С борта галактического линкора «Роа Грация» по магической связи пришло донесение. Связь, которая преодолевает бескрайние расстояния звёздного океана и не гаснет.
Радостная весть, которую следовало передать всем кораблям флота, занятым в последней операции по уничтожению «Легиона» и находящимся в разгаре тяжёлого боя.
— «Роа Грация» всем кораблям галактического флота. Цель «Пастух», опознавательное имя «Безликий», успешно повержен. Мы сделали это, братья и сёстры!
— «Сан-Магнолия», принято. Поздравляем, «Роа Грация». Осталось совсем немного.
☆☆☆☆☆
Меж тем, для «Гиады Один», всё ещё ведущей бой с последним «Пастухом», «Бледным Всадником», это было тоже доброй вестью и одновременно печальной.
Например…
— Ай!..
Малый обломок брони «Безликого», разнесённый и долетевший до далёкой зоны боя «Гиады Один», случайно попал прямо в нос девочке-волшебнице в очках, что прикрывала «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!». Размером с гальку, а по факту, но это ж твёрдый и тяжёлый кусок брони, да ещё прилетел он на сумасшедшей скорости.
Осколок звонко отскочил. Юджин потерял сознание, поскольку попадание было прямо в нос, хоть боевой наряд и смягчил удар. В невесомости он, конечно, не упал, а плавно болтался. На это Фредерика, тоже стоявшая на охране вместе с Марселем (в наряде цвета «морковный»), произнесли в унисон.
— Люнетте☆Юджин! Да что ж такое…!
— Столько крови… Не умирай, Люнетте☆Юджин!
— Эй, эй… не надо таких похоронных голосов. Я вообще-то жив…
Юджин быстро пришел в себя после обморока, однако продолжал медленно плыть, постанывая. Никто не отозвался на его слова.
На всякий случай: кровь идёт из сильно ушибленного носа.
Резко сверкнув взглядом, Фредерика уставилась на «Бледного Всадника». Последний «Пастух», в одиночку вырвался вперёд и нацелился на «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!». Тот самый любимый брат, которого она мечтала освободить, пусть даже ценой векового сна.
И раз уж это начинает утомлять, далее «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!» будет называться «пушка с дурацким названием».
— Проклятый Кирия…! Неужели ты пал так низко, брат!
— И это ещё и моя вина!?
От слишком уж нелепого гнева сестры, Кирия невольно сорвался на обычный тон и огрызнулся. И, как и ожидалось, никто на его сторону не встал. Поскольку он «Пастух», то есть враг.
— Кстати… ‒ негромко покашляла Шиден. ‒ В невесомости с носовой кровью это вообще нормально?
Не слишком хорошо, но пока функции боевого наряда позволяют продержаться. Пока барьер костюма держится, Юджина могли тянуть к материнскому кораблю. Шин, прикреплённый к его броши по договору о займе, тут же снял договор и вернулся к Фредерике. Немедленно Фредерика произнесла имя запуска техники Шина и призвала его как оружие. Алые ФП-частицы, визжа «ми-ми, мяу-мяу» от восторга, облепили Шина. Явилась длиннющая коса, куда больше её собственного роста. Зловеще изогнутым лезвием она прямо указала на Кирию, а после крикнула:
— Я отомщу за Люнетте☆Юджин, брат… Нет. «Бледный Всадник»!
— Говорю же, я тут ни при чём! ‒ продолжал возражать Кирия, но Фредерика, как и прежде, не слушала.
Равно как и скромный протест с «Гиады Один» ‒ «да я же живой…» ‒ она благополучно проигнорировала.
— …Ну, если по-честному, свалился он с поля боя из-за собственной неосторожности. «Люнетте☆Юджин сам виноват», ‒ бесцеремонно заметил Харт, ожидавший в форме самоцвета.
— «Сириус», активация! Познай же боль Люнетте☆Юджина!
Ня-а-о~н!
Рёв. Белое пламя Куджо, преобразившееся, стало низвергаться на «Бледного Всадника» и открыло боестолкновение между девочкой-волшебницей и «Пастухом».
*«…А, то есть меня только выставят и сразу уберут?..»* ‒ проворчал про себя Шин.
— Говорю же ‒ не я виноват! Фредерика, да выслушай ты хоть немного!
