— Траектория свободна, ‒ раздался голос диспетчера, ‒ девочка-волшебница Меркуриус☆Рей, запуск разрешён!
— Поняла. Шотрей Ноузен, Меркуриус☆Рей, вылетаю.
Развернув за спиной тяговую магию и летя по просторам необъятного космоса, он, миновав последний оборонительный барьер флота, соединился с двумя другими девочками-волшебницами, ушедшими вперёд. В отличие от Рэя, взрослого мужчины, они были именно что девочками. Регина☆Лена в небесно-голубом наряде и Ауретта☆Аннет в мятно-зелёном.
— Прошу позаботиться обо мне и сегодня, Меркуриус☆Рей.
— Ты, наверное, уже освоился, но не расслабляйся, Меркуриус☆Рей.
На эти слова Рей кивнул и уныло вздохнул.
— …Понимаю, что ничего не поделаешь. Но этот позывной, он же, как бы… изящно выбивает из рабочего настроя…
Особенно эта «☆».
Сто с лишним лет назад, когда Рей выходил на поле боя как офицер-маг, позывные нередко определялись как обзывательство или товарищеский прикол, но по крайней мере без «☆». Вдобавок, сколько бы он ни смотрел, никак не мог привыкнуть к развевающимся рюшистым платьям девочек-волшебниц, как и к милым плюшевым тельцам с звериными ушами и хвостами, его товарищей и друзей его брата. И брат, которого здесь нет, наверняка и сам где-то на другом звездолёте остаётся в плюшевой форме с собачьими ушами и хвостом.
*Как мы до такого докатились…*
Причину он знал слишком хорошо, но аккуратно отставил её в сторону и уставился в пустоту.
— Мы, конечно, не исходим из того, что это ты виноват… Но как ты сам считаешь, из-за кого всё это, бывший «Пастух», Меркуриус☆Рей.
☆☆☆☆☆
Полгода назад.
Будучи командной машиной «Легиона», «Пастухом», Рей был повержен девочкой-волшебницей Региной☆Леной и её защитным духом Шином. В том, что Рей, который изначально должен был так и исчезнуть, вернулся к прежнему человеческому облику и, более того, смог стать девочкой-волшебницей, участвовали многие случайные события и удачное стечение обстоятельств.
Сто лет назад, когда магические офицеры, включая Рея, были заражены и превращены в «Легион», тело, из которого выбросило только дух, и которое стало пустой оболочкой, Шин успел забрать. Это тело не утилизировали, а хранили в глубине соборного корабля и непрерывно очищали, как тела носителей защитных духов.
А ещё уцелел тот старый «Файд», механический пёс, которого Рей когда-то баловал по прихоти и который за это время пояснил его.
☆☆☆☆☆
Никто, включая самого Рея, не ожидал, что тот «Файд» точно отследит его душу среди обломков составной магии разбитого «Пастуха», подберёт её до исчезновения и ещё доставит на соборный корабль. Рей с теплом подумал о верном механическом псе.
Скверна, смешавшаяся с ним и сделавшая «Пастухом», при поражении удачно отслоилась, а остаток его души удачно подлежал очищению ритуалом на соборном корабле. Когда очищение духа и тела завершилось, пробудившийся Рей уже вернул прежнюю человеческую личность и сознание. Вернувшись, он осознал, насколько за эти сто с лишним лет был сломан, и, едва очнувшись, невольно схватился за голову.
Тут и Шин бы отпрянул, и назвал бы это, пожалуй, «дикой выходкой».
Рей покорно кивнул, все еще пребывая в том же настроении, что и тогда.
— Да… не знаю, куда деваться от стыда…
В том, что Рей стал «Легионом», он вовсе не был виноват, но причиной позывного, несомненно, является «Легион», включая самого Рея. Глядя на поникшего Рея, теперь уже Лена криво улыбнулась.
— И ещё из-за боевого наряда тоже, верно?
— Да, и боевой наряд… Понимаю, что тут ничего не поделаешь. Понимаю, но…!
На Рее, в отличие от двух девушек перед ним, одетым как феи, был мужской боевой наряд. А именно: длинный до щиколоток плащ и корсет со сплошной вышивкой, плотные, но обтягивающие лосины и сапоги с крылышками. Характерные большие округло-вздутые рукава и такие же большие округлые кюлоты. Лишь брошь, застёгивающая плащ, формой напоминающая звезду, походила на аналогичную у Лены и остальных девочек-волшебниц.
[П/П: Кюлоты — широкие укороченные брюки.]
