Я был силён.
Настолько силён, что мог позволить себе проявлять сочувствие к другим.
И это было ошибкой.
Вон тот, что, вцепившись в меч, заливается слезами — тот, кому я отдал Священный клинок.
Вон тот, что с закрытыми глазами скрывается бегством — тот, кому я уступил Маннен Хасуо*.
И ещё бесчисленное множество таких же ничтожеств.
В результате моей нелепой жалости и милосердия к тем, кто не имел права на силу, человечество потерпело сокрушительное поражение.
Так что в этот раз…
всё будет моим.