— Без разговоров! «Сакура», «Сокол», активация!
Под прикрытием пламени Фредерика навесила на кулак рой лепестковых сакуры и ястребиных лезвий, бросаясь вперёд и взмахивая руками. От всплеска магии вместе с эмоциями переписалась и схема боевого наряда, меняя форму.
Под «уняня!!» эффект паники ФП-частиц пышные рукава и пушистый ворот исчезли, сменившись прозрачным болеро и бравым матросским воротником. Юбка раздулась, освобождая движение рук и ног. Форма, более подходящая для ближнего боя. Колоссальна магия Фредерики, полученная лишь на короткое время ценой столетнего сна, настолько велика, что она почти бессознательно переписывала и чары боевого наряда.
— Чёрт.
То ли из-за этой мощи, что даже «Пастух» считает угрозой, то ли по иной причине, он издал искренний щелчок языком.
Мгновение, и Кирия исчез.
Лишь Шин, врождённым «динамическим» зрением и тонким магическим чутьём, как-то уследил за ним. Прямо сверху!
— Уходи вбок! Эмпресс☆Фредерика!
— ……!
Фредерика едва успела уйти в сторону, и сразу после этого…
«Кааан!». Звук, как от со ударившегося твёрдого металла. Место, где мгновение назад была она, пронзила и прошла серебряная молния.
Молния ‒ это сам Кирия, который ускорился, наступая на создаваемые под ногами барьерные круги. В тот миг, когда они пересеклись, он посмотрел на девушку, которая должна была быть его сестрой, с совершенно ужасающим блеском в глазах, и, видя перед собой лишь этот смертоносный, словно клинок, свет, он снова прыгнул, ускоряясь. В вакууме космоса, где не было никакой опоры, он создавал бесчисленные магические барьерные круги. Их помощью он мог проноситься сквозь тьму звезд по острым, словно молния, траекториям на сверхскорости. Однако не только его ноги наступали на круги магического барьера. Кончики его пары длинных драконьих хвостом с многочисленными шипами точно также врезались в барьеры. Это позволяло отталкиваться от них, ускоряясь и изменяя направление. Звучал он как настоящий гром, будто крошится хрусталь, с буквальной неуловимой для глаза высокой манёвренностью.
— Черт… «Чёрный Пес», активация! Огонь!
— Поздно.
Залп гранат «Черного Пса» Дайи Кирия оставил позади одним прыжком. Резкой сменой курса, будто полностью игнорируя инерцию и ускорение, снова стремительно сблизился с Фредерикой. Выйдя на дистанцию, что не дала бы ни возможности приготовиться, ни отреагировать, он словно внезапно возник перед её глазами. Как ответ за прошлое, он, бог-чудовище, взмахнул одной рукой, в которой лежал узкий и до смешного маленький колющий кинжал. Фредерика лишь едва успела проследить взглядом, но больше не могла отреагировать.
Клинок опускался.
Она не поспевала.
— Чёрт!
— Ц…
Два щелчка языком были произведены одновременно.
Дайя сам снял оружейную форму «Чёрного Пса», возвращаясь из гаубицы в самоцвет, и вместо него появился Шин в облике большой косы. Едва оказавшись в обеих руках Фредерики, он сам двинулся и принял остриё кинжала на плоскость лезвия.
— Шин’эй, прости!
— Сосредоточься на уклонении. Если не повалят, даже ели ты просто удержишь его на себе, это уже будет твоя победа.
Фредерике не обязательно брать голову Кирии. Ключ этой операции, та самая пушка с идиотским названием. Если дать ею прямое попадание по Кирии, можно «Пастуха» уничтожить. Фредерике надо лишь выигрывать время до завершения наводки пушки с идиотским названием и держать Кирию в этом секторе. …И вообще, уже утомляет бесконечно повторять «пушка с идиотским названием».
Сжав губы, Фредерика кивнула.
К материнскому кораблю, где зарядка магии была завершена ещё до начала операции и должно было идти уточнение прицела, Фредерика подключила магическую связь так, чтобы противник перед ней этого не заметил.
— Необходимое время я добуду. Так что докладывайте про…
— Кстати, вы ведь что-то замышляете, да? ‒ выплюнул Кирия.
Миг.