Если боевые наряды для девушек можно было сравнивать со сказочными нарядами фей или невест, то у парней, включая Рея, это, пожалуй, костюм принца или рыцаря на белом коне. Иными словами, это наряд «принца в тыквенных шортах». К слову, присущий боевому наряду Рея, происходящий от его маны, цвет томатно-красный, то есть и плащ, и корсет, и лосины томатно-красные.
Разумеется, и кюлоты томатно-красные, и сапоги томатно-красные. Весь он сплошь цвета томата.
— Ты прямо как паста, щедро политая томатным соусом, и выглядишь вкусно, ‒ так сказала Аннет при первом знакомстве с его костюмом.
Рей же про себя думал:
— Тогда Аннет в мятно-зелёном платье, как шоколадная мята, а Лена в небесно-голубом, как Блю Кюрасао.
[П/П: Блю Кюрасао — апельсиновый ликёр ярко-синего цвета, получивший своё название от острова Кюрасао в Карибском море.]
Но будучи взрослым вслух этого не говорит. Ведь заводиться из-за девочек, ровесниц его брата, то есть на десять лет младше (период, когда он был «Легионом», не учитывается), неправильно.
— Эй Меркуриус☆Рей. И вы, Регина☆Лена, Ауретта☆Аннет …Похоже, противник вот-вот подойдёт. Готовьтесь к перехвату.
— Ой. Точно.
— Ой-ёй.
Лена и Аннет поспешно обернулись к приближающейся группе «Легиона». В безвоздушную тьму они вызвали своё оружие. Лена гатлинг Райдена «Оборотень», а Аннет ракетная установку Анджу «Снежная Ведьма».
— И на этот раз будем палить на максимальной мощности, ‒ бросив взгляд на Рея, у которого не было духа и потому ему некого звать, сказала Аннет, ‒ …Подпитка маной на тебе.
Рей слегка приподнял уголок рта.
*Вы кому это объясняете, малявки? С вашими крошечными та запасами маны, что исчерпываются после пары стычек.*
— …Ага.
Завершив перехват, вернувшись на «Сан-Магнолию» и сняв боевой наряд, Рей пошёл по коридору оборонительного сектора, чей облик изменился за этот век. Компании в виде защитного духа, конечно же не было. Навстречу ему шёл худощавый офицер в очках, похоже, как раз заступающий на дежурство вместо Рея. Девочка защитный дух с кроличьими ушками у него на голове помахала крошечной рукой.
Кажется, это были «Супер Кул☆Том» и леди Майна. Черты прежней девушки всё ещё угадывались, но облик всё равно отличался от реального. Она стала помладше, помельче, да ещё и с звериными ушками и хвостом. Помахав в ответ и проводив взглядом, он раз качнул головой.
— …И всё же, если именно я легче всех переношу скверну, то нет смысла заставлять их принимать этот облик.
Рей вернулся к человеку облику и даже смог вернуться в строй уже как девочка-волшебница, а не магический офицер, но ценой за это стала утрата части воспоминаний, когда он был «Пастухом». Его чрезвычайно большой запас маны, врождённый, как и у Шина, поражал. Но вот управление оставляло желать лучшего, по сравнению с старыми временами.
Поэтому, хотя он и мог использовать три свои магические формулы, которыми он обладал, они были ужасающими и бесполезными, по крайней мере пока он не привык бы к нынешнему облику или не восстановил контроль.
Ведь Рей ‒ человек, однажды ставший Легионом.
Близкие друг к другу вещи зовут и резонируют. Бывший «Пастух» ближе к «Легиону», чем девочки-волшебницы и защитные духи. Он воспринимает их скверну легче, чем кто бы то ни было. В таком случае даже через защитного духа он не может участвовать в прямом бою с «Легионом».
Вместо этого капитан Каршталь поручил ему…
Стоило открыть дверь комнаты ожидания, как его встретили голоса Лены и Аннет.
— Хорошо поработал, Рей.
— Вообще-то мог бы и выглядеть хоть чуть-чуть уставшим… Столько маны спалили, а ты как огурчик, почему?.. ‒ спросила Аннет, распластавшись по столе.
Похоже, она съела несколько конфет «Небесной росы» для пополнения маны, но силы всё не возвращались. Посмотрев на это, Рей почесал затылок.
— Ну вот так… у меня и у Шина среди магических офицеров и запас маны, и восстановление были высшего класса. Потому меня и поставили пополнять ману вам с Леной в бою.
