«Кто вообще, стремясь к дебюту, думает о том, что его сразу начнут критиковать?! Да никто! Когда я стану знаменитостью, первое, что я увижу, — это злобные комментарии. Никто так не думает, все живут мечтами».
[Мечты мечтами, но вы все должны понимать, что это работа. Работа, на которой вас будут в первую очередь оценивать и критиковать.]
«Нет… Ха… хватит с меня обсуждений».
Ян вздохнул, пытаясь уложить все в своей голове и нормально ответить Джину.
Он вдруг подумал: «Я не могу победить в этом споре, потому что не могу говорить. Даже если мне что-то не нравится, этот ублюдок все равно в моей голове. Почему мрачный жнец дал мне именно этого ублюдка?»
[Что?]
«С этого момента тебе следует открывать рот только тогда, когда ты сообщаешь важную информацию. Потому что я чертовски зол на тебя».
[Я что-то не так сказал?]
Ян проигнорировал Джина, который мелькал у него перед глазами и бормотал, что не сказал ничего плохого.
Покачав головой, Ян решил не обращать на него внимания.
— Кстати, что там насчет вечерней трансляции на платформе Y?
— Они дадут нам сценарий?
Так называемая «вечерняя» трансляция в приложении Y начиналась в десять часов вечера, а время ее проведения составляло более полутора часов.
Дело в том, что если сами мемберы не умеют шутить и не способны поддерживать веселую атмосферу, то фанатам становилось скучно еще на середине подобных лайв-трансляций.
— Я так замотался, что, если мы поспим?
— Ни за что. Это же шоу. Ты не можешь просто прийти туда и дрыхнуть.
Пак Содам только ухмыльнулся, услышав слова Чо Тэуна.
* * *
— Содам спит?
— Ты думаешь, он действительно спит?
Пак Содам закрыл глаза уже через десять минут после начала вечерней трансляции. Он всегда засыпал, стоило только коснуться головой подушки, и на этом шоу получилось в точности так же.
— Кто будет ведущим? — поинтересовался Пак Джинхёк.
Ян встал со своего места. Он приложил указательный палец ко рту, призывая всех к тишине.
— Давайте тайно снимем нашего дорогого Содама.
Все кивнули. За исключением спящего Пак Содама, все остальные участники приподнялись. Они собирались сделать вид, что лайв уже закончился.
— Я не сплю, хён.
Пак Содам схватил Яна за лодыжку, когда тот попытался встать. От неожиданности Ян аж подпрыгнул.
— Вау!
— Поймал!
Все участники, кроме Яна, захлопали в ладоши и засмеялись.
— Ты планировал это сделать?
— Это называется скрытая камера!
— Почему-то губы Джинхёк-хёна дрожали.
Ян что-то проворчал и вернулся на свое место.
Матрасы в комнате были разложены ярусами, таким образом, чтобы все участники попадали в камеру, лежа на этих матрасах. Однако, хоть с начала трансляции прошло совсем немного времени, одеяла и подушки уже находились в полном беспорядке.
— Это наша первая вечерняя трансляция, а у нас уже такой бардак… Не слишком ли это печально, господа?
— А мне кажется, что получилось даже как-то непринужденно*. Нет?
П.п.: В оригинале используется корейский термин 인간미 (in.gan.mi). Человечность — чувство дружелюбия и сердечности, которое дарят люди.
Отвечая, Ян вместе с Пак Содамом нашел на мобильном телефоне приложение Y. Комментарии, которые появлялись в режиме реального времени, выскакивали так быстро, что они не всегда успевали их прочитать. Ян постучал по мобильному телефону и медленно прокрутил страницу вверх.
— Почти половина комментариев от иностранных поклонников.
Одноактные дорамы от Company K, включая «Я хочу услышать твой голос», одновременно транслировались иностранными телеканалами в Китае, Японии и Юго-Восточной Азии, возможно, именно из-за этого иностранцев было намного больше, чем в прошлый раз. Плохо переведенные комментарии на хангыле также бросались в глаза.
— Необычно, что в итоге мы провели подобную трансляцию уже после нашего продвижения, а не во время него.
Чо Тэун и Ким Джуён немного поцапались, пока обсуждали сложности, которые возникли во время их последнего камбэка. Пак Содаму было все равно, поэтому он спросил других мемберов об этом:
— О чем сожалеют наши хёны?
— Хм… О том, что я хотел продвигать песню, над которой работал вместе с Джинхёком, но не смог?
— Да, я тоже об этом сожалею.