Со звуком «кин», как будто лунный свет застыл льдом, оружие, которое было мгновение назад колющим кинжалом, внезапно удлинилось до величины кавалерийского копья.
— …Что?
Огромная коса «Могильщик» славилась своей небывалой прочностью благодаря колоссальному запасу маны, и всё же даже она внезапно жалобно скрипнула. Чёрные глаза «Пастуха» похолодели. В руке Кирии скапливалась сила. Шин опередил его, чтобы не дать себя пронзить и разрушить, отбросив кавалерийское копьё. Длинное копьё нарочно не сопротивлялось этому потоку силы и взмыло над головой, делая круги и обращая отброшенный импульс назад.
На миг он успел принять на древко боевого жезла, новейшего «Регинлейва», выданного специально Фредерике и Юджину, удар, но Шина и Фредерику отбросило назад. От удара руки гудели, немели, и Фредерика скривила лицо.
— Что это такое сейчас было…!?
— Кинжал и длинное копьё. Подстраивает оружие под дистанцию? Неприятно… ‒ проворчал Шин, вернувшись на миг в форму духа, чтобы восстановить трещину в клинке.
Взгляд упёрся вперёд. Кирия взмахивал копьём, будто стряхивая кровь с лезвия. Длина копья стала ещё больше его роста, хотя была без того выше среднего для позднего подростка. Коса «Могильщика» тоже длинное древковое, но с учётом разницы в росте между Фредерикой и Кирией разница в дистанции очевидна. В ближнем бою, где длинному древковому оружию трудно, а юркий колющий нож свирепствует, можно лишь сосредоточиться на уклонении. Ведь для ближнего оружия Шина попытка одолеть врага лоб в лоб была бы трудна.
К счастью, отшвырнув Фредерику, Кирия сам открыл дистанцию. Удерживая её за пределом досягаемости копья и расширяя дальше, чтобы водить его и ускользать, Фредерика снова материализует фугасную пушку Дайи. Глядя на это ледяными чёрными глазами, Кирия тонко холодно усмехнулся.
— Что не идёшь? Или думаешь, просто стоя там, тянуть время?
— ……
На провокацию Фредерика прищурилась, но не заговорила. Не смущаясь, Кирия продолжил с тонкой усмешкой:
— Время тянуть хочешь, да? Чтобы и в меня попала та странная пушка, что уничтожила «Императрицу» и «Безликого».
Ровный нос Фредерики поморщился.
— Не «Странная пушка», бестолочь. Это «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!».
— ……
Некоторое время Кирия молчал.
*«Ну, обычно ведь и правда растеряешься от того странного названия «пушки с дурацким названием»* …» ‒ тайком подумали Шин и другие духи.
— …Что ты сказала?
Не стоило, но он переспросил, и Фредерика сразу стала возмущённо топать ногой.
— Это «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!». Тьфу ты, почему и ты, и Шин с прочими делаете вид, будто слышите какое-то нелепейшее имя! Разве вы не понимаете, как это звучит круто?!
— ……
Кирия снова немного помолчал. Похоже, решил на этот раз сойти с темы. Он откашлялся и продолжил. Возможно, он просто больше не хотел сталкиваться с фактом, что у его сестры катастрофический вкус.
— …Чтобы навести ту странную пушку и на меня… Нет, не хочу, чтобы навели. Да и не дамся же я убить себя оружием с настолько идиотским именем…!
Впрочем, удержаться он так и не сумел.
*«Вообще-то да, это как раз из тех имён, под которыми ни за что не хочешь получить контрольный…» *‒ тоже негромко кашлянул Дайя, оставаясь в облике гаубицы.
— Как бы то ни было! Ты ведь хочешь потянуть время, чтобы задействовать эту дурацкую пушку, Фредерика! И что, по-твоему, правда достаточно просто стоять там и молчать, как пугало?
Он говорит наполовину уже озлобленно, а Фредерика всё ещё в дурном настроении тоже отвечала ему.
— Раз уж сам всё понял, то нечего спрашивать! Это ты у нас пугало, Кирия? У тебя в голове солома, что ли!? Да, так и есть, наша цель ‒ тянуть время! И никак иначе! А как потянем время по максимуму, добьём тебя этой самой «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!» с её дурацким именем, так что готовься… Постой. Что?
