От травмы колена Е Я оправилась в течение двух дней, и после того как снова смогла сниматься, продолжила участвовать в фотосессиях для журнала Дома детского сердца. Чжао Чэньсин расторг контракт и ушел, а его место заменила другая детская звезда, Ван Минъюэ, который был всего на год старше Е Я. Со светлой кожей, полненький, с натуральными каштановыми волосами и такими же кудряшками, как у нее, он выглядел очень по-западному.
Вот только…
Был немного раздражающим.
— Я наконец-то понял, почему моя мама родила меня четыре года назад. Если бы это произошло слишком поздно, я бы не смог с тобой встретиться.
— Ты знаешь, почему сегодня нет луны? Потому что она стала светом, поселившимся в твоих глазах.
— Ты такая милая, можно я буду твоим рыцарем?
— Ты, должно быть, тайком выбралась из замка, да?
«…»
Ван Минъюэ провел свое детство за границей. Западные методы обучения с юных лет вызывали у него энтузиазм, а месяц занятий этикета в обществе позволил ему узнать сотни глупых комплиментов.
Дети всегда обращают внимание на внешность, поэтому Ван Минъюэ сразу почувствовал, что Е Я симпатичная, и ему захотелось сблизиться с ней. Когда у него появлялось свободное время, он сразу звал ее с собой, проявлял привязанность, сверкал своими круглыми глазами и говорил приятные вещи.
Какой бы добродушной Е Я ни была, она не могла вынести непрерывного трехчасового прослушивания его голоса. Когда Ван Минъюэ в очередной раз приобнял ее, она тут же оттолкнула его.
— Не тяни меня! — встревожено осадила Е Я мальчика.
Но Ван Минъюэ отказывался сдаваться и продолжал приставать, так что в конце концов Е Я вырвалась и подбежала к Е Линьчуаню. Бросившись прямо к нему в объятия, она кое-как заползла ему на колени и, схватив за одежду своими ручками, уткнулась ему в грудь.
Ван Минъюэ, последовавший за ней, посмотрел на Е Я и произнес:
— У тебя такой красивый затылок, похожий на половник.
Е Я приглушенно вздохнула, а сотрудники вокруг них разразились смехом.
Лицо Е Линьчуаня слегка вытянулось, выражая неудовольствие.
У отца Ван Минъюэ, Ван Хао, возникло дурное предчувствие, и он шагнул вперед, чтобы увести сына, смутно расслышав последние несколько слов.
Е Я все еще пряталась у Е Линьчуаня, медленно дыша.
— Он ушел?
Е Линьчуань чувствовал, как ее нежное личико прижимается к нему, и почему-то солгал:
— Нет.
Е Я зарылась головой еще глубже и с силой притянула Е Линьчуань за обе руки, чтобы он обнял ее пухлое тельце, а затем плотнее зарылась в его объятия.
Сотрудник, сидевший рядом с ним, скривил губы, выражая свое презрение, и ушел. А чуть позже вернулся с двумя журналами в руках.
Это был первый выпуск с новой летней коллекцией нарядов, в которых Е Я фотографировалась несколько дней назад. Официально он вышел сегодня, но пробный вариант журнала пришел слишком поздно, и у них не было времени передать его Е Линьчуаню.
На обложке была запечатлена Е Я в костюме феи. Она сидела на корточках среди цветов, ее черные волосы были мягкими, лицо светлым и нежным, глаза черными и яркими; она действительно выглядела как сказочная принцесса.
Смотреть на нее в этом образе было так трогательно.
Когда Е Я увидела журнал, она тоже поспешила взглянуть на него. Девочка на фотографии показалась ей странной и незнакомой, и несколько секунд она просто смотрела на нее, перед тем как воскликнуть:
— Это я, я! Такая красивая! — принявшись хвалить себя, она радостно заулыбалась и обхватила свое лицо ладошками.
Е Линьчуань тихо фыркнул:
— Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, да?
Е Я это не задело.
— Не завидуй и ревнуй.
Не найдя ответа на это, Е Линьчуань промолчал и продолжил листать журнал.
В дополнение к фотографиям, в нем также были впечатления дизайнера от работы. После того как Е Я дважды просмотрела все картинки, ей уже было неинтересно читать все эти подписи. Ей как раз захотелось поесть.
Е Линьчуань понял, что она проголодалась, и отложил журнал, чтобы уйти. Но не успели они собраться, как в помещение вошел Ван Хунжу.
— Закончили на сегодня? — улыбнувшись, поинтересовался он.
Е Я кивнула.
— Идете перекусить?
Е Я снова кивнула.
Улыбка на лице Ван Хунжу стала чуть шире.
— Прямая трансляция будет с шести до девяти вечера. Господин Е, не забудьте привести Яя вовремя.
