– Вы… – пробормотала Ча Ён-Джу в шоке. – Что, чёрт возьми… вы делаете?
Её крепко сжатые кулаки дрожали, ярость внутри рвалась наружу. Звук скрежета зубов эхом прокатился по саду.
– КАКОГО ХРЕНА ВЫ ДЕЛАЕТЕ?!!
Ён-Джу пронзительно посмотрела на семьи и ударила кулаком по столу, расколов его пополам.
– О? Есть проблема?
– Может, еда ей не понравилась?
– Ах, нет! Простите нас!!!
Матери склонились в извиняющемся поклоне, сияя такой же яркой и радостной улыбкой, будто ничего и не произошло.
– А… – Ён-Джу отшатнулась, ошеломлённая. По телу разлилось липкое отвращение.– Ч-что с вами всеми?..
Её разум пустел. В животе тошнотворно скрутило, зрение расплывалось. В памяти всплыло, как мать вонзала вилку в шею сына, а остальные аплодировали ей.
– Урк… – Ён-Джу изо всех сил сдерживала рвоту. – Он… твой ребёнок. ЭТО ЖЕ ТВОЙ СЫН, СУМАСШЕДШАЯ СУКА!!!
Она не могла понять, как мать могла оставаться такой спокойной — нет, сиять радостью — после того, как собственноручно убила сына.
– Простите? Ах да. Дейл мой сын.
– ТОГДА ПОЧЕМУ?!! ЗАЧЕМ ТЫ ЕГО УБИЛА?!!
– Ну… – мать наклонила голову, не понимая ярости Ён-Джу. Её глаза были как прозрачный мрамор, лишённый эмоций. – Он нарушил правило.
– Правило?.. Про равное деление еды?
– Правила Великого Акартa абсолютны.
– ЧТО ЗА ЧУШЬ!!!
Ни в одном мире мать не убьёт ребёнка за лишний кусок мяса.
– А-аах… К-Кан-У, Кан-У…! – в отчаянии позвала Хан Соль-А, вся дрожа.
– Кха!! Ургх!!
Дейл бился в судорогах, из раны на шее била кровь.
– М-мы должны е-ему помочь!..
Соль-А когда-то владела исцеляющей магией, превосходящей Власть Регенерации, но после падения её чары превратились в проклятия. Она использовала [Проклятие окаменения], чтобы остановить кровотечение. Её пальцы на шее ребёнка дрожали — она явно была в панике.
– Отойди на секунду, дорогая.
– Э-это моя вина… потому что я дала ему мясо…
– Нет, не твоя.
«Да они просто ебанутые.»
О Кан-У капнул каплю своей крови в рот Дейла.
– Ургх… Хаа, хаа!..
Рана затянулась почти мгновенно. Хотя тело исцелилось, мальчик потерял сознание от шока.
– О? Ты вылечил Дейла?!
– Дорогая!!! Наш Дейл не умрёт!!!
– Какое счастье! хнык!
– Это чудо!! Великий Акарт даровал нам чудо!!!
Родители обняли друг друга, плача от счастья, будто сын чудом пережил операцию. Если бы не виденное ранее, никто бы и не подумал, что мать только что протыкала горло ребёнка вилкой.
– Сумасшедшие ублюдки… – Ён-Джу смотрела на них с ненавистью.
Она поднялась и сжала кулак, готовая ударить.
– Остановись, Ча Ён-Джу, – остановил её Кан-У, когда она замахнулась на родителей Дейла.
– Ты предлагаешь мне сидеть сложа руки… после всего этого?
– Да.
– О Кан-У!!
– Я сказал остановись, Ча Ён-Джу, – твёрдо произнёс Кан-У, и его холодный, глубокий голос разнёсся по саду.
Ён-Джу вздрогнула. Она прикусила губу и метнула в него взгляд, раздражённая, не ожидая, что именно Кан-У её остановит.
– Это бесполезно, – сказал Кан-У.
Ни ярость, ни вопросы не имели смысла.
– В конце концов, это место… – этот слепяще сияющий мир… – …было создано таким с самого начала.
Этот «рай» был создан Титаном Равновесия, Истины и Света — существом, рождённым из Первозданного и обладавшим силой творить миры.
– Так вот куда попадают души, которых ты спас, да?
Кан-У усмехнулся. Люди этого мира были как машины. Они лишь следовали правилам, лишённые желаний и свободы. Им дозволялось испытывать только счастье и радость — ни боли, ни скорби, ни отчаяния, ни амбиций здесь не существовало.
– Не смеши меня, сука.
«Это не рай.»
– Это просто ебаная секс-игрушка.
Этот мир был олицетворением идеалов Акарта, созданным ради самодовольства. Название «рай» совершенно не подходило такому месту.