Фредерика внезапно сбавила голос. Спор стал ссорой брата и сестры. Шин уже устал их слушать и пропускал разговор мимо ушей, однако после реакции Фредерики ощутил странность. То, что их цель, тянуть время, очевидно. Выманить Кирию в сектор огня пушки с дурацким названием и удерживать там, пока завершится подготовка к выстрелу. Как сказала Фредерика, это не то, что надо специально подтверждать.
Тогда… А может, и вовсе не это.
Почему Кирия сказал о нашей очевидной цели, тянуть время, так, словно у нас есть другая, «если не эта»? Словно… должны были именно не тянуть время, Фредерика и межзвёздный флот, а делать нечто иное…
— ……
Фредерика резко подняла взгляд, словно отскочив от пружины. Кирия улыбается. Холодно. Жестоко.
— Потому я и спросил: почему вы не атакуете? Ведь то, что вы действительно должны были сделать, это не тянуть время.
— ……!
Свет бесчисленных звёзд меркнет. Или мигал. Горел и гаснул. Свет далёких звёзд, до которых не дотянется даже выстрел пушки с идиотским названием, кажется погасшим: нечто в этом бою его заслоняет. Настолько, что сплошь закрывает свет бесчисленных звёзд на необъятном космическом поле боя.
Бесчисленных.
С этим за спиной Кирия усмехнулся.
«Безликий» уничтожен пушкой с идиотским названием, и теперь «Пастух» остался один ‒ это Кирия. Но «Легион», пешие войска, остаётся с избытком: и подначальные Кирии, и даже те, что были под «Безликим».
— Кому было выгодно тянуть время, так это мне. Я хотел дождаться времени подхода машин «Безликого» и свести их с моими.
Заслоняя звёздный свет, легионы собирались. Один за другим. Без конца. Потеряв всех командиров, кроме Кирии, потому что они повинуются лишь «Пастуху». Бесчисленные, бесчисленные стада овец, все уцелевшие группы, все единицы «Легиона».
Всё идут и идут.
Имя мне ‒ «Легион»,
…Ибо нас ‒ много.
От этого необъятного множества все на «Гиаде Один» были ошеломлены на миг. По приказу или по собственному решению девочки-волшебницы и «Файды» устремляются на перехват. Все орудия «Гиады Один» по отдельности открыли огонь, как и с соседних звёздных кораблей. Изначально уничтожением группы под началом «Безликого» ведала третья пушка с идиотским названием, стоящая на линкоре «Гиада Четыре». Они искали исчезнувшую из сектора обстрела группу, настраивали поисковой барьер, и, получив сообщение о появлении врага, начали переводить прицел в район «Гиады Один». Аналогично пришла связь с «Роа Грация» и с «Гиады Восемь», где стояла резервная четвёртая пушка. Они также начали спешно менять наводку пушки с идиотским названием. А подразделение девочек-волшебниц «Сан-Магнолии» готовили дальний перенос для подкрепления.
«Легион», не показывая страха перед стремительно строящейся и усиливающейся линией обороны, наваливался всей своей массой. Магический круг в форме синей бабочки, переплетение бесчисленных световых линий. Круг, генерирующий молнии. Лазурные, словно стеклянные, крылья трепещут во тьме звёзд. Играючи, и всё же с необычайной скоростью, они летят к девочкам-волшебницам. Десятки и сотни «птиц» закручивались в воронку, и из её центра стала бить молния, поражая всё на своём пути. Оборона местами проламывалась в ожесточённом бою, вмиг превращаясь в свалку. Снаряды защитных духов, ракеты, лазеры, молнии, тепловые лучи летели вразнобой. Сверхтяжёлые снаряды прошивали поле боя. «Файды», «ваф-ваф» да «хихи», играючи бросаются в рой «бабочек».
— Увааааа, чёрт возьмиии! ‒ воем орал Марсель, паля очередями из помпового дробовика «Циклоп» по приближающемуся рою «бабочек».
Обычно защитные духи в оружейной форме заряжают и выбрасывают гильзы сами, но Марсель почему-то собственноручно дрыгал помпой дробовика туда-сюда, гашакон-гашакон.
— Нянко Ай☆Марсель, у нас скоро опять патроны кончатся… ‒ невозмутимо констатировала Шиден, находясь в облике оружия.