Первоначально планировалось, что трансляция начнется в семь, но, учитывая время отдыха детей, было решено перенести ее на час раньше. Е Я не нужно было оставаться с ведущим все три часа, и она могла уйти домой примерно в восемь.
Ван Хунжу наклонился и погладил Е Я по голове.
— Благодаря Яя, наш журнал стал очень успешным.
Возможно, это все было последствиями того инцидента с горячими запросами. Первый номер журнала был распродан всего за одно утро. Сотрудники, работающие в обычных магазинах, сказали, что физические продажи тоже превысили все ожидания.
Судя по этому прогрессу, общий объем продаж их одежды определенно достигнет блестящих результатов.
Чем больше Ван Хунжу думал об этом, тем больше он радовался, и, наклонившись к уху Е Я, прошептал:
— Сегодня дядя даст тебе большой красный конверт.
При слове «красный конверт» у Е Я мгновенно загорелись глаза.
— Иди и поужинай с папой, дядя собирается продолжить работу.
Е Я уже стала уходить, когда вдруг услышала тихий голос Е Линьчуаня у себя над головой:
— Господин Ван, я хочу кое-что спросить.
Ван Хунжу оглянулся. Е Линьчуань рассеянно посмотрел на Е Я и, убедившись, что вокруг никого нет, продолжил:
— То видео с камер наблюдения... вы специально опубликовали его?
Он не мог понять, откуда оно взялось, и размышлял об этом последние дни.
Корпоративный мониторинг относился к сфере частной жизни компании. Само собой разумеется, что сотрудники не могли публиковать видеозаписи без запроса своего начальства; поэтому вопрос в том, почему это все равно произошло, напрашивался сам собой. Не было необходимости использовать этот метод, чтобы просто расторгнуть контракт с Тянь Юцинь.
Ван Хунжу неловко улыбнулся.
— Господин Е, кто-то взломал базу данных нашей компании в ту ночь, когда Яя поранилась.
— Вас взломали? — Е Линьчуань был ошеломлен. Ван Хунжу утвердительно кивнул.
— Взломали, и потом видео появилось в интернете. Кроме этого, мы ничего не потеряли. Но на всякий случай обратились в полицейский участок, чтобы подать заявление. — Мужчина криво улыбнулся. — Есть много сомнений по этому поводу. Мы не смогли найти никаких зацепок, поэтому нам оставалось только нанять еще двух программистов для усиления сетевой системы и следить за ней целые сутки.
Е Линьчуань нахмурился, не сказав ни слова, после чего попрощался с Ван Хунжу и увел Е Я из Дома детского сердца.
* * *
До начала прямой трансляции оставалось еще полчаса.
Компания оговаривала, что родители не могут находиться со своими детьми во время прямой трансляции, поэтому Е Линьчуань только проводил Е Я до двери в студию.
Планировка студии ничем не отличалась от планировки обычной комнаты, за исключением того, что здесь находилось много оборудования для проведения трансляций. Рядом находилась открытая гардеробная, заполненная детской одеждой и аксессуарами. Персонал уже начинал готовиться к следующему прямому эфиру. Ведущая сидела перед туалетным столиком, прихорашиваясь, и одновременно просматривала материалы для сегодняшней передачи.
Увидев приближающуюся Е Я, она любезно улыбнулась:
— Тебя зовут Е Я, верно? Не нервничай, мы будем делать все то же, что и всегда. Просто надень новую одежду и пройдись перед камерой.
Дети мало что могли сделать, поэтому обычно служили вешалками для одежды, чтобы показать зрителям, как выглядит тот или иной дизайн. И главное, что с ними было нелегко управляться. Они не должны мешать выполнять работу.
Е Я кивнула, выражая свое понимание, и в одиночестве села на стул со своей маленькой сумочкой в руках, готовая ждать.
Через некоторое время в животе у нее заурчало.
Очевидно, она только что перекусила, но теперь снова проголодалась.
Пока Е Я болтала ногами, ее взгляд упал на прекрасную ведущую. Девочка немного поколебалась и тихо спросила:
— Сестра, можно я поем позже?
Ведущая была занята наклеиванием накладных ресниц и, не оборачиваясь, ответила:
— Да, можешь поесть, когда закончим съемки.
Получив точный ответ, Е Я расслабилась и похлопала своими маленькими ручками по набитому закусками рюкзаку.
Они были куплены днем в ближайшем супермаркете. Братишка сказал, что прямая трансляция займет несколько часов, и он боялся, что ей нечего будет есть, когда она проголодается.
«Братишка и, правда, предусмотрительный».
Сейчас ей действительно захотелось набить животик чем-нибудь вкусным.
Обновлено: 02.02.2026