Кан-У отодвинул стул и поднялся.
– Спасибо за угощение, всем.
Он улыбнулся и учтиво поклонился. Пусть костюм Энтриона скрывал его улыбку — это было неважно.
– Хо-хо-хо! Рады, что вам понравилось!
– Хотите чаю?
– Нет, – покачал головой Кан-У, глядя на сияющие улыбки семей. – Я не большой любитель чая.
– Ах… понятно.
– Но есть кое-что, что я хотел бы спросить у вас всех.
– О! Конечно! Что вы хотите узнать?
Матери весело подошли к Кан-У.
Кан-У слегка улыбнулся и спросил:– Я хотел бы узнать о правилах, которые установил Великий Акарт.
– О! Это не проблема!!
– Ха-ха-ха! Ты хочешь узнать правила Великого Акарта?! Какой же ты достойный молодой человек!!
Отцы тоже подключились и с энтузиазмом начали перечислять правила. Кан-У едва мог их разобрать, потому что шестеро говорили одновременно, наперебой выкрикивая всякое.
– Лилит, – позвал Кан-У.
Семьи были так увлечены объяснениями, что даже не обратили внимания на то, что Кан-У кого-то позвал.
– Да, мой король.
– Запиши каждое правило, что они называют, и передай мне.
– Фуфу. Поняла.
Лилит поклонилась и незаметно подошла ближе к семьям, горячо расписывающим правила.
Хлюп.
Из отверстий костюма выскользнули чёрные волосы, превратившись в щупальца. Они извивались в воздухе, будто что-то записывая.
– Великий Акарт постановил, что дети до десяти лет должны возвращаться домой к пяти часам вечера, до захода солнца!
– Аааах! Чувствуете ли вы любовь Великого Акарта к нашим детям?!!
– Ха-ха-ха! Великий Акарт постановил, что нельзя лениться во время работы!
– Благодаря ему мы всегда чувствуем награду за труд!!
– Нет ничего освежающего, чем холодный стакан воды после рабочего дня!!
Записать всё, что шестеро тараторили одновременно, было бы сложно, но для Лилит — проще простого.
– Вот почему жители нашего города живут в радости, благодаря милости Великого Акарта, всегда получая достаточно еды и необходимых вещей—
– Ясно. Спасибо за объяснение.
Кан-У решил, что услышал достаточно, и встал, прерывая их после получаса непрерывной болтовни.
– Хм? Вы уже уходите?
– Да. Не хочу задерживать вас на всю ночь.
– Хм. Но вам не стоит волноватьс—
– Разве вы сами не говорили, что одно из правил гласит: в восемь вечера нужно умыться и провести время в молитвах Великому Акарту?
– Ах, неужели уже так поздно?!
– Время так быстро пролетело!!
Семьи с удивлением проверили свои часы и принялись убирать сад.
– Тогда мы откланяемся.
Кан-У отвернулся от семей, занятых уборкой после ужина, и покинул город. Небо уже потемнело, и на нём сияла голубоватая луна.
Шлёп.
Они сняли костюм Энтриона, который тут же растёкся обратно в чёрную слизь.
– Какой ужасающий мир… – пробормотал Си-Хун.
– Правда? А мне так не кажется.
Хотя да, согласен — дерьмовый.
– Тебе не кажется, что он страшный?
– Я имею в виду, что для тех, кто здесь живёт, это нормально.
Для жителей этого мира было естественным улыбаться с огромной раной на груди или вонзать вилку в шею сына только потому, что он съел лишний кусок мяса.
– Кан-У… ты с самого начала знал, что этот мир такой? – спросила Лайла, прикусив губу.
Она вспомнила, как он ранее сказал ей «подожди немного». Кан-У пожал плечами и покачал головой.
– Я тоже не думал, что всё настолько плохо.
Он и раньше чувствовал неладное, но не ожидал, что всё окажется настолько мерзко.
– Кан-У. Мне не нравится это место.
Эхидна с тёмным выражением лица потянула его за одежду, явно потрясённая увиденным. Кан-У улыбнулся и погладил её по голове.
– Не переживай. – Он растрепал её чёрные волосы. – Я оскверню этот ослепительно чистый свет этого мира.
Кан-У повернулся и уставился на город Лучео Пьюр.
«Ну что ж…»
Он высунул язык и облизнул губы. Ещё во время рассказа семей об Акарте он уже придумал, как потушить этот свет.
«Это проще простого.»
Даже проще, чем Дуэль с Королём Дуэли в Зексале.
«Акарт.»
– Я испачкаю этот милый красивый рай, что ты создал.
Демон широко улыбнулся. Его улыбка была столь же чистой и сияющей, как у жителей этого мира.
Обновлено: 12.01.2026