Марсель, продолжая греметь помпой, умудряется ещё и топать от досады. И позывной этот ненавистный, и магазин пустеет, хотя врагов ещё тьма.
— Да чтоб тебя! «Циклоп», назад! И… «Циклоп», активация!
«Фшаа!». «Нго-о-о!».
— Как обычно ‒ но почему, а? И с этим тоже что за номер?!
К слову, он не только не осуществляет сам выброс и заряд, но и боеприпасы, в отличие от других защитных духов, не рождаются бесконечно по мере истощения маны. Магазин честно пустеет, а чтобы его пополнить, нужно было снять оружейную форму и вновь активировать. И то, что ФП-частицы «фу-фу», «ша-ша» шипят, наверное, из-за «проклятия» Марселя: «при встрече с кошкой она шипит».
От разбрасываемой картечи, от множества атак у бабочек рвались хрупкие крылья и мягкие тела. Но круги молний спокойно пожирали осколки своих же товарищей, вновь создавая их и направляя вперёд. И вскоре «Файды», девочки-волшебницы и Марсель понемногу вынуждены были отступать. Словно степной пожар лижет выжженное поле. Словно цунами разъедает сушу. «Легион», своей необъятной массой, постепенно загонял девочек-волшебниц в угол.
Фредерика видела бедственное положение союзных войск, но не могла никому из них помочь. Все силы уходили на отражение атак Кирии, что вел призрачных синих бабочек и сам шел в авангарде. На помощь другим сил попросту не оставалось.
Где-то с краю вспыхнул магический тепловой луч. В ответ пошла молния. От мысли, что под тем светом, возможно, кто-то ещё умер, юной Фредерике до ужаса становилось страшно. Сдерживая наворачивающиеся слёзы, она все силы вкладывала в сражение с предводителем «Легиона», которого можно лишь отражать, но не остановить или добить.
К «Пастуху», который должен был быть её дорогим братом.
— Кирия, прекрати уже, Кирия! Зачем уничтожать людей!? Почему ты... зачем ты пытаешься уничтожить людей!?
В ответ лишь тишина.
Чёрные глаза перед ней были холодными и жестокими. Трудно было поверить, что всего мгновение назад она обменивалась с ним, словно это был какой-то пустяк. В этих глазах смешалась чья-то ненависть, отчаяние, предсмертные стоны. В тех, что принадлежали когда-то доброму брату. Лишь изменчивое лезвие льётся вместо слов. Словно это возмездие за слова Фредерики век назад: «можешь не возвращаться».
…Нет.
И всё же, брат Кирия, которого она знала, не ответил бы холодным молчанием на ее слова. Он был настолько добр, что простил бы.
Добрый, добрый был брат.
И всё же…
Лицо Фредерики исказилось, когда она фыркнула. Но почему же тогда добрый Кирия взял, да и стал «Легионом», который истребляет людей. Своих людей. Он ведь желал именно защищать их, спасать, но всё кончилось вот так.
— Пора прекратить это. Ты ведь не этого желал…!
На этот крик.
— ……
*«Желание… говоришь...» *‒* *задумался вдруг Кирия.
*Чего же я желал? Чего я желаю сейчас?*
*Ответ очевиден.*
*С тех пор как я стал «Легионом» не прерываясь, всегда. Постоянно. В глубине груди, что горело.*
*Что бы я ни делал, ни на мгновение не исчезало, всегда и всегда. И сейчас, сражаясь с девочками-волшебницами, это не меняется.*
*Хочу домой. *
*Я всегда этого хотел.*
*До жжения, до боли хотел домой.*
*С какого момента?*
*И отчего?*
В предельной сосредоточенности ближнего боя, где за один вдох перекрещиваются клинки, Кирия спрашивал себя как бы со стороны:
*С каких пор? Наверное, ещё до того, как стал нынешним.*
*С того дня, как я ушёл на бой, что должен был стать последним для меня как для магического офицера. Я думал, что вернусь. На материнский корабль, где родился. В дом, где жил. К сестре, стоящей сейчас напротив, к Фредерике.*
*Я обязан был вернуться.*
*Потому что…*
*Почему?*
Этот ответ нынешнего Кирии, смешавшегося с «Криком» и павшими товарищами, сколько ни спрашивал, понять не может. Пусть он рыщет в пустоте, залившей сознание вместо памяти, ответа там нет. Была лишь жажда одного:
*Хочу вернуться.*
*Да. Я должен вернуться.*
*И сестра… она тоже.*
*Вот как.*
*Хочу домой…*
Вместе с чужим плачем, что тянется в белой пустоте памяти:
*Все, все должны вернуться в ту самую Пустоту.*
Дистанция поддерживалась яростной канонадой «Черного Пса», а сближение сдерживалось белым пламенем «Сириуса», вихрем лепестковых лезвий «Сакуры» и веером перьевых клинков «Сокола». И всё же, когда он врывался на дистанцию удара копьём, «Могильщик» принимал его на себя.
