Ноктха

Я умерла, но вместо рая моя вторая жизнь насильно началась в мире романа. И угораздило же меня стать фальшивой святой и злодейкой Орделл Кирис! Словно этого мало, мне ещё и приходится кормить и содержать вконец обнищавший Великий Храм... 【Чтобы достичь 100% Божественной Силы, вам нужно 10 000 000 000.】 Чтобы предотвратить конец света, я должна за деньги восстанавливать Бога Солнца? Да какого чёрта, верните мне мой рай. Я не жалея сил зарабатывала деньги, беззастенчиво используя всех и вся. Но не слишком ли хорошо я сыграла роль святой? — Если придётся выбирать между Великим Храмом и Святой, я встану на её защиту. Капитан Святых Рыцарей, не подозревая, что я самозванка, клянётся меня оберегать. — В конце концов, не найти хранилища надёжнее моего, верно? Главный злодей романа, которого мне довелось спасти, настойчиво предлагает себя в качестве моего кошелька... — Даже если Святая — самозванка, я ни за что не позволю ей уйти. Даже Верховный Жрец, которому известно, что я фальшивая святая, держится за меня. Более того, в этом мире есть нечто весьма подозрительное, чтобы считать его всего лишь романом... Неужели мне нельзя просто вернуться в рай?

Я прожила всю жизнь, будучи использованной другими людьми, и умерла в 16 лет. Думала, что так все и закончится, но когда открыла глаза, то оказалась в прошлом. Я ужаснулась, представив, что проживу остаток жизни в муках ещё раз. Но вдруг передо мной появился отец, которого я никогда раньше не видела. О его существовании я вообще даже и не подозревала. Когда ты заберёшь мои силы? Глаза Данте засверкали от слов Эвелин. Всё сделано, так когда? Я не буду... Почему? Эвелин правда не могла понять почему, ведь все жаждали ее силы. Все хотели этого, говоря, что она жертва, посланная Богом для людей. Так почему же он отказывается? Теперь никто не отнимет у тебя силу и никто не побеспокоит. Я защищу тебя. Ты тоже попытаешься забрать мою силу. Нет. Все так говорили и украли её. Они заперли меня в тюрьме. Это было слишком жестоко для пятилетнего ребенка. Но ее лицо не выражало никаких эмоций, как будто то, что она говорила, было вполне нормальным. Сердце Данте сжалось, когда он увидел, что его дочь полностью разбита.