Взгляд Ци Сюаньюаня скользнул по её плечам, покрасневшим от пара, но лишь на мгновение, прежде чем он отвел глаза. Её лицо, белое с лёгким румянцем, розовые губы, слегка приоткрытые в лёгком недовольстве, выглядели невероятно мило.
— Это же моя комната, — сказал он с едва заметной улыбкой.
— Ты же сказал, что я могу здесь переночевать! — повысила голос Цзин Янь, но тут же осознала, что он действительно разрешил ей остаться, но не обещал уйти.
Её голос стал тише.
Она украдкой взглянула на выражение его лица и пробормотала:
— Но... нам вдвоём в одной комнате неловко. Если об этом узнают зрители...
— Здесь нет камер.
— В гостиной есть, — дёрнула уголком губ Цзин Янь. Камеры в спальне были бы уже перебором. — Если в гостиной никого не будет, они же догадаются?
Ци Сюаньюань пожал плечами:
— Ну и что?
— Ты опять хочешь, чтобы меня затравили?
Услышав её искреннее раздражение, он перестал дразнить её. Обхватив её кулак своей рукой, терпеливо объяснил:
— Когда ты поднималась наверх, трансляцию уже остановили.
Он намеренно задержался внизу, прежде чем подняться, именно поэтому. Зрители знали только, что Цзин Янь первой забрала его комнату, но не видели, как он последовал за ней. Никто не догадывался, что они сейчас сидят на диване, уставившись друг на друга.
Спальня, которую съёмочная группа подготовила для участников, была просторной, в формате апартаментов, а кровать находилась в дальней части комнаты.
Цзин Янь с облегчением перевела взгляд в ту сторону, собираясь броситься к кровати первой, но её рука всё ещё была в его захвате, не давая ей пошевелиться.
Она решила сменить тактику и сладко произнесла:
— Спасибо, что пустил меня переночевать.
Ци Сюаньюань тоже улыбнулся:
— Не за что.
Только руку он так и не отпустил.
— Когда ляжем спать? — сквозь зубы спросила она, боясь сделать резкое движение, чтобы полотенце не развязалось, и тщетно пыталась освободить свою бедную ладонь другой рукой.
Она выдавила пару слезинок, и в её голосе послышались нотки жалобы и каприза:
— Ты мне больно делаешь.
Ци Сюаньюань бесстрастно наблюдал за её спектаклем, но всё же разжал пальцы.
Получив свободу, она тут же рванула к кровати и юркнула под одеяло с грацией профессионального бегуна.
Высунув голову, она торжествующе улыбнулась и крикнула через комнату:
— Господин Ци, значит, сегодня вам придётся потесниться на диване!
Не услышав ответа, она стала ещё наглее:
— Будь добр, налей мне воды, поставь на тумбочку и выключи свет. Огромное спасибо!
На этот раз Ци Сюаньюань послушно встал и выполнил её просьбу. Наклонившись, чтобы поставить стакан, он заметил, как она укуталась в одеяло по самые глаза.
В тёплом свете лампы его резкие черты лица смягчились, и ей показалось, что в его тёмных, как ночь, глазах таилось что-то невысказанное.
— Спокойной ночи, — моргнула она, а затем добавила строго: — И не вздумай лезть на кровать!
Ци Сюаньюань выключил свет, и в темноте его силуэт стал размытым. Спустя паузу он ответил:
— Спокойной ночи.
Когда свет погас, комната погрузилась во тьму. Он прищурился, давая глазам привыкнуть, затем направился к дивану в гостиной. Просидев там почти два часа, он наконец вздохнул и подошёл к кровати.
Тишину ночи нарушал только её ровный сон, сливающийся с шумом прибоя за окном, и в этот момент он почувствовал необычайное умиротворение.
Аккуратно укрыв её одеялом, он осмелился прижаться к ней. Шампунь, которым они оба пользовались, пах по-разному: только от неё этот аромат казался ему таким притягательным.
Лунный свет струился по комнате, а она безмятежно спала в его объятиях, словно ничего не изменилось с тех пор, как они были вместе.
Тогда он действительно готов был отдать ей весь мир. И он это делал.
После расставания его долгое время мучила бессонница. Дни, проведённые без сна, окутывали его усталостью, и окружающие боялись даже приближаться к нему из-за его мрачного настроения.
А она? После разрыва она ушла, не оглядываясь, опубликовала краткое заявление в соцсетях и оборвала все связи. На светских мероприятиях, завидев его, она разворачивалась и уходила, а в шоу тесно общалась с другими мужчинами и позировала с моделями для журналов в романтических образах.
Каждый её пост в соцсетях становился для него глотком воздуха, который он перечитывал ночами, пытаясь утолить тоску. Он скупал вещи с её изображением, но пустота внутри лишь росла. Счастливые воспоминания лишь усиливали его боль.
Прижав подбородок к её макушке, он внезапно почувствовал, как его охватила обида. Он крепче обнял спящую Цзин Янь, потерся щекой о её мягкие волосы и шёпотом сказал:
— Завтра не смей меня игнорировать.
В ответ раздалось лишь её ровное дыхание.
*
Этой ночью Цзин Янь спала плохо: сначала ей снилось, что фанатки Ци Сюаньюаня гонятся за ней, а потом она оступилась и упала в бурлящую лаву.
Она резко открыла глаза, грудь вздымалась от учащённого дыхания. Оглядевшись, она убедилась, что лежит в кровати, укрытая одеялом. Только вот одеяло было завёрнуто слишком уж плотно.
Она повернула голову и увидела, что этот мерзавец Ци Сюаньюань всё-таки забрался к ней. И не просто забрался, а укутал её, как рулет, и обвил своими длинными конечностями.
Теперь понятно, откуда взялся кошмар про лаву!
Хотя в комнате работал кондиционер, его объятия были слишком жаркими. Ещё когда они были вместе, она жаловалась на его температуру, и они не раз спорили о том, стоит ли спать под разными одеялами. Каждый раз, просыпаясь от жары, она перебиралась в другую комнату, а наутро обнаруживала, что он каким-то образом снова оказался рядом.
Как и сегодня.
Цзин Янь фыркнула и попыталась вырваться из его огненного плена, извиваясь под одеялом.
Но тут раздался низкий, хриплый голос, с нотками желания:
— Не дёргайся.
Утро наступило, птицы проснулись.
Обновлено: 20.01.2026