Глава 4 — Глава 4

Прошло пять лет с того дня, как Лилия переступила порог деревни Тирайэн с повозкой, пахнущей молоком и болью. Элиан вырос тихим мальчиком — не озорным и не особенно весёлым. Но в его взгляде было нечто большее, чем просто детское любопытство: будто он всё время прислушивался к чему-то, чего никто другой не слышал. Весной он часами сидел у реки, зимой уходил в лес и стоял под снегом до тех пор, пока не падал от усталости. Лилия всё ещё не понимала, что именно он чувствует, но знала — это не была игра. Так за ним и закрепилось прозвище — странный. Его сторонились и дети, и взрослые. Единственная причина, по которой их с Лилией не выгнали, — её навыки акушерки. Акушерки были нужны везде, особенно такие опытные, как она. У Элиана не было друзей. Не потому что его избегали — он сам не стремился к дружбе. У него было другое увлечение, куда более глубокое. Он любил слышать природу. И это было не просто восхищение пением птиц или шелестом листвы, как у других. Нет. Он слышал нечто большее. Он слышал, как деревья шепчутся, едва колыхаясь на ветру, будто обмениваясь сокровенными мыслями. Он не понимал слов — но чувствовал настроения. Если лес был спокоен — он ощущал тихую радость в груди. Если деревья замирали, словно в испуге, — внутри что-то сжималось, предвещая беду, которую никто, кроме него, не чувствовал. Однажды весной он дотронулся до тонкой ветки берёзы — и услышал зов. Не голос — вибрацию, как дыхание в тростнике. В ту же ночь ему приснился сон: он стоял в чаще, окружённый светящимися силуэтами. Не людьми, не зверями. Природа снилась ему как единое живое существо — многоголосое, но цельное. С того дня его тяга стала сильнее. Он уходил всё глубже в лес и возвращался измученным — в грязи по колено, с царапинами, но с глазами, в которых жила необычная тишина. Лилия волновалась. Она видела, как он может просидеть у ручья, не шелохнувшись часами. Видела, как животные выходят к нему не как к другу — а как к... знакомому. Однажды раненый вепрь лёг рядом с ним и умер на его коленях. Элиан не плакал. Он просто закрыл глаза, и ветер поднялся, закружив опавшие листья. Слухи в деревне множились. Кто-то шептал, что он родился в лесу, и лес теперь защищает его. Кто-то — что он проклят, и на его дыхании сидят духи. Однажды кто-то нарисовал мелом знак изгнания на их двери. Лилия смыла его молча. Но в ту ночь сидела у постели Элиана с ножом в руке. Она не знала — защищать его или... совершить нечто ужасное. Но той ночью он спал спокойно. --- Утром он проснулся с прекрасным настроением. Его не волновали люди вокруг — только природа и его "мама". Он знал, что Лилия — не настоящая мать. Но чтобы не вызывать лишних вопросов, начал называть её "мамой", будто подражая другим детям. Со временем это вошло в привычку. Полуправда стала почти правдой. Сначала Лилия отнекивалась, поправляла его — но быстро смирилась. Иногда даже чувствовала странное тепло, когда он называл её мамой. Но в последние месяцы её начали терзать мысли. Она вспоминала разговоры с Селайной, пытаясь вспомнить всё о том последнем заклинании. Как бы она ни старалась — то, что происходило с Элианом, не укладывалось в её понимание. "Может, это побочные эффекты заклинания, о которых Селайна сама не знала?.. Или это… что-то другое?.." — думала она, глядя на завтракающего Элиана. "По замыслу Селайны он должен был стать дитём судьбы — притягивать судьбоносные нити. Но он какой-то не такой. Он будто слишком взрослый. И... иной" — Лилия покачала головой, отгоняя мысли. Тем временем Элиан закончил свой завтрак и попрощавшись с Лилией ушёл на улицу. Там было несколько типов взглядов. Некоторые боязливые, некоторые с презрением. А некоторые даже с восхищением. Последних было явное меньшинство. Но он, не обращая на всё это внимание побрёл к своему любимому месту за деревней в двух часах от деревни. К полянке, где протекала река. Он ушёл, легко ступая по утренней росе. А Лилия ещё долго смотрела в окно. Её не покидало странное чувство. Как будто всё это — не начало пути… а шаг над бездной. --- Элиан уже давно узнал, что это магическое средневековье. По разговорам с Лилией и по тому, что он видел своими глазами не сложно было сделать выводы. Времени что бы принять ситуацию у него было полно. И он даже начал чувствовать предвкушение от представшего перед ним мира. Сейчас же он пытался понять все те ощущения что он испытывает в взаимодействии с природой. Он собирался научиться управлять этими чувствами. И он чувствовал, что он, если постарается, то сможет даже управлять самой природой! Но он пока не знал как это сделать. Внезапно по земле прокатилась волна, пошатнувшая Элиана и всё вокруг. Вдалеке раздался взрыв невообразимой силы. В тот же миг он почувствовал странный посыл — сама природа будто шептала: беги! Думать было некогда. Элиан сорвался с места и побежал в сторону деревни. Проблема была не в самом взрыве — а в том, что он вызвал. Звери, потревоженные и напуганные, в панике покидали свои территории, несясь на всех лапах в его сторону. Большинство из них промчались мимо поляны. Но большинство — не все. Трое огромных зверей, каждый размером с самого Элиана, выбежали прямо на поляну. Они выглядели свирепо, двигались с ужасающей скоростью. Их вой разрывал воздух — в нём слышались страх и отчаяние. Это были волки с рогами, как у единорогов, — мутанты природы. Они сами бежали прочь от эпицентра взрыва… но тут заметили на своём пути маленького мальчика. И в тот момент в них сработал инстинкт хищника. Они бросились в сторону Элиана! Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: идёт перевод