Козырь Чжоу И
- Гао Цян, ты идёшь со мной! Кто не хочет умирать, следуйте за мной!
Ли Юйфань проигнорировал гнев Ли Линя и, воспользовавшись тем, что толпа Кровожадных тварей отвлеклась на Псов, первым бросился вперёд. Он выбрал путь, где было меньше всего Кровожадных тварей, хотя и там их было предостаточно.
- Хорошо!
Гао Цян похлопал Ли Линя по плечу в знак утешения. Затем он сунул свой Кинжал, изъеденный слюной Кровожадных тварей, обратно за пояс, вытащил из-за спины огромный Мачете и последовал за Ли Юйфанем. За ними шла только Цзю Ло, девушка, спасённая Ли Юйфанем.
В то же время Чэнь Тин, уже достигшая третьего уровня, сжимала в руке тесак и молча следовала за Гао Цяном. Видя, как все без оглядки бросаются вперёд, Ли Линь тоже пришлось, сжимая в руке меч, молча следовать за ними.
Ли Линь понимал, что ситуация крайне опасна, и что Ли Юйфань поступает так, чтобы спасти всех. Но его сердце всё равно переполняли неудержимая печаль и гнев.
- Неужели единственный выход — пожертвовать Грубым Хвостом и Клыком? Неужели… неужели нет другого способа? Даже если это так, даже если их придётся принести в жертву, по крайней мере… по крайней мере, Ли Юйфань должен был обсудить это с нами, со мной!
Его гнев был вызван не только тем, что Ли Юйфань безжалостно пожертвовал Псами, которые были ему верны и всегда сражались с ним плечом к плечу. Больше всего его возмущало то, что Ли Юйфань без колебаний решил судьбу Псов! И… и всё это ради какой-то незнакомой женщины!
Сегодня он пожертвовал Псами, а что будет в следующий раз?
История с Го Линь была такой же. Ли Юйфань пренебрегал жизнью, и если кто-то осмеливался ему перечить или предавать его, он безжалостно расправлялся с ним. Если кто-то был для него «незначительным» или «бесполезным», он без колебаний избавлялся от него. Как будто Ли Юйфань мог так естественно решать судьбы всех в этом мире…
Именно это было главной причиной печали и гнева Ли Линя! Ведь… после смерти Псов, он был самым слабым из оставшихся.
…
…
Высокая, крепкая фигура стремительно двигалась в ночи, приближаясь к Белому пруду. По пути ему изредка попадались «непрошеные» Кровожадные твари, рычащие и бросающиеся на него, но он легко их отбрасывал.
Этим человеком был Чжоу И, который следовал за Ли Юйфанем. Вскоре он добрался до руин за пределами Белого пруда. С его физической подготовкой, чтобы добраться сюда, ему потребовалось более пяти минут.
Примерно десять минут назад здесь только что закончилась ожесточённая битва. Вскоре после того, как Ли Юйфань сбежал, это место мгновенно восстановилось. За исключением того, что окружающие здания были сильно разрушены, на всём Белом пруду не осталось никаких других следов. На земле не было ни крови, ни каких-либо повреждённых предметов.
Под тусклым фиолетовым лунным светом, проникающим сквозь густые облака, вся улица и земля выглядели такими чистыми и сухими.
Только… мёртвая тишина вокруг заставила Чжоу И нахмуриться.
- Это то место, где пропал сигнал Гао Цяна?
Он прищурился, внимательно осматривая окрестности, осторожно прячась в тени разрушенного здания, шаг за шагом продвигаясь к центру города.
- Шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур-шур
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 08.04.2026