Видя, что Е Линьчуань не отвечает, Е Я предположила, что он согласен с ее словами, и пошевелилась, забираясь в его объятия. Она нежно и заботливо обняла его своими мягкими ручками, а затем закрыла глаза, положив голову на его широкое плечо, от которого слегка пахло алкоголем.
От Е Я исходил запах молока, и она вся была такая мягкая, что походила на увеличенную человеческую версию совершенно безобидной клецки.
Е Линьчуань рефлекторно нахмурился и хотел было оттолкнуть ее, но, ощутив поверхностное дыхание девочки, непроизвольно замер. В конце концов он не смог удержаться и поднял руку, чтобы поддержать ее маленькое тельце.
Объятия были теплыми и совсем не такими ужасными, как он себе представлял.
В этот момент Е Линьчуань внезапно осознал, что несмотря на то, что Е Я по сути являлась клоном, у нее все равно было сердцебиение и нормальная температура тела. В венах Е Я текла его кровь, в них была жизнь его умершей дочери и упрямая любовь его жены.
Горечь переполнила сердце Е Линьчуаня, и намек на нежность появился в его слегка покрасневших глазах. Он ничего не сказал, но нежно погладил девочку по голове ладонью. Волосы ее тоже были мягкими и слегка пушились, как мех животного.
Почувствовав его прикосновение, Е Я не смогла удержаться и, открыв глаза, подняла на него взгляд.
Ставшая совсем маленькой темная тучка над головой мужчины несколько секунд продолжала бороться, но потом сдалась и окончательно рассеялась в воздухе.
Девочка тут же просияла и протянула руку, чтобы прогнать ее призрачные остатки.
— Хулиганка...
— Меня зовут Яя, — с несчастным видом исправила Е Я, быстро переключаясь на неправильно назвавшего ее Е Линьчуаня.
Однако выражение лица мужчины нисколько не изменилось.
— Хулиганка Яя.
Е Я не решилась снова поправлять его и угрюмо приняла новое прозвище.
— Ты набрала вес, — добавил мужчина.
Глаза Е Я внезапно расширились, она потрогала свой живот и нахмурила маленькие бровки, погружаясь в беспокойство.
«Что он имеет в виду? Неужели…»
Девочка сильно ущипнула Е Линьчуаня за щеку и настойчиво объяснила:
— Тебе нельзя есть лишнее мясо!
Часы показывали полночь. Пришла сонливость, Е Я непроизвольно зевнула. Ее веки неохотно задрожали и, наконец, поддавшись усталости, тяжело сомкнулись.
Увидев, что она заснула у него на руках, Е Линьчуань отнес ее в спальню.
Когда они приблизились к комнате, сонный Е Цзыюй, спотыкаясь, вышел в коридор и столкнулся лицом к лицу с Е Линьчуанем. Увидев холодное выражение на лице отца и знакомую маленькую фигурку в его руках, Е Цзыюй немедленно проснулся.
— Брат... м-м-м!
Его восклицание было приглушено рукой.
Глаза Е Цзыюя расширялись все больше и больше, и он задался вопросом, причинил бы его отец вред собственным детям?
Но опять же… это не было невозможно.
— Не поднимай шум посреди ночи, — Е Линьчуань отпустил руку и строго взглянул на сына. — Почему ты не в постели?
— Мне нужно пописать, — быстро ответил Е Цзыюй.
— В главной спальне есть туалет.
Е Цзыюй посмотрел на Е Я, спящую у на руках Е Линьчуаня, и добавил:
— И я хочу попить.
Немного подумав, Е Линьчуань пробормотал:
— Хочешь все и сразу. — Затем он обошел Е Цзыюя и зашел в комнату. — Скорее возвращайся в постель.
— Ага, — Е Цзыюй почесал затылок и направился в ванную.
В комнате горела маленькая настольная лампа. Е Цинхэ тихо спал, перевернувшись на бок. Е Линьчуань боялся разбудить старшего сына, поэтому осторожно положил Е Я на маленькую подушку рядом и укрыл ее одеялом.
— Отец, ты пытался прогнать Е Я, когда мы были заняты?
Е Цзыюй внезапно появился позади него, как призрак, без звука или предупреждения.
Плечо Е Линьчуаня дернулось, он схватил своего сына и потянул его на кровать.
— Хватит говорить глупости, иди спать.
В этот момент Е Я перевернулась, и ее пухлое личико оказалось прямо перед Е Цзыюем. Глядя на ее трепещущие в тусклом свете ресницы, мальчик необъяснимо почувствовал себя исцеленным. Он озорно ткнул пальцем в ее круглую щеку и засмеялся:
— Отец, лицо Яя похоже на мячик.
Е Линьчуань нахмурился и убрал его беспокойную руку от Е Я, затем накрыл их одеялом.
— Спи, завтра тебе в школу.
Думая о школе, в которую у него не было возможности пойти, Е Цзыюй перестал улыбаться и перевел взгляд на отца.
— На самом деле неважно, пойду я туда или нет, — с неожиданным смирением тихо произнес он. Е Линьчуань слегка удивился. — Я могу остаться дома с тобой.
В их семье произошли огромные перемены, и Е Цзыюй знал, что его отец был важнее школы. Хотя раньше у него не было никого, кто мог бы быть рядом, теперь он мог остаться со своим отцом.
Е Линьчуань улыбнулся, услышав это, и яростно взъерошил его волосы.
— Пойдешь в школу. Я не настолько стар, чтобы нуждаться в твоей компании.
Искра гнева вспыхнула в груди Е Цзыюя, и он прикусил губу.
— Отец!
— Хм?
— Ты такой удивительный, ты можешь все! Ты как супергерой, так что ты сможешь пройти через это.
— Хм.
Е Линьчуань встал, выключил настольную лампу и вышел из комнаты. За окном неизменно мерцали звезды.
Мужчина протяжно вздохнул. Да, он ведь и правда был Е Линьчуанем, который мог сделать все что угодно. Поэтому с завтрашнего дня он обязательно возьмет себя в руки и справится со всем.
Он был готов к худшему исходу так же, как и бороться и цепляться за надежду до самого конца.
Каким бы ни был результат, он примет его.
* * *
На следующий день солнце еще не взошло, а все уже были на ногах. В прошлом няня заботилась о повседневной жизни Е Я и Е Цзыюя, но теперь ее не было, и вся тяжелая ответственность легла на плечи Е Цинхэ.
Шэнь Чжоу готовил на кухне завтрак.
— Цзыюй, отведи Яя почистить зубы и умыться. И приходите поесть, когда закончите.
— Хорошо, — лениво ответил Е Цзыюй и взял Е Я за руку, чтобы пойти вместе в ванную.
Е Я была послушной и разумной, она в принципе могла самостоятельно почистить зубы и умыться. Проблема заключалась в расчесывании волос. С ее слегка длинными и мягкими вьющимися волосами было трудно справиться в одиночку. Хотя Е Цинхэ умел их расчесывать, его навыки уж точно были не на высоте, и потому прическа быстро становилась растрепанной. Е Я будет как минимум неудобно, если волосы будут постоянно лезть ей в лицо.
Обновлено: 02.02.2026