Е Я пришла в ее любимой нежно-желтой панамке, и такого же цвета веревочка для регулировки была ослаблена и ниспадала с обеих сторон от ее лица. Под лучами утреннего солнца две обнаженные маленькие ручки были такими белыми, что казались блестящими, пухлое личико малышки было круглым, а глаза безобидными, как у котенка.
Брат и сестра были действительно красивыми, как две звезды в ночном небе. Другие родители молча притянули своих детей к себе, не желая мешать им.
— Все встаньте в очередь и подождите остальных. Мы отправимся вовремя, в семь тридцать.
Пока воспитательница говорила об этом, подошли Шэнь Чжоу с Шэнь Жанем.
Один из них был совершенно невыразительным, а второй имел родимое пятнышко на глазу. Они вообще не казались теми, с кем можно легко подружиться. Кто-то из взрослых с любопытством взглянул на Шэнь Жаня и немедленно поднял своего ребенка, чтобы отойти в другую сторону.
— Брат Шэнь Чжоу! — Е Я вырвала свою ладонь из руки Е Цинхэ и бросилась к новоприбывшим.
Шэнь Чжоу приобнял ее, опустил голову и улыбнулся.
— Доброе утро, Яя.
Вскоре после того, как они поздоровались, Ся Цин тоже вышла из своей машины и подскочила к Е Я.
Таким образом, все наконец-то были в сборе.
До отправления оставалось еще пять минут, и родители один за другим заходили в автобус. Когда Е Я, держа в руках свой рюкзачок, хотела пойти за Ся Цин и Шэнь Жанем, Е Цинхэ схватил ее за лямку сумки и притянул к себе.
— Яя, поедешь с младшей группой.
Е Я и Ся Цин посмотрели друг на друга издалека; в их глазах читалось нежелание расставаться.
«Жаль, что я не могу пойти к сестре Ся Цин…»
Тут подал голос водитель автобуса:
— У нас все места заняты.
У Ся Цин был острый слух, и когда она услышала эти слова, то вскочила со своего сиденья и подняла руку, тут же закричав:
— Сюда! Сюда! Сюда!
Е Я тоже последовала ее примеру:
— Туда! Туда! Туда!
Хотя воспитательница Лю неохотно выпускала детей из поля зрения, она была беспомощна. Поговорив с воспитательницей Ли, она все-таки позволила им сесть в автобус другой группы.
Перед Е Я сидели Ся Цин с ее мамой, позади — Шэнь Жань и Шэнь Чжоу, а рядом с ней был Е Цинхэ. Ее окружали люди, которые ей нравились, девочка была так счастлива, что не могла сидеть спокойно и болтала ногами.
Автобус тронулся. На этот раз поездка заняла больше часа, расстояние было немалым.
Воспитательница Ли стояла впереди, держась одной рукой за подлокотник, а другой за рупор, чтобы организовать занятия в поездке.
Каждый ребенок по очереди выполнял подготовленные задания.
Пяти- или шестилетние дети продемонстрировали свои уникальные навыки: читали стихи, пели, отгадывали загадки и занимались устным счетом. Вскоре настала очередь Шэнь Жаня. По настоянию воспитательницы Ли он медленно вышел вперед.
Мальчик нервно одернул край своей одежды; вид автобуса, полного людей, вызвал у него беспокойство и робость, и его голова медленно опустилась.
— Шэнь Жань, разве ты не подготовился? — тихо спросила воспитательница Ли.
Шэнь Жань снова дернул себя за одежду, неуверенно отвечая:
— Подготовился…
— Воспитательница, он не сможет выступить! — закричал вдруг Лю Цзыши. — Трус, трус! Воспитательница Ли, позвольте мне выйти, я выступлю!
Он встал с места и не мог перестать смеяться над Шэнь Жанем. Бабушка Лю Цзыши, сидевшая рядом с ним, казалось, не хотела его останавливать. Она улыбнулась и продолжила спокойно очищать апельсины для своего внука.
— Правильно, выходи и заработай уважение для своей семьи.
Воспитательница Ли совсем растерялась.
Шэнь Чжоу слегка нахмурился, и его холодные глаза остановились прямо на маленьком толстом мальчике. Взгляд его был настолько ледяным, что тут же испугал Лю Цзыши, и он опустился обратно на сиденье.
— Бабушка, брат Шэнь Жаня жутко на меня смотрит… — прошептал он.
Пожилая женщина лишь закатила глаза и успокоила его:
— Все в порядке, давай не будем обращать на него внимания.
Атмосфера временно нормализовалась, и воспитательница Ли нежно похлопала Шэнь Жаня по плечу.
— Ты еще не готов? Все в порядке, можешь говорить честно.
— Я...
Но он правда подготовил кое-что. Шэнь Жань выучил сказку. Вчера он долго ее репетировал, и даже утром проблем не возникло, но вся его храбрость пропала, едва мальчик встал перед всеми, чтобы выступить.
Как раз в тот момент, когда он пребывал в замешательстве, внезапно раздался мягкий детский голосок:
— Воспитательница, я помогу брату Шэнь Жаню!
Спинка сидений были немного высоковаты, и воспитательница Ли, оглянувшись, увидела только высоко поднятую маленькую ручку. Она удивилась сначала, но потом вдруг вспомнила, что это была маленькая девочка, пересевшая в их автобус из другого.
— Хорошо, ты нам споешь?
Е Я открыла расстегнула свой рюкзачок и порылась в куче вещей, чтобы найти свои бамбуковые дощечки.
— Нет, нет, я не буду петь... — Наконец она отыскала их, взяла в руки и вылезла в проход.
Трехлетняя Е Я была младше всех присутствующих детей, с маленькими ручками и ножками, похожими на белые клецки.
Она сняла панамку. Ее мягкие вьющиеся волосы на затылке были собраны в две косички, кончики волос закреплены в маленькие пучки заколками в виде цветов с обеих сторон, а под редкой челкой виднелись изящно изогнутые брови.
— Я… Я сыграю мелодию для брата Шэнь Жаня. — Она подняла дощечки и потрясла ими в воздухе.
Глядя на две развевающихся красных ленточки, вплетенные в волосы, и серьезное лицо маленькой девочки, присутствующие родители оказались сильно поражены.
— Брат Шэнь Жань, поторопись, я уже готова.
Шэнь Жань смотрел на нее широко распахнутыми глазами. Он стоял как вкопанный, что на мгновение вызвало недовольство Ся Цин, и девочка выкрикнула:
— Поторопись! Яя дала тебе аккомпанемент, почему ты все еще медлишь? Не будь таким размазней!
По рядам сидений прокатились шепотки, и все родители тихо засмеялись. Мама Ся Цин покраснела и потянула дочь обратно, закрыв ей рот.
Шэнь Жань пришел в себя от ее крика и набрал в грудь побольше воздуха.
— Я… я расскажу вам сказку.
Е Я постучала бамбуковыми дощечками и сказала:
— Рассказывай, мы послушаем.
«Что за акцент такой странный?»
Шэнь Жань почесал в затылке, набрался смелости и начал рассказывать сказку, которую репетировал всю ночь.
Обновлено: 02.02.2026