В текущем сезоне спрос на продукцию снижался до Фестиваля драконьих лодок. В промежутке между Новым годом и этим фестивалем был только Цинмин*, который не принято отмечать посещением родственников и вручением подарков.
Однако тетя нечаянно подсказала Шу Пин идею. Пропалывая огород, она сказала:
– Послезавтра будет рынок. Надо купить семена сои, баклажанов, перца… Поле перед домом уже давно пустует. Может, ты возьмешь его? Я помогу тебе все посадить.
В деревне рынком называли ярмарку. Пятнадцатого числа каждого месяца люди выставляли свои товары на главной дороге в восточной части деревни. Там торговали всем: фруктами, овощами, курами, утками, гусиными яйцами… Было очень оживленно.
Иногда, даже имея возможность купить все необходимое в городе, люди предпочитали подождать и поехать на рынок. Им нравилась эта традиция, сформировавшаяся за десятилетия.
Шу Пин решила установить палатку и продавать продукцию фабрики по ценам на 10% выше оптовых, но ниже розничных.
После ареста Цзян Хая и Гу Чжихуна их родственники пришли просить пощады. Больше всех шумела мать Цзян Хая, которая просила отпустить сына, ссылаясь на давние отношения между семьями, и обещала вернуть деньги, даже если ей придется продать все, что у нее есть.
Такие слова возмутили Шу Пин.
– Тетя, скажите честно, вы знали, что Цзян Хай присваивал деньги с фабрики? Он купил дом в уезде в прошлом году, вы спросили его, откуда у него деньги? А теперь говорите, что продадите все, как будто мы вас заставляем!
Тетушка Чжоу молчала, так как Шу Пин задела за живое. Шу Пин не стала ее жалеть и продолжила:
– Вы говорите, что наши семьи связаны родственными узами. Да, в деревне все друг другу родня. Именно поэтому мой отец так хорошо относился к Цзян Хаю. А он отплатил нам черной неблагодарностью. Не надо лить слезы. Я сирота, которую обманули. Мне хуже, чем Цзян Хаю. Это я должна плакать!
Наблюдавшие за сценой соседи согласно кивали головами. Те, кто раньше думал о ней плохо, изменили свое мнение.
– Он присвоил не пару сотен, а целые тысячи и купил дом в городе! На ее месте я бы давно обратилась в полицию. Меня бы злость задушила.
– Теперь понятно, почему он целыми днями пил и играл в карты, и характер у него стал отвратительным. Оказывается, он заработал столько денег, что ему и за всю жизнь не потратить.
– Жаль, что Шу Хэмин умер. Если бы он был жив, семья Шу жила бы, как в сказке.
– Раньше я думала, что дочь Шу – тихоня, а она вон как может говорить! Вся в отца! И Шу Хэмин был способный, и Шу Цзюн умный. В этой семье все не промах.
Слухи быстро разлетелись по деревне, и мнение о Шу Пин изменилось в лучшую сторону.
В 1998 году обычные рабочие получали триста-четыреста юаней в месяц. Сумма в десятки тысяч юаней вызывала зависть, а сотни тысяч казались неслыханной роскошью.
В последние годы пищевая фабрика развивалась успешно. Шу Хэмин зарабатывал деньги, но после строительства новых зданий и закупки оборудования больших сбережений не осталось. Цзян Хай воспользовался ситуацией.
Преступления Цзян Хая были очевидны, и он быстро признался во всем. Чтобы получить смягчение приговора, его семья собрала 130 000 юаней, чтобы вернуть их Шу Пин, а также просила разрешить ему написать письмо с извинениями и выйти под залог.
– Мы действительно не знаем, сколько он украл. Это все, что мы смогли собрать на данный момент. Мы обещаем выплатить все остальное в ближайшее время. Пожалуйста, простите его. Мы с твоим дядей уже старые, а Сяо Фэю всего девять лет. Что будет с ним, если Цзян Хая посадят в тюрьму?
– Тетя, извините, но я не могу вам помочь. Если бы я не нашла доказательства, как бы сложилась моя жизнь? Он не только обворовал меня, но и нанял человека, чтобы обмануть меня! Разве это справедливо? Я не приму его извинений. Пусть суд решит. А Сяо Фэю нужно хорошо учиться, и тогда у него будет светлое будущее. Деньги, которые вы вернули, я передам адвокату, и он снизит расходы. Главное, верните остальное как можно скорее.
Она знала, что Цзян Хай купил дом в городе и хотел перевести туда Сяо Фэя в городскую школу. Они еще не переехали, потому что не успели оформить все документы.
Быть добрым к врагам – это жестокость по отношению к себе. Это был урок, который Шу Пин усвоила за десять лет работы.
После окончания школы она относилась ко всем с добротой и искренностью. И чем это закончилось?
Цзян Хай и его семья не заслуживали ее сочувствия.
Кроме того, Гу Чжихун, как сообщник Цзян Хая, тоже понесет наказание. Ему грозит от одного до трех лет лишения свободы за фальсификацию отчетности и уклонение от уплаты налогов.
Уладив дела на фабрике, Шу Пин собрала сотрудников и обратилась к ним:
– Два дня назад здесь произошло неприятное событие, но теперь все позади. Как вы знаете, фабрикой управлял мой отец, и я, как его дочь, являюсь единственной законной наследницей. С этого дня я буду принимать все решения. Что бы ни случилось в прошлом, мы начинаем новую главу. Для нашего пищевого производства самое главное – это гигиена и безопасность. Я буду относиться ко всем сотрудникам, как к членам семьи. Помимо зарплаты, я буду поощрять вас премиями к Новому году и другим праздникам, а также предоставлять социальные льготы. Если у вас дома что-то случилось и это мешает работе, вы всегда можете взять отпуск. Чем больше вы работаете, тем больше зарабатываете. Бездельников фабрика терпеть не будет. Это не игра в дочки-матери и не благотворительность. Зарплата рабочих, расходы на сырье, налоги, вода и электричество – все это расходы. И только когда фабрика будет приносить прибыль, возрастут ваши доходы. Вместе побеждаем, вместе проигрываем. Мы не враги, а партнеры, двигающиеся к общей цели. Наша задача – сделать фабрику лучше!
П.п Цинмин — традиционный китайский праздник поминовения усопших.
Обновлено: 03.02.2026