Красные линии тускло мерцают на ветхой ткани, плотно стягивающей проклятый предмет. Не дожидаясь приказа, Шики начинает снимать печати. А под ними...
Проклятым предметом оказывается узловатый палец с устрашающе острым когтем. На ощупь он грубый и твердый. Словно могильный воск. Шики держит человеческий палец на своей ладони.
...Она отстраненно задается вопросом: что же это говорит о тренировках, которым подверг её клан Годзё, если она не испытывает ровным счетом никаких эмоций, сжимая в руке отрубленную часть тела? Впрочем, учитывая чудовищную мощь проклятой энергии, исходящей от него, трудно воспринимать его как плоть, а не как тот проклятый артефакт, которым он на самом деле является.
Палец. Проклятый предмет. «Палец Сукуны» — так назвал его Киёхира-сенсей.
Шики смотрит на артефакт. Ни изъяна, ни царапины.
Это... просто палец.
— Ну? — голос Дайсаку-сама вторгается в её мысли. — Ты можешь его уничтожить?
В его тоне сквозит затаенная надежда, почти предвкушение. И не без причины. До сих пор не существовало ничего, на чём Шики не видела бы красных линий. Не было ничего, что не мог бы рассечь её клинок.
Однако Дайсаку-сама придется смириться с разочарованием.
Шики медленно качает головой и кладет проклятый предмет перед собой.
— Я не могу, — честно признается она. — ...Линий нет. На пальце Сукуны нет никаких линий.
.
Вымышленный Демонический Бог, Рёмен Сукуна, был повержен в эпоху Хэйан, во времена «Золотого века магии». Его почитали как божество и боялись как демона. Жестокий призрак с четырьмя руками и двумя лицами.
Он был человеком — магом.
А после смерти он обратился в проклятого духа.
Однако сила его была такова, что даже гибель не смогла положить конец существованию бедственного Короля Проклятий. Всё, что осталось от Рёмена Сукуны, — это двадцать его неразрушимых пальцев, путешествующих сквозь века в виде проклятых предметов, мощь которых лишь растет со временем.
...Неудивительно, что Дайсаку-сама был так заметно разочарован, когда Шики сказала ему, что не видит никаких линий. Разочарован, но всё же отнесся с пониманием. В конце концов, общепризнанным фактом было то, что никто не способен уничтожить пальцы Рёмена Сукуны. Ничто не могло повредить их — даже проклятая техника, которая, казалось бы, была идеально создана для разрушения.
Лишенный смерти.
Может ли что-то действительно быть лишенным смерти? Шики с трудом укладывает эту концепцию в голове. Всё, что живет, умирает. Таков закон этого мира, разве нет? Это базовое понимание, на котором строится работа её способности. И если записи, которые она просмотрела позже в тот день, были верны, Рёмен Сукуна когда-то был по-настоящему жив. Он был живым, дышащим магом в те древние времена, тысячи лет назад. Точно так же, как сама Шики живет и дышит в это самое мгновение.
...А потом