Глава 177 — Глава 177

Профессор <Практической боевой магии> с растерянным видом произнёс: — Поскольку критериев для оценки нет, экзамен будет проведён повторно. — А-а-а… Тут и там раздались недовольные вздохи. Кое-кто даже посмотрел на меня. Из-за внезапного появления Кита-призрака экзамен по исследованию леса стал совершенно бесполезным. Профессор объявил дату пересдачи, затем перевёл взгляд с толпы магических животных, собравшихся вокруг, на меня и обратно, и со вздохом добавил: — Тереза освобождается от экзамена. Магические животные действуют по собственной воле. То же самое касалось и призраков. Поэтому, если возникнет необходимость помочь мне, подобная сегодняшней ситуация может повториться сколько угодно раз. Профессор, видимо, учёл это и сказал: — Представь отчёт о сегодняшних событиях. Вместо экзамена тебе зачтётся исследование метода разведки, подходящего именно тебе. — Да, профессор. — На этом всё, расходитесь! Немедленно возвращайтесь в Вальхаллу. Студенты, переговариваясь, стали садиться на лошадей и в повозки. Я тоже подошла к своей лошади. — Тереза. Клайд подошёл и взял меня за руку. Пока я растерянно моргала, другие студенты, удивлённые не меньше меня, затаив дыхание, смотрели на нас. Знал ли Клайд об этой атмосфере или просто игнорировал её, но он ласково сказал: — Твою лошадь приведёт слуга, так что поедем вместе в моей карете. Я хотела ответить, что всё в порядке, но проглотила слова. Чтобы получить от него знак любви, наши чувства должны углубиться, а для этого нужно проводить больше времени вместе. — Хорошо. Я послушно последовала за Клайдом и села в карету. Внутри уже были приготовлены полотенца на двоих и сухая верхняя одежда. ‘Похоже, он с самого начала приехал на карете, чтобы подвезти меня’. Клайд сел рядом со мной и принялся осторожно вытирать мне волосы полотенцем. Под полотенцем, наполовину закрывавшим мне обзор, виднелись его пухлые губы, растянутые в довольной улыбке. — Послушай, Клайд. — Да. — Я бы хотела, чтобы то, что мы начали встречаться, осталось в секрете. Рука, нежно протиравшая мою щеку полотенцем, замерла. — Почему? Голос оставался ласковым, но в нём послышался холодок. — Если наши семьи узнают, что мы встречаемся, они не оставят это просто так. При упоминании семейных проблем Клайд тихо вздохнул. — Может, лучше встречаться тайно, чтобы нам не мешали? — Тайно. Клайд недовольно повторил мои слова, затем поднял полотенце и встретился со мной взглядом. — Мне кажется, это не единственная причина. От его слов у меня ёкнуло сердце. ‘Но ведь ничего хорошего не будет, если наши отношения раскроются. Особенно неизвестно, как отреагирует Иллия’. Клайд, с лица которого исчезла улыбка, легонько стукнулся своим лбом о мой. — Обидно. Я хотела сказать, что в школе или на работе лучше держать отношения в секрете, но в конечном итоге это подразумевало расставание, поэтому передумала. Я подумала, что это только ещё больше расстроит Клайда, который и так сказал, что ему обидно. Клайд посмотрел на меня, молчавшую, и заговорил: — Если мне обидно, ты должна меня утешить. — Я не очень умею это делать… — Тогда, может, я научу? Дилинь! [Созвездие ‘Романтика мимо’ пожертвовало 1 000 000 монет.] [Научи! Научи! Научи! Научи! Научи! Научи! Научи!] Хотя его глаза были чистыми и прозрачными, как вода, из-за дерзкого выражения лица в его взгляде было что-то неуловимо пошлое. Но даже так он выглядел привлекательно — всё из-за его невероятной внешности. Говорят, красота — лучшее оправдание, и, похоже, это правда. Однако я отказалась. — Нет. Кто знает, что может случиться, если я соглашусь на его явно нечистые намёки. Увидев моё решительное выражение лица, Клайд провёл языком по губам. — Кажется, наша Тереза не такая уж и дурочка. Где-то меня уже оскорбляли похожим образом… Дилинь! [Созвездие ‘Вся жизнь на Терезу’ пожертвовало 1 000 000 монет.] [Не называй дурочку дурочкой!] Почему это не блокируют? Это же злобный комментарий. Пока я хмурилась, Клайд, которому всё это показалось очень забавным, рассмеялся и обнял меня. — Всё-таки ты мне нравишься. Затем он принялся тереться лицом о мою щеку, висок и волосы. Я чувствовала, как растрёпывается моя заплетённая коса, и в знак того, что пора прекратить, опустила голову, но он тут же прижался ко мне снова. Так повторилось раза три, и вот я уже прижата к стенке кареты, и бежать от Клайда некуда. Влажный воздух мгновенно наполнил карету, стало душно. Казалось, даже жара нарастает. Клайд с едва заметной улыбкой плавно опустил длинные ресницы и перевёл дыхание. Его дыхание было так близко, что мне захотелось яростно почесать щеку. — …Неудобно, отодвинься немного. Он, от которого я ожидала злобной шутки, послушно