Видя, как Фредерика только обороняется, Шин и защитные духи скрипели зубами. Она одна как-то выносит эти стремительные и яростные атаки. Но лишь держится. Против Кирии стоит только Фредерика, и даже многих духов ей приходится переключать одной. Некому прикрыть мгновенную задержку на переключении и в этот просвет прилетает добивание, и всё опять превращается в одну оборону.
«Могильщик» прожорлив по мане, а поэтому вместе с другими духами его нельзя использовать. Едва явится в виде большой косы, как в него сразу втыкают копьё, и в атаку не перейти. Хотя по мощи он не дотягивает до пушки с идиотским названием, он способен нанести смертельный удар и «Пастуху».
…Хотя шальной осколок не только вина Юджина, как ни крути.
Если бы всё шло по плану, можно было бы связать атаку Юджина и сдерживание Фредерики. Потому вряд ли дошло бы до такой тяжёлой схватки.
*«Что ж ты так быстро вылетел, очкарик…» *‒ невольно подумал Шин.
*«Правда прости…» *‒ как раз в этот миг кашлянул Юджин в лазарете «Гиады Один», у которого ещё не остановилось носовое кровотечение. Со скоростью падающей молнии опускалось копьё, и тут же его отбрасывают, наносят удар. Лезвие подпрыгнуло и нанесло удар, словно глотая.
И на этот раз Фредерика едва успела встретить обрушившееся на неё копьё. Наложив на себя чары могучей силы и навалившись, она вдруг ощутила, что встречное усилие из оружия противника исчезло. Споткнувшейся Фредерике навстречу уже летело остриё кинжала, снова обращённого из копья.
— Шин, сменись! Я прикрою! ‒ закричала Кайе.
— Рано ещё! ‒ бросок прерывал его раздирающий окрик.
Это была Фредерика.
Схватив посох с все еще развернутым «Могильщиком», она наклонилась вперед и, не приходя в себя, бросилась вниз, опускаясь. Пользуясь смещённой к лезвию тяжестью большой косы, она раскрутилась вместе с косой. В низком уклоне из его слепой зоны за спиной она ударила по ногам, источнику этой безумной подвижности.
— Чёрт…!
Поняв замысел, Кирия мгновенно построил под ногами барьерный круг, отталкиваясь от него и пытаясь уйти от дуги удара.
Но Фредерика успевает раньше:
— «Сириус», усиление!
На длинном древке алой косы стало бить белое пламя. Напором изрыгаемого огня рубка косы ускорилась, из почти горизонтальной дуги резко взлетая вверх. Она догнала со скоростью молнии серебряную тень, что пыталась уйти, и… настигла её.
В одном из длинных извивающихся серебряных отростков драконьих хвостов осталось кроваво-красное лезвие
— Гх…?
Серебро чешуи, острое как нож, от влитой разрушительной силы вмиг лопнуло и разлетелось.
«Легион», будучи магическим существом и даже сохраняя человеческую плоть, уже не проливал крови. Как по толстому стеклу, так и по телу «Пастуха» стали идти бессчётные трещины, и «Могильщик» прорубается к их центру. Вмиг, когда видно — клинок дошёл до половины…
Внезапно ‒ фью ‒ большая коса исчезла.
Насильно отозванный из облика косы в форму духа, Шин, в изумлении взглянул на Фредерику.
— Эмпресс☆Фредерика?!
Там наверху Фредерика осела. Её боевой наряд, изменивший форму, дрожал, неуверенно колыхался и возвращался к прежнему виду.