Ли Джухёк и Пак Джинхёк написали свою собственную песню. Однако после слепой оценки ее, к сожалению, не выбрали в качестве заглавной песни, и им пришлось довольствоваться песней для альбома.
— Вместо того чтобы сожалеть об этом, я тут подумал о нашей хореографии…
— О, я понимаю.
Ян согласно загудел, понимая, что имел в виду Ким Хён.
— У нас было слишком много изменений хореографии в процессе подготовки альбома. Да ведь?
— Верно, хореографию часто меняли. И Ян выглядел вот так.
Ким Джуён, который внезапно стал центром всеобщего внимания, изобразил выражение лица Яна. Это был пустой взгляд в пространство.
— А? Я так выглядел?
— Казалось, что твой мир рухнул.
Ян рассмеялся. В процессе подготовки к альбому ему было достаточно сложно, ведь он не относился к тем людям, которые быстро разучивали хореографию. Получалось так, что, как только он хотя бы мало-мальски усваивал ее, вносили какие-то корректировки и ему приходилось начинать все заново. Не говоря уже о том, что они были группой и им, ко всему прочему, нужно было работать в команде.
Ян посмотрел в камеру и сказал:
— Я надеюсь, что в следующий раз наш дэнс-лайн справится со всеми сложностями вместо меня.
— И все же, разве Ян не улучшил свои навыки? — заметил Ким Хён, и все кивнули.
— Зато ты очень хорош в пении.
Пока Ли Джухёк говорил, сотрудники засуетились и начали расставлять перед ними кучу закусок и микрофон.
— О, сладости и закуски!
— Я готов к труду и обороне.
— Внимание, это не ASMR поедания печенья, а ASMR шуршания печеньками.
Услышав слова Пак Содама, участники, которые уже готовились открыть пакет с печеньем и высыпать сладости на стол, угрюмо замолчали.
— Пока Ян-хён и Хён-хён делают ASMR, мы приляжем, чтобы спокойно это послушать.
— Если ты не сможешь усыпить нас, ты выбываешь.
— Должны ли мы назначить штраф?
— Зачем нам штраф? Если не хочешь спать, ты выбываешь. Это твои проблемы.
Ян и Ким Хён повернули Чо Тэуна в другую сторону и сели перед столом рядом с матрасом. Чо Тэун перекатился и лег на живот.
— Хён, ты слышал об этом? Как правильно сделать?
— Не знаю, может, просто разорвать?
Вместе с последними словами Ким Хён дернул за края пакета с закусками. Он случайно придвинул его слишком близко к микрофону, и раздался громкий треск. Пак Содам поднял голову, чтобы выразить свой протест:
— Что это за ASMR такой?
— Тсс, мы тут серьезным делом заняты.
Ян тоже открыл пакет с закусками и облизнулся одновременно с Ким Хёном. В период продвижения им приходилось постоянно следить за своим питанием, поэтому сладости и закуски были под запретом.
Картофельные чипсы с красной заправкой выглядели так же великолепно, как если бы перед ними лежал шикарный стейк.
Ян посмотрел в сторону, как зачарованный. А Ким Хён посмотрел на него. Возможно, из-за того, что они вместе танцевали такую сложную интенсивную хореографию, у парней появилось некое чувство родства, и они научились хорошо понимать друг друга.
— Пустая трата, может, нам просто съесть это?
Ким Хён кивнул. Они поднесли микрофон поближе и одновременно отправили закуску в рот.
Раздался громкий хруст. Спите вы или нет, мы будем есть вкусности.
В одно мгновение Ян и Ким Хён открыли еще один пакет с закусками и начали пробовать их одну за другой.
[А-а-а-а.]
[Дети, ешьте свои закуски ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ]
Эти двое отбросили микрофон подальше и устроили настоящую вечеринку, они поглощали чипсы, как одержимые. Почувствовав неладное, остальные участники подняли головы.
— Что, уже можно есть?
— Вы что, серьезно хотите все это съесть?
— Я тоже хочу.
Как бы усердно они ни пытались снять качественное ASMR видео, все закончилось банальным поеданием вкусностей.
— Тут в комментариях вопрос для Тэун-хёна. Хён начинал как ребенок-актер. Им интересно, почему ты решил стать айдолом вместо того, чтобы продолжать играть.
— Мне тоже это интересно.
П.п.: Суть вечерней трансляции заключается в том, что участники группы, часто в милых пижамах, лежат на матрасах, будто бы готовясь ко сну, и проводят трансляцию.
На фото группа SHINee:
Обновлено: 02.02.2026