В той схватке с Реем Аннет потеряла Харта, а Лена ‒ Шина. Обоих из-за истощения маны. По итогам этого разбора Рей теперь был их персональным генератором маны. Почти бездонная бочка с маной, с чудовищной скорость восстановления, при том, что он легко принимает скверну, но не может идти в прямой бой с «Легионом», делают эту роль для Рея как нельзя кстати подходящей.
Не роль генератора маны для каждого орудие «Сан-Магнолии», а именно конкретно для двоих девочек-волшебниц. Вероятно, это было сделано потому, что Каршталь беспокоится о Лене и Аннет, которые, если станут безрассудствовать, могут и сами довести себя до полного истощения.
Лена, сидевшая, с другой стороны, тихо опустила взгляд. Заметив это, Рей притих и остановил Аннет, которая собиралась пододвинуть ему стул, сам подтянул стул и сел на него.
— Всё в порядке, Лена… Шин обязательно цел, просто на другом корабле.
Слова, которые он уже много раз говорил ей до сих пор, он произнёс снова.
Лена опустила глаза, потому что Рей неосторожно произнёс имя Шина. О защитном духе, которого она потеряла из-за исчерпания маны, который рассыпался у неё на глазах. И спустя эти полгода всё ещё сожалела и переживала за него.
— … Но…
— Не забывай, мы с Шином братья, поэтому если что-то случится, я обязательно узнаю. Он цел и сражается на другом корабле. Поверь в то, что он, как и ты здесь, сейчас ведёт борьбу.
— ……
— Точнее. …Не стоит недооценивать моего брата. Шин не такой парень, чтобы свалить вину на девушку, которой он передал все свои запасы маны по собственной воле. Он не настолько слаб. Можешь даже, когда встретитесь, высказать ему претензию, вроде: «Как так можно, оставить девушку одну на поле боя и исчезнуть сам по себе».
— … Хорошо, ‒ ответила Лена, всё-таки, слегка улыбнувшись.
Крена и Сео с выражением «точно что-то замышляют» подтянули корзинку с домашним печеньем Аннет к Рею, который схватил одно из лакомств и закинул себе в рот. …О её «проклятии» он, разумеется, наслышан, но из вежливости всегда съедал хотя бы одно.
— … Ага. Вкус как у умэбоси. Странновато, но после боя кислинка в самый раз.
[П/П: Умэбоси — приправа в японской кухне. Представляет собой солёно-квашеные плоды абрикоса умэ]
— Эй, не выдумывай! Там шоколадную крошку. И вообще, что за «умэбоси»?
— ……
Он предполагал, что это, вероятно, лимон, поскольку он был кислым, но это был даже не фрукт. Более того, тот, кто его сделал, сказал, что это ложь. Заинтересовавшись незнакомым названием еды, Лена нерешительно потянулась за печеньем и, положив его в рот, откинулась от неожиданного вкуса.
— Ки-и-сло…?
— Умэбоси люди с «Сан-Магнолии» не особо едят, ‒ наблюдавшая за этим Анджу, неторопливо сказала. ‒ Даже в наши времена лишь Кайе-чан изредка покупала его.
Рей вдруг вспомнил, как Кайе рассказывала, что это консервированная еда из фруктов. Анджу, Райден, да и остальные, ожидали, что это засахаренные фрукты, и съели их без задних мыслей. Их реакция была схожа с Леной. Что до Шина, у него было лицо словно у кота, который поймал мышь, а Кайе вдруг встала и весело запела, пустившись в пляс от радости.
В следующий вылет они тут же пересеклись с Шином, и тот смотрел на Рея с ещё более ошарашенным выражением лица, чем когда-либо.
— А, да это же Шин! Эй! Это же я, твой братец!
Рей энергично махал рукой Шину, который был вместе с невысокой девочкой и парнем в очках из «Гиады Один». Кто-то из них, вероятно, один из них девочка-волшебница. Конечно, расстояние было не маленьким, чтобы видеть всё невооружённым глазом, однако, как говорил Рей, будучи братьями, он и Шин могли ощущают присутствие друг друга, и, если они ощутили присутствие, не сложно при помощи магии «дальнего вида» увидеть друг друга.
Парень и девочка выглядели смущёнными, а вот реакция Шина отсутствовала вовсе. Не падая духом, Рей всё продолжал энергично махать.