Это бледное детское лицо, лишённое крови.
Отключение магических меридианов из-за превышения максимальной мощности.
К тому же, одновременно наступило полное исчерпание запасов магии.
Сражаясь с «Пастухом» в одиночку, она использовала «Могильщика» ‒ духа, столь прожорливого, что его нельзя было использовать вместе с другими духами, иначе он попросту сжирал всё. И всё же придала ему огонь «Сириуса» и ударила им, и цена этого... Отключение выходной функции, когда вынужденная работать сверх нормы меридиана попросту отключалась и возвращалась только после своего охлаждения, занимающего примерно от десятки секунд до нескольких минут. Но даже несколько секунд бессилия опасны на поле боя, но восстановление началось.
Но с истощением магии так не бывало. Состояние истощения наступало тогда, когда расход маны превышал её восстановление. Оно требовало куда больше времени для самостоятельного восстановления и длительного отдыха.
Боевой наряд ещё держался на аварийном накопителе маны, но и это на считанные минуты. Фредерика уже не могла оставаться на этом поле боя. Кроваво-красные глаза были готовы разрыдаться, а побледневшие губы вымотанной маленькой девочки жалобно прошептали:
— Я… не справилась. Простите… Уходите. Бегите
— Да как же! ‒ выкрикнул Куджо, тоже вернувшийся в форму духа. ‒ Вообще-то наоборот ‒ это тебе бежать надо! Эмпресс☆Фредерика!
— Точно, уходи!
— Мы здесь его удержим!
— Двигайся же! Быстрее!
Дайя, Кайе и Харт один за другим принимают форму духов и выстраиваются рядом с Шином и Куджо. Маленькими телами они встают в позицию, прикрывающую Фредерику от «Пастуха». Даже без подпитки они все равно решили защитить эту юную и стойкую девочку-волшебницу. Глаза Фредерики исказились от слёз.
— Не могу… Я бросилась в безрассудный ответный удар. И ничего не вышло. Это мой просчёт! И мне за него расплачиваться! Так что уходите… Я больше не хочу терять никого!
— …Да. В этом мы с тобой похожи, Эмпресс☆Фредерика, ‒ не отводя настороженного взгляда от Кирии, ответил Шин.
*Мы тоже когда-то ошиблись. И нам тоже за это расплачиваться. И мы не хотим больше никого терять.*
*Это про нас самих.*
*Раз так, разве мы можем сейчас бежать?*
«Пастух» не преследовал, а раздраженно смотрел на Шина и других защитных духов, заслоняющих Фредерику. Как на дорогой сердцу фотографии. Там, где должен был быть он сам, кто-то чужой. То, что должно было быть его ролью, делает кто-то другой, а он…. Нет. Это было лицо того, кому об этом говорили в лицо. Лицо человека, которому ткнули, что его там нет, где обязан быть он, и обещание, что он должен был исполнить, до сих пор не исполнено.
Не сводя взгляда, Шин подумал.
*Без помощи девочки-волшебницы, даже впятером, этого «Пастуха» не остановим.*
*Не сможем остановить брата, убивающего сестру.*
С тихим скрипом он стиснул зубы.
*Кто-нибудь. Девочка-волшебница, кто-нибудь.*
*Кто-то, кто протянет руку. Кто-то, кто придёт сражаться вместе.*
*Например, та девушка из прошлой битвы на галактическом линкоре «Сан-Магнолия». Которая сражалась вместе, чтобы свалить Рея и закончить эту войну*
— … Регина☆Лена.
Имя едва прошептанное…
…стало путеводной нитью на её дороге.
— Да, Шин «Могильщик»
Взлетающие края шифона и длинные ленты. Боевой наряд цвета неба далёкой родной планеты. Неба, которое не знают ни Шин, ни она.
Близкие вещи резонируют и зовут друг друга.
Защитный дух Шин был некогда гражданином той же флотилии, тем же военным, а она сражалась ради той же цели и мечты. Значит, она настолько близка Шину. Её длинные волосы с лоском льющегося серебряного атласа мерцали, словно шёпот звёзд. Лена, одним вдохом перелетевшая море звёзд переносной магией, обернулась и улыбнулась.
— Сражаться вместе. Ради этого, девочка-волшебница Регина☆Лена, пришла к тебе.
