— Сатору, что это у тебя перекинуто через плечо?
— О, привет, Сугуру! — легко отзывается Сатору-сама. Шики ёрзает, когда костлявое плечо впивается ей в живот от внезапного поворота юноши. Таскать её вот так довольно дезориентирует, особенно учитывая, что сейчас она вообще ничего не видит. — Угадай что, я нашёл пропавшую племянничку Нанами!
Внезапный вихрь движения, и Шики отчётливо чувствует, что её гордо выставляют напоказ, почти как какого-то проказливого питомца. У неё начинает складываться впечатление, что Сатору-ониичан не очень-то знает, как обращаться с детьми.
Новый прибывший издаёт в горле отчётливо тревожный звук.
— Это ребёнок? Какого чёрта ты… стой, нет, детей так не держат! Ради всего святого, Сатору…
Незнакомые руки грубовато ложатся ей на плечи, намереваясь забрать её из объятий Сатору-ониичана. Шики вздрагивает от неожиданности, извивается и отстраняется, цепляясь за то, что в этом мире темноты ей хоть как-то знакомо.
— Ха! Кажется, я ей нравлюсь больше, чем ты, — голос Сатору-ониичана над её головой звучит самодовольно. Шики едва слышит его сквозь стук своего учащённого сердцебиения и медленно, с лёгкой дрожью, вдыхает. Спокойствие. Она должна сохранять спокойствие. Има-сан, может, и не следит больше за каждым её движением, но Шики всё ещё нужно.
— Эй, — говорит новый голос. Сугуру — так назвал его Сатору-ониичан. Теперь в его голосе меньше раздражения, звучит почти мягко. — Эй, пожалуйста, не пугайся. Извини, что напугал, я просто злился на Сатору.
— Всё в порядке, — после короткой паузы отвечает Шики. Рефлекторно она поворачивается в общем направлении этого нового голоса, хотя ничего и не видит. Жить в полной темноте тяжело, но она думает, что предпочтёт это бесконечной веренице зловещих красных линий, расползающихся по всему на свете. — Я… извините, что так среагировала. Но я хотела бы остаться с Сатору-ониичаном. Пожалуйста.
— Ладно. Ладно, это нормально, — успокаивающе говорит Сугуру-сан.— Сатору-ониичан, да?
Шики снова встряхивает, когда Сатору-ониичан пожимает плечами.
— А что? Оказалось, мы дальние кузены, так что сойдёт. Не понимаю, кому это может не понравиться.
— Думаю, у Нанами-куна может найтись пара претензий, — сухо отвечает другой юноша. — К слову, ты хотел сначала отвести её к Сёко? Она выглядит не очень. С её глазами что-то не так?
— Сёко же на другом конце кампуса, разве нет? Я думал сначала привести Шики к Нанами, а потом заскочить туда.
Кенто-одзичан. В груди вспыхивает предвкушение; Шики скучает по своей семье…
— Позволь перефразировать: тебе определённо стоит сначала отвести её к Сёко, — ровным тоном заявляет Сугуру-сан. И девочка, и её кузен издают идентичные звуки протеста, но он с лёгкостью подавляет их обоих. — Если только ты не хочешь, чтобы Нанами увидел свою племянницу в таком виде?
Почему-то у Шики внезапно возникает впечатление, что Сатору-ониичан сейчас прищуривается на неё.
— Э-э… а что не так с её видом?
— Что значит «что не так»? — его друг звучит недоверчиво. — Сатору, ребёнок худой, как щепка, и у неё голова в бинтах. Она выглядит так, будто ты прямо из больничной койки её похитил!
Наступает неловкое, красноречивое молчание.
— Ты шутишь, — бесстрастно констатирует Сугуру-сан совершенно безжизненным, плоским тоном. — Сатору, скажи мне, что ты не похитил ребёнка прямиком из больницы.
Сатору-ониичан в ответ только смеётся, беззаботно. Шики быстро решает вступиться за кузена, пока ситуация не усугубилась.
— Я пошла с ним добровольно! Так что похищения не было… в этот раз?
Девочка замолкает. А считать ли похищением тот первый раз, когда Има-сан вывезла её из больницы? Шики определённо не спрашивали, она не ожидала, что заснёт в своей больничной койке и проснётся в совершенно другом месте. Но при всем этом, она ведь в родстве с Има-сан, так значит ли это, что…
Раздаётся лёгкий шлепок, звук ладони, встречающейся со лбом.
— И теперь я волнуюсь ещё больше. Ладно, слушай, просто… отведи её сначала к Сёко, Сатору. Поверь мне.
— Да, конечно, — Сатору-ониичан всё ещё не звучит так, будто он понял, к чему клонит Сугуру-сан, но соглашается достаточно легко. Что касается Шики… Шики, конечно, всё ещё хочет поскорее увидеть Кенто-одзичана.
Но, возможно, Сугуру-сан прав. Сейчас она практически слепа, так что не смотрела в зеркало уже несколько дней, но он, наверное, не ошибается, считая, что Шики выглядит немного… затравленно, в данный момент. Если она предстанет перед Кенто-одзичаном в таком виде, то ему станет грустно, верно? Ему может стать грустно. А Шики не хочет, чтобы Кенто-одзичану было грустно, особенно из-за неё.
(В конце концов, Шики всё ещё жива, разве нет?.. В отличие от её родителей.)
— Давай, пошли.
Обновлено: 23.01.2026