Глава 25 — Глава 13.1

— Да… да, кое-кто приходил. Е Линьчуань поднял бровь, молча ожидая продолжения. Е Цинхэ не мог справиться со своей нервозностью; смотря себе под ноги, он беспрестанно теребил рукава. — Приходил доктор. — Кроме доктора и учителя. Голос Е Линьчуаня звучал слегка мрачно и приглушенно. В этот момент Е Цинхэ так разволновался, что на секунду забыл, как дышать. Но подумав о невинном маленьком личике Е Я, набрался смелости, чтобы впервые в жизни солгать отцу: — Тогда больше никто. Некоторое время они оба молчали. В изящных глазах мужчины отражалась глубина его души. Слегка повернувшись, он медленно проговорил: — Спрошу по-другому: в нашем доме был ребенок? Ребенок… Е Я… Е Цинхэ уже по-настоящему дрожал, его сердце билось как сумасшедшее. — Это ведь не тот ребенок делал домашнее задание Цзыюя, верно? Вопрос застал мальчика врасплох. Сбитый с толку, он, будто позабыв про страх, посмотрел на отца, но по его лицу сложно было прочитать эмоции. — Я знаю ваши почерки. — Он слегка усмехнулся. — «При рождении человека рождается и зло»? В таком возрасте понимать учение о природной склонности ко злу*... Скажи мне, кого ты привел домой? П.п.: Трактат китайского философа Сюнь-цзы. Его цепкий, внимательный взгляд не отпускал Е Цинхэ, но спрятаться от него было негде. Е Линьчуань знал своих сыновей. В детстве Е Цзыюю, после смерти его матери, диагностировали маниакальное расстройство, и по мере того, как он рос, болезнь все прогрессировала. Он не любил общаться и не мог контролировать свои эмоции; он кричал и плакал, даже если был немного расстроен. Из-за этого у него не только не было друзей, но и семья порой от него уставала. В какой-то момент у Е Линьчуаня не осталось иного выхода, кроме как перевести младшего сына на домашнее обучение и раз в неделю приглашать к нему учителей. А если у него выдавалось свободное время, он и сам делал с ним уроки. Поэтому Е Цзыюй точно не мог никого привести в гости. Судя по всему, это было дело рук Е Цинхэ. — Отец, о чем ты? — не понял тот, к чему Е Линьчуань заговорил о Сюнь-цзы. — Я пытаюсь выяснить, кто сделал домашнее задание Цзыюя. «Домашнее задание?» Е Цинхэ все больше терял нить их разговора. Его отец действительно думал, что с заданиями Е Цзыюю помогла Е Я? Именно тогда он вспомнил математические способности сестры и тут же отказался от этой мысли, продолжая с искренним непониманием смотреть на Е Линьчуаня. Мужчина прищурился. — Ты правда не знаешь? Е Цинхэ тут же покачал головой. Он не умел лгать, даже его взгляд не мог никого обмануть. Е Линьчуань хотел было сказать что-то еще, но его прервал звонок телефона. Бросив на сына последний взгляд, он махнул рукой, призывая его уйти, и отвернулся, чтобы поговорить. Облегчение волной накатило на Е Цинхэ, и он скорее покинул кабинет. — Я буду там через минуту. Вам и помощнику Сюю нужно подготовить информацию о встрече, — бросил Е Линьчуань и выключил телефон, но, вопреки собственным словам, не спешил выполнять сказанное. Все еще сидя на своем кожаном стуле и постукивая по столу длинными пальцами, спустя минуту он включил ноутбук и открыл видеофайл с камер наблюдения. Было совершенно очевидно: кто-то стер с него информацию. — Маленький хулиган, — ухмыльнулся мужчина, убрал ноутбук и, схватив свой костюм, вышел из кабинета. Спустившись на первый этаж, он столкнулся с Е Цзыюем, который смотрел на него своими большими полными надежды глазами. — Отец, ты уходишь? Возьмешь меня с собой? За законченную домашнюю работу ему обещали провести с ним время. И неважно, что с выполнением заданий помогала Е Я, об этом все равно никто не знал. Е Цзыюй каждый день с нетерпением ждал возможности поиграть с Е Линьчуанем, но его желание так и оставалось невыполненным. Однако и сейчас его не покидала вера в то, что отец сдержит свое обещание. — Извини, — Е Линьчуань остановился перед сыном и погладил его по голове. — Мне предстоит важная встреча, я должен идти. — Но… — Господин Е, прибыли акционеры. Нам нужно поторопиться, — произнес из-за спины Е Линьчуаня его помощник. Мужчина кивнул, отпустил Е Цзыюя и, не оглядываясь, вышел из дома. Парадная дверь с тихим стуком закрылась за ним, вслед за этим стих и звук мотора. Е Цзыюй стоял под хрустальной люстрой, и его вдруг охватило ощущение, что весь этот дом превратился в гигантскую закрытую тюремную камеру, которая его вот-вот задушит. Напряженно уставившись на дверь, он не шевелился, похожий на кусок скалы. Только по его щекам тихо скатывались слезы. Увидев его в таком состоянии, к нему подошла няня и попыталась приобнять, мягко зовя: — Цзыюй… Но Е Цзыюй в ту же секунду вырвался из ее рук и побежал в свою комнату. Запер за собой дверь, стиснул зубы и сердито бросился на стену. Бам! Звук столкновения эхом разнесся по комнате. Мальчик не чувствовал боли. Он все ударялся и ударялся о твердую поверхность... Казалось, что это тело ему больше не принадлежит, и раз не было больно, можно было продолжать его мучить. — Цзыюй, открой дверь, это твой брат. — Цзыюй! — Отец скоро вернется. — Давай мы сходим куда-нибудь повеселиться? Е Цзыюй полностью игнорировал отчаянные крики Е Цинхэ, так и не перестав биться головой о стену. — Няня, позови доктора, я пойду найду ключ! Снаружи спальни царил полный хаос, а внутри тем более. Но тут неожиданно приоткрылась дверца в секретную комнатку. Е Я выглянула из своего укрытия, наблюдая за расстроенным мальчиком своими блестящими глазами. Наконец, она подошла к нему, так неслышно, что Е Цзыюй и не заметил. Он ни на что не обращал внимания, даже на кровь, которая из-за ударов окрасила его лоб в красный. Очень осторожно Е Я наклонилась поближе, после чего сделала еще шажок вперед и положила свои руки на стену. Во время следующего удара голова Е Цзыюя уперлась в ее мягкие ладошки. Он сначала этого и не понял. Лишь после еще четырех-пяти попыток медленно приподнял голову и повернулся к Е Я. Его лоб был исцарапан так, что из ранок сочилась кровь. Вдобавок к его пустому взгляду это делало его похожим на безнадежно потерянного волчонка. Однако сияющие чистые глаза Е Я каким-то образом немного его успокоили.