Юджин не может скрыть замешательства из-за Рея, который, находясь на довольно большом расстоянии от линии обороны «Сан-Магнолии», специально посылал магией голос и оптическое изображение, заявляя о себе. Он украдкой взглянул на Шина, парящего рядом в обычной форме духа. Шин прижал треугольные уши, как только можно, сведя брови и опустив уголки рта, и полуприкрытыми глазами уставился на Рея, словно говоря «слов нет» или «видеть уже сил нет».
Хотя нет, это, как бы сказать… было лицо человека, который не желал признавать, что молодой человек, лет на десять старше него, в длинном плаще для девочек-волшебниц, с освежающей улыбкой и энергично махающий ему рукой, был ее братом.
— …Шин, слушай…
— Я не знаю этого человека, ‒ отрезал Шин.
— Но…
— Я не знаю этого человека. Такой весь томатного цвета с пустой улыбкой, да ещё и сверкающими зубами. Это не мой брат.
При том что он сам говорит, что брат.
Как бы то ни было.
— Люнетте☆Юджин, давай для начало сотрём то место, не оставив и следа.
Наконец он ляпнул что-то по-настоящему дикое.
— Эй! Ну знай меру, болван!
— Мяяя!
И тут же Фредерика помяла ему оба уха, и он взвыл. Шин, закатив глаза, осел у плеча Юджина, который, вздохнув «ну что ж», подхватил его руками. Как и сказала Фредерика, такое, само собой, нельзя. И хоть у Юджина была младшая сестра, он не очень хотел понимать ее чувства, но... с другой стороны, всё же понимал.
Шин по-прежнему молчал, и, глядя на упрямо не сдающегося Рэя, повернулся к нему спиной, Лена тихо окликнула его.
— …Эй, Меркуриус☆Рей. Насколько видно, Шина это, кажется, отталкивает…
— У него прямо взгляд «стереть бы тебя». Ты его достал ‒ хватит уже, оставь его в покое.
— Наверное, вы правы. Но для него ведь выходит, что он меня убил. Я-то в порядке, сами видите. Вот я и хотел показать ему, чтобы он не заморачивался, и мог как прежде ругаться на меня.
Размахивал он рукой, как разбалованный ребёнок, с нарочито безмятежной улыбкой.
Искренне.
— ……
Лена, Аннет и защитные духи тоже на миг замолчали. Они вдруг все одновременно ощутили: этот человек и правда «старший брат». Девочка протянула руку, а парень подхватил Шина. И на том зловещая атмосфера, на закручивавшееся на расстоянии улеглась.
— О, ему уши щипнули, — пробормотал Рей. — Девочка будто немного тревожная. Но бодрая. Хорошо бы они успели подружиться до конца войны.
С этими словами Рей выключил связь и дальнее зрение, а Лена машинально взглянула на него.
Он знал о существовании оружия против «Легиона» созданное «Роа Граци», про это же оружие, строящееся у «Федерации Гиад», и о «Сан-Магнолии» конечно тоже. И о том, что, если это оружие уничтожит оставшихся двух «Пастухов» и их подчинённые войска, война закончится. И что к операции по истреблению готовятся не только те две страны, но и весь межгалактический флот.
Да.
Пока война не закончится. Операция, что должна поставить точку, готова. Им оставалось только ждать даты старта. Оставшиеся два «Пастуха»: «Безликий» и «Бледный Всадник». Операция, чтобы повергнуть этих двоих… двоих людей.
— Меркуриус☆Рей … Скажите. Разве нельзя спасти и оставшихся «Пастухов», и «Легион»? Если вы смогли вернуться к человеческому облику, может быть, и тех людей можно вернуть? ‒ наконец сказала вслух мысль Лена, которая возникла с тех пор, как они это узнали.
Хотя они были магическими офицерами, защищавшими флот. Хотя, ставя тело на кон ради защиты флота, они сражались с иной разумной расой, они стали «Легионом» и в итоге врагами человечества. Многие из них были побеждены своими же бывшими товарищами, защитными духами и девочками-волшебницами, так и не обретя мир и покой в качестве возмещения за свою преданность. Но что, если бы они могли спасти хотя бы тех, кто остался?
Рей по-прежнему стоит к ней спиной и не оборачивался.
— Не знаю, уместно ли это говорить мне, кому посчастливилось вернуться… Но вряд ли. А если говорить о «Легионе», то почти невозможно. Они…
Ещё сто лет назад их раскрошило в пыль: вместе с памятью и личностью. Их тела и души разнесло в клочья. Они смешались с гибелью и проклятием прежнего врага и утратили свой облик…
— Недаром их назвали роем призраков. …Они ‒ множество осколков мёртвых тел. Это россыпь обломков мёртвых оболочек магических офицеров. Как ни крути, им уже не воскреснуть.