отодвинулся. … … Почему-то стало неловко. Я смотрела в правое окно, Клайд — в левое. Карета тряслась, дождь громко барабанил по крыше и окнам, но шорох одежды рядом и тихое дыхание звучали, как раскаты грома. Всё из-за Клайда, который переплёл свой мизинец с моим. До начала летних каникул оставалось десять дней. С момента появления квеста прошёл день, значит, осталось девять? Клайд оказался не таким настойчивым, как я думала. Вчера, когда мы приехали в Вальхаллу, он только и делал, что провожал меня до аудитории, столовой или библиотеки, и больше ничего. Нет. Если подумать, кое-что всё-таки было. Он как само собой разумеющееся пообедал со мной, а в библиотеке занял место рядом, нагромоздил перед собой кучу книг и беззастенчиво разглядывал меня. Его взгляд мешал, и я раздражённо спросила, зачем он это делает. На что он выдал совершенно нелепую фразу: «Я же загородился книгами. Не видно». Неужели председатель студсовета, построивший баррикаду из книг в библиотеке и нагло лежавший на столе, действительно думал, что останется незамеченным? Чем больше я думала, тем нелепее это казалось. ‘По поведению он точь-в-точь человек Клайд’. Отсутствие характерной причёски и пирсинга, по которым можно было отличить демона Клайда, ещё больше сбивало с толку. Несколько раз я даже пристально вглядывалась в него, думая, не вернулся ли Клайд. Но каждый раз его лукавая улыбка давала понять, что это не так. ‘В любом случае, похоже, быть возлюбленными — это гораздо более сдержанные отношения, чем я думала’. Честно говоря, я готовилась к чему-то более навязчивому и неловкому. Возлюбленная инкуба! Учитывая, сколько объятий и поцелуев у меня уже было с другими главными героями, я предполагала, что здесь будет ещё больше, а не меньше. Может, мои стандарты в отношениях слишком испортились? Мне стало немного стыдно за себя. — Что вообще значит быть возлюбленными? Элоиза, расчёсывавшая мне волосы, отреагировала на мои неосознанно произнесённые слова. — Возлюбленными? — Да. Просто интересно, что обычно делают люди, когда встречаются. Элоиза уронила расчёску. — Госпожа, вы с кем-то встречаетесь?.. — Нет! Это не про меня, просто любопытно. Я не очень понимаю, что делают люди, которые только начали встречаться. Дилинь! [Созвездие ‘Факт — тоже насилие’ пожертвовало 1 000 000 монет.] [«Это не про меня» = про неё] Элоиза прищурилась и медленно подняла упавшую расчёску. — В начале отношений обычно вместе вкусно едят, ходят на спектакли, немного гуляют. Просто проводят досуг вместе. — А… вот как? Вопреки моим ожиданиям, всё оказалось так невинно, что мне стало стыдно за свои мысли о рукопожатиях, объятиях и поцелуях. ‘Кажется, я и правда стала странной’. Хотелось рвать на себе волосы. Элоиза снова начала допытываться: — Вы точно ни с кем не встречаетесь? — Говорю же, нет. С кем бы я стала встречаться? — Всегда будьте осторожны с мужчинами, госпожа. Особенно! В такой особой ситуации, как у вас сейчас. Только тогда я поняла, о чём беспокоится Элоиза. Поскольку у семьи Сквайр появилась возможность вернуть тайную магию и возродить былую славу, она беспокоилась о назойливых мухах, которые могут слететься. С такими было бы проще разобраться. Но главным героям было всё равно, есть ли у моей тени крылья бабочки или стрекозы. Их волновала только моя привязанность. — Поняла. Буду осторожна. — У всех, кто сейчас к вам приближается, нечистые намерения, так что даже не смотрите на них и отшивайте как следует. Пните его вот сюда — и всё! — Угу… Я не решилась посмотреть, на какое место указывает Элоиза, и поднялась. — Я пошла в академию. — Минуточку, госпожа! Идёт дождь, возьмите зонт. Я взяла жёлтый зонт, протянутый Элоизой, и вышла из общежития. Дождь, начавшийся вчера, продолжался и сегодня. — Сегодня тучи пепельного цвета. Хотя солнце уже должно было взойти и было светло, небо не было таким ясным, как вчера, а каким-то мутным. Я раскрыла зонт и пошла. В этот момент кто-то сзади крепко обхватил меня за талию. — ! Сила противника была такой, что мои ноги почти оторвались от земли. От его дыхания на моей беззащитной шее по коже побежали мурашки. Я посмотрела, кто это, — это был Клайд. Он смотрел на меня с немного сердитым лицом. — Зачем нужно скрывать даже то, что мы встречаемся? ‘Он подслушал наш разговор с Элоизой’. То, что он обиделся, — это одно, а я растерянно спросила то, что меня интересовало: — Ты давно здесь? Я обычно уходила на занятия довольно рано. К тому же сегодня я вышла на рассвете, чтобы позаниматься в библиотеке перед экзаменом, а Клайд напал на меня, словно поджидал. — Не знаю, — буркнул Клайд и с силой потёрся лицом о мою шею. Хм… Похоже, это был протест вроде «Я очень расстроен, утешь меня».