к тому, что ты исполнила желание Леди Золотой Сливы. Сильвия пожелала, а ты откликнулась. Вот и все.
Тук.
– Хотя ты и разрушила жизнь Равиэль, я все равно не жалуюсь. Все-таки в итоге я встретил Равиэль благодаря тебе. Ведь я ее встретил только потому, что стал представителем [Пруда воспоминаний], Директора Библиотеки всех знаний Хамустры.
Тук.
– Ты назначила леди Золотую Сливу своим представителем. Я стал представителем Хамустры и победил златовласку. Такова истина. Боги столкнулись, провели честный поединок и пришли к соглашению.
Тук.
– Почему же ты возражаешь?
– ...
– Точнее, почему ты затаила на меня злобу? Если во время поединка произошла какая-то несправедливость, тебе следовало бы прямо тогда обсудить все с Хамустрой напрямую. Но почему-то ты признала свое поражение. Однако теперь ты требуешь реванша, причем не с Хамустрой, а со мной, хотя я всего лишь выступал его представителем. При чем ты даже не предлагаешь дуэль, а устраиваешь мне засаду.
Верно.
Для Созвездия крайне нетипично нападать на охотника.
Если бы охотник бросил вызов Созвездию, это можно было бы понять, но, чтобы Созвездие калибра Мутии лично пожелало вступить в поединок с охотником, такое большая редкость.
И не потому, что созвездия – благородные существа.
"Хозяйка башни должно быть установила некоторые ограничения."
Уделять внимание охотникам.
Запрет на массовые убийства.
Деятельность разрешена только тогда, когда она соответствует атмосфере сцены и так далее.
Даже сама Мутия не так давно воскликнула: "Неужели видимая отовсюду Башня на деле так бессердечна?"
Должно быть, на созвездия наложены и неизвестные мне ограничения.
В нашей Башне, где с 1-го по 10-й этажи отведены под учебную зону, а с 11-го по 49-й - под зону для новичков, тщательно контролируются уровни сложности.
Кажется, в некотором смысле, Созвездием быть здесь даже невыгоднее, чем охотником.
– Я хочу спросить.
– ...
– Мутия.
Причина, по которой Мутия смогла напасть на меня в Башне, используя уже завершившееся в прошлом событие [Инцидент с леди Золотой Сливой] как предлог для опосредованной войны между Хамустрой и Мутией и настоять на дуэли со мной, пойдя на столь радикальные меры…
Есть у меня одна догадка.
– Неужели я стал Созвездием?
– ...
Воцарилась тишина.
Искусственно созданная тишина, поскольку двести апостолов, наконец, пали под моим мечом, и некому было больше кричать, а вовсе не потому, что высказанная мною догадка поразила всех в аду Колизея и заставила замолчать.
Но время совпало так идеально, что казалось, будто мой вопрос заставил замолчать всю локацию 62-го этажа.
– Раз уж я больше не обычный охотник, а Созвездие, тогда все твои действия обретают смысл.
Никто не ответил, и я заговорил.
– Хотя Созвездию запрещено самовольно нападать на простого охотника, для дуэлей между Созвездиями правила куда мягче. Башня признает их равными, и избегает строгостей.
Но когда же так получилось?
В какой момент за мной признали статус, сопоставимый со статусом Созвездия?
– Быть может, сразу после того, как я поднялся на 62-й этаж?
Когда только я вступил на этот этаж, случилось нечто "странное". Тогда я не придал произошедшему значения, но сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что кое-что выделялось.
Все созвездия одновременно объявили мне войну, точнее моим силам.
『 "Око, обитающее в Лабиринте", клянется, что убьет вас! 』
『 "Воплощение любви и похоти" готовится разорвать вас на части. 』
『 "Боевой конь Вечных равнин" объявляет вам войну. 』
『 "Корова, пожинающая руины", дает клятву уничтожить вас. 』
Конечно, лиса их спровоцировала.
Но неужели невинной провокации хватило, чтобы созвездия, видевшие во мне потенциальную пешку, и наблюдавшие в реальном времени все то безумие, которое я устроил на 50-м этаже, отвернулись от меня?
"Тогда больше походило на шутку, на забавную игру с сообщениями."
Однако после обмена ударами с Мутией мои сомнения усилились. По какой-то [конкретной] причине Созвездия больше не чувствовали себя обремененными возможностью на меня напасть.
Возможно, Ким Гон Джа больше не новичок – возможно, даже не простой охотник.
Ведь даже Дух-Хранитель, у которого не было ни намерения, ни желания становиться Созвездием, каким-то образом обрел титул [Созвездие Мечей].
Может быть, Созвездием становятся не по своей воле, становление происходит как-то само собой.
"Господин Король Мечей."
"Что."
"Как Созвездия посылают эти сообщения?"
Дух-Хранитель усмехнулся.
"Я никогда не пробовал, поэтому не знаю. Но что-то мне подсказывает, что достаточно будет просто подумать об отправке сообщения. Например, у твоего меча нет человеческой формы, что никак не мешает ей свободно пользоваться сообщениями. Сомневаюсь, что здесь заложена какая-то сложная система. "
"Понятно."
Я кивнул.
"Может, попробуем?"
Я закрыл глаза.
Мысленно я представил себе ту, кого мог бы представить в малейших подробностях, что бы со мной не случилось.
"Как дела?"
Внезапно в моем сознании возник образ.
Что-то типа чашки с жидкостью. А может и не с жидкостью, а с белым порошком. То, что наполняло чашку, уменьшилось ровно на одну ложку.
И тогда.
["Небеса, вбирающие крики", передают привет герцогине Серебряной Лилии].
Я открыл глаза.
– Да. Как и ожидалось.
– …
Мутия смотрела на меня, стиснув зубы.
Я улыбнулся ей в ответ.
– Работает.
Обновлено: 12.01.2026