— ……
— «Пастухи», у которых сохранилась часть исходной личности, при соблюдении условий могут вернуться, как я. Так же, как нелегко прикрепить чужую часть тела человека к другому, так и поверхность духа человека может быть переплетена с чужой, но сердцевина его души не смешается с другими. Это как стеклянная бусина. Если её расколоть, она проникнет внутрь, если разбить – смешается, но если она сохранит форму и не разобьётся, то как бы вы её не оскверняли, это будет лишь поверхность. И если её как следует очистить, она восстановиться.
Точно так же, как скверну, что несут на себе защитные духи, можно смыть обрядом очищения.
— Но есть одно «но» …
Не оборачиваясь, он смотрел в бесконечную тьму звёздного простора, где прежде и сам скрывался как «Пастух».
— Эти условия для них не применимы. Моё тело Шин подобрал, и поэтому оно уцелело. И вы с Шином отделили меня от скверны. А ещё остался «Файд», помнивший меня, он верно отыскал мою душу.
Тело, к которому следовало вернуться, не было ни утрачено, ни повреждено, а механический верный пёс, помнивший отпечаток его души, точно вынюхал нужный стеклянный шар среди бесчисленных других. Иначе бы Рей, как один из «Пастухов», разлетевшись в беспредельной тьме космоса, так бы и исчез.
— Но у прочих «Пастухов» этого нет. С телом, если при поражении удастся сохранить его настолько, чтобы человек мог выжить, со временем его вылечат и очистят. А вот чтобы точно найти душу среди рассеянной огромной составной магии «Пастуха», пока она не исчезла, нужен «Файд», помнящий его при жизни, как в моём случае, либо какая-то связь.
Близкое связано.
Как Рей и Шин, разделённые на «Пастуха» и защитного духа, всё равно отзывались друг другу. Кровные родитель и дитя, братья, возможно, смогли бы вытащить душу из рассеянных осколков магии.
Но прошло больше века с тех пор, как они стали «Пастухами». Семьи, скорее всего, уже нет. Да и «Файд», автономные боевые машины, ежедневно уничтожались и обновлялись. Что хоть один «Файд», знавший Рэя, уцелел, уже почти чудо.
Рей тихо вздохнул и наконец обернулся. За очками глаза, по цвету иные, чем у Шина, но очень похожие, расплылись в печали и всё же на лице мелькнула мягкая улыбка.
— Так что, не надо пытаться спасать всех, и тем более ‒ так надрываться. Мы, магические офицеры, сто лет назад провалились. Мы лишь платим по счетам, пришедшим с опозданием. Поэтому, не сомневайтесь, вы можете их уничтожить. Если вы будете перенапрягаться и ранить себя, девочки-волшебницы, это… наверное…
Живые магические офицеры, их бывшие товарищи, были бы опечалены.
— Джером, давай уничтожим этого красного волка из главного орудия «Сан-Магнолии». От него не останется и следа.
— Вацлав, Лена уже в том возрасте, когда чрезмерная опека раздражает.
К тому, что Вацлав прилип к оптическому экрану у крайнего оборонительного рубежа, ещё можно отнестись с пониманием, но Каршталь глубоко вздыхал, видя, как чрезмерная опека его лучшего друга к его собственной дочери сводила его с ума.
И к слову, полгода назад, когда Лена получила нового защитного духа, он, думал, что, если бы это была девочка, ещё ладно, а вот мальчик, это плохо. Теперь он твёрдо делает вид, что такого и не думал. Вацлав всё ещё прилип к оптическому экрану, как какая-то здоровенная букашка.
— Чёрт… Он ещё посмел улыбнуться Лене, моей милой девочке… не прощу…!
*«Ну это уж можно и простить…» *‒ промелькнула мысль у Каршталя.
— Вот это да, дядюшка, ну ты и мелочный… ‒ как ни в чём не бывало произнёс Кино.
— Ругаться за улыбку ‒ это за гранью абсурда… ‒ добавила Чисе.
Для контраста, господин Йозеф Пенроуз, отец Аннет, явился к Рею с коробкой сладостей и вежливо представился, сказал: «Дочка у нас хлопотная, прошу присмотри за ней», ‒ показав, что такое хороший тон.
— Если ты на каждом коротком вылете так заводишься, то на решающей операции долго не протянешь. Впрочем, в таком состоянии тебя вообще нельзя выпускать
Несмотря на заражение, «Пастухи» всё ещё сохраняют свою индивидуальность, даже сохраняют личность, память и интеллект. После уничтожения «Императрицы», которую уничтожили совершенно внезапной атакой неизвестного оружия для «Легиона», оставшиеся двое, естественно, будут знать о наличии у человечества этого козыря. Об оружии со сложно выговариваемым названием, о котором даже не хочется упоминать. Они, несомненно, примут контрмеры против него, и операция по уничтожению точно не будет простой.
Но Вацлав не слушал.
— Точно, это же перехват. Что там делает этот «Легион»? Быстрее сотри-ка в пыль того рыжего волка.
*«Так Лена тоже под удар попадёт…» *‒ * *подумал Каршталь, но спорить было уже лень.
Впрочем…
— И правда, «Легион» идёт подозрительно медленно. Чтобы пробить боевой барьер и «Файд», столько времени…
На полуслове Каршталь расширил глаза.
Нет. Это…
Завыла тревога.
Фредерика резко подняла голову.
Это чувство… Эта аура!
— Это ты… Кирия!
Донесение о приближающемся «Легионе» быстро дошли до Лены и других девочек-волшебниц, которые сразу отправились на перехват.
Удар пришёлся совершенно не с той стороны, что держали под наблюдением. Первые машины «Легиона», зацепившие боевой барьер, оказались лишь приманкой, когда как настоящая атака хлынула в обход. Причём их скорость была аномально высокой. Их засекла дальняя сеть ещё за второй линией «Файд» и боевого барьера. Но в следующий миг они уже прошли сквозь их строй. Аномальная боевая мощь, что одним махом сносит стаи автономных машин.
«Пастух»
— Проклятье…! ‒ едва слышно ахнул Рей.
Близкие вещи резонируют и зовут друг друга. А значит, бывшего «Пастуха» Рея почувствовали двое оставшихся «Пастухов», и он, в свою очередь, позвал их. Тех самых, чья боевая мощь сократилась вдвое из-за нового оружия человечества, и настороже ищущих способ справиться с ним.
— Чёрт…! Вы, девочки-волшебницы, там! Отходите, пока он не увидел и между вами не возникла малейшая связь! Вы ведь прикрываете тот козырь!
Маленькая девочка-волшебница в вишнёво-розовом наряде остолбенела, но парень рядом с ней в очках схватил её за руку и развернул двигательную магию. Полу-волоча её, на высокой скорости уходил к материнскому кораблю. Он старался уйти как можно быстрее, пока этот дерзкий «Пастух», сам вышедший в разведку, как полководец, их не заметил.
Двое мужчин девочек-волшебниц поблизости, одноглазый мужчина средних лет в шоколадно-коричневом наряде и молодой мужчина в ослепительно белом, что так хотелось спросить: «На свадьбу собрались?», начали прикрывать образовавшуюся брешь.
Лена и Аннет выдвинулись вперёд, прикрывая небоеспособного Рея, и разворачивали свои гатлинг и ракетную установку. На боевые наряды наклонились противодействующие заклятья, чтобы ослабить ментальное воздействие противника.
И тут…
— А я-то думал, что это за знакомая аура тут ощущается, в таком странном месте, и которая давно была «стёрта» …
Без всякой телепортации, как у Рея, одной неслыханной скоростью он мигом пересёк поле обнаружения и встал перед Леной и остальными. Лена с Аннет уже знали, что «Пастухи» принимали человеческий облик. И всё же они не смогли сдержать вздох изумления.
Та давящая мощь. То устрашение, словно бескрайнее поле боя, где, как надгробья, воткнуты бесчисленные искорёженные, покрытые кровавой ржавчиной, копья. Будто всё его тело, ровный строй холодных обнажённых лезвий.
Сгущённый холод, дыхание смерти и предчувствие схватки.
В мундире бывшего магического офицера ртутного цвета, подчёркивающими чёрными волосами и совершенно холодными чёрными глазами, на белокожем красивом лице он наморщил правильные брови.
— Что это на тебе, Шорей Ноузен, ‒ произнёс он, ‒ этот предельно нелепый наряд. Ты что, шут гороховый?
Рей чуть пошатнулся. Похоже, от слишком прямой оценки он получил ментальную травму. Оправившись, он резко вскинул голову.
— Замолчи! Он для дела, так надо! А ты-то, будь ты в здравом уме, такой наряд вообще бы не стерпел, Кирия!
Он даже пальцем ткнул, огрызаясь, но «Пастух» лишь раздражённо прищурился.
Глаза, без эмоций глядящие на жалкую букашку, которая, раз уж пала, должна была просто умереть, но всё ещё корчилась. На вид лет столько же, сколько и Лене с Аннет. В линиях щёк и у глаз ещё оставались тонкость и детская мягкость, и потому безжизненная холодность взгляда казалась ненормальной. Худощавое тело, в сравнении с Реем времён «Пастуха», утопавшего в крыльях, сохраняло человеческий облик, но ниже колен он был зверем. Поднятая пятка и вытянутая стопа, касающаяся земли лишь кончиком пальца. Как у волка или гончей, что преследовала добычу стремительно и свирепо. От затылка вдоль позвоночника парой тянулись выросты, то ли шипы, то ли плавник, идущие ниже спины, словно драконьи хвосты, в несколько раз длиннее его собственного роста. Весь хвост цвета лазури состоял из бесчисленных длинных шипов, стоящих как клинки, и только их кончики сияли серебром, словно лезвие.
Даже не сверяясь, Лена поняла его имя.
Бирюза и серебряный отблеск. «Бирюзово-серебряный всадник». Среди семнадцати «Пастухов» был самым быстрым острым мечом «Легиона» для маневренного боя. И вот с этим самым «Бледным Всадником» Рей сцепился взглядом.
Как и ожидалось от бывшего пастуха, стоит ли называть его «Дуллахан»?
— Почему ты жив, хоть тебя же уничтожили, Шорей Ноузен? Ты мозолишь мне глаза. Сдохни.
— Переходный возраст, да? …Ах да, прости, у тебя ж самый разгар, Кирия. Сложный возраст ведь. Колючий до смешного, даже мило, не правда ли?
— …Заткнись, клоун, ‒ произнес Кирия, дёрнув бровью от раздражения.
— Это ты заткнись, хвост нелепый. С братом я бы ещё послушал, но кто на твои “молчи” смолчит, недопокойник. Когти, весь в шипах и со странным хвостом.
В итоге и Рей ругался почти так же, как и когда-то Шин. Разницы было немного.
*«Всё-таки они братья…» *‒ невпопад подумала Лена.
— …Они что, опять знакомые? ‒ шёпотом спросила Аннет.
— Нет. Вообще не знаю его, ‒ ответил Сео, всё ещё находясь в форме камня.
— Вряд ли он был ровесником Рея. Может, у «Пастухов» между собой было общение?
— К сожалению, да. Среди ставших «Пастухами» он самый младший, и, возможно из-за этого, у него особенно странные эмоциональные колебания. От без эмоциональности до взрывной ярости, так что даже если пытаться использовать в операциях, управление вовсе не действует. Короче он был головной болью… Вот как сейчас.
Явно раздражённый Кирия, пнул ногой пустоту. В миг, когда поднятые носки опустились ударом, прямо под ними развернулась плоскость магического круга, и, соприкоснувшись с его ногой, издал диссонирующий звонкий «дзыыын!».
Лена сразу поняла, в чём заключался приём, благодаря которому «Бледный Всадник» так быстро передвигался. Он разворачивает у ног барьерную магию, делая её опорой, и наступая на неё, он отталкивался, таким образом передвигаясь по космосу. Конечно, он совмещает и магию тяги, но при таком способе, вероятно, легко выполнять случайные манёвры, игнорируя инерцию. Если дело дойдёт до ближнего боя, можно считать, шансов почти нет. И серия провокаций Рея, возможно, была затем, чтобы это сообщить.
Поняв, что Лена догадалась, Рей слегка улыбнулся. Будучи хрупким человеком, уже не сравнимым с тем, когда он был «Пастухом», он затевал перепалку с предельно мощным противником ещё по одной причине. Тянуть время.
— Огонь!
— Ах!
И на этот раз прилетевший снаряд сверхтяжёлой 2000-мм электромагнитной пушки из тяжёлого металла попал прямо в Кирию, который, вероятно застигнутый врасплох, издал неожиданно милый звук. И, как водится, его просто унесло за горизонт боя, без всяких церемоний.
— Есть попадание. «Пастух» временно нейтрализован.
— Принято. Группе обнаружения ‒ продолжать сопровождение цели…
— Есть! Прямое попадание!
Пока он слушал доклад девочки-волшебницы по наблюдению за попаданиями и ответ диспетчера, Рей по-детски сжал кулак в жесте победы, и Лена посмотрела на него с откровенным недоумением.
— …Это же был банальный срыв злости, да?
Разве это не в точности то, что он схлопотал полгода назад?
— Есть попадание. «Пастух» временно нейтрализован.
— …Слава богу. Похоже, «Сан-Магнолия» справилась.
«Гиада Один», оборонительный сектор. Услышав переданный по магической связи доклад, Юджин с облегчением расслабил плечи и наконец отпустил руку Фредерики, которую держал с момента их возвращения. Фредерика, всё пытавшаяся вырваться, по инерции пошатнулась.
— Зачем помешал, Юджин! У меня там было дело, которое я должна была сделать…! ‒ произнесла она, резко обернувшись с блестящими от слёз глазами и набросившись на него.
— Потому что твоя задача ‒ охрана «Абсолютное вознесение☆Погребальная песня очищения, ритуальная пушка уничтожения!» в операции по уничтожению, Эмпресс☆Фредерика, ‒ спокойно произнёс Юджин, нарочно назвав позывной Фредерики, от чего она вздрогнула.
Глядя в большие алые глаза девочки, поднятые к нему, он тихо продолжил.
— Ради этого ты должна была немедленно выйти из той схватки. Как тебя и предупредили. Ты сама выбрала стать девочкой-волшебницей и это твоя назначенная миссия. Нельзя бросать её из-за личных обстоятельств.
— Это… да, но… ‒ бессильно опустив взгляд, пробормотала Фредерика.
— И потом, ‒ глядя сверху, мягко улыбнулся Юджин, ‒ я не спрашиваю, что ты задумала, но это ведь не цель, которую можно разом исполнить в такой вот случайной стычке. Если уж что-то нужно делать, то тем более надо как следует приготовиться и только тогда идти.
— ………Угу, ‒ сжав губы, кивнула Фредерика.
Юджин легко-легко погладил её маленькую голову. Он поднял Шина, молча сидевшего и наблюдавшего у него на плече, и дал Фредерике взять его на руки.
— Этот «Страшный старший брат» теперь уйдёт… Так что позволь Шину побыть с тобой, дай ему тебя пожалеть…
— Прости, Юджин.
Юджин уже было уходил, но хмыкнул и обернулся.
— Ты… ты тоже не страшен. Ты хороший старший брат. …Спасибо.
Он лишь улыбнулся и помахал рукой.
— Фредерика. Можно спросить кое-что?
Когда Юджин ушёл, в коридоре оборонительного сектора, где они остались вдвоём, Шин, всё ещё на руках у Фредерики, заговорил. Девочка-волшебница всего десяти лет от роду, такая, о каких Шин, прошедший век войны и помнивший куда более мрачное её начало, даже не слышал. Она ощутила приближение «Пастуха» раньше, чем дальний поисковый контур, и к тому же с её уст сорвалось то имя.
Кирия.
— Ты… значит, знаешь того «Пастуха» …Но почему?
Наконец смахнув всё ещё блестевшие слёзы, Фредерика, уткнувшись между его ушей кончиком подбородка, ответила:
— Прежде чем отвечу, хочу сама узнать. Что это за манера говорить так с братом в недавнем бою? Тебя звали, а ты не откликнулся, да ещё и говорил, что «не знаю кто этот человек». Так ли следует вести себя с братом, которого встретил впервые за сто лет?
— Это…
— Если бы та встреча оказалась последней, разве ты не пожалел бы о своём поведении?
Шин вздрогнул и поднял взгляд на Фредерику. Потому что в её словах дрожали подступившие слёзы и рыдание. Это была её собственная боль.
— Я пожалела. И сейчас, с тех пор, уже сто лет, жалею: почему именно в тот день, в то время, в то утро я поссорилась с братом? Почему сказала то, чего и не думала, мол, можешь и не возвращаться…
— …Не может быть…
— Да, ‒ плотно сжав губы, кивнула Фредерика.
Шин в изумлении поднял взгляд на её детское бледное лицо.
Это не невозможно.
Шин и сам знает это на собственном опыте: на соборных кораблях находятся «гробы стазиса», где целое столетие сохраняются сосуды для защитных духов, их человеческие тела, являлись долгосрочными капсулами жизнеобеспечения, погружающие магией в подобие зимней спячки. Но чтобы в такой долгий сон, еще и в таком возрасте, да ещё по своей воле?..
— Я заплатила за это вековым сном, чтобы убить «Бледного Всадника» … нет, чтобы собственными руками убить моего брата, Кирию Розенфорта. Я ‒ родная сестра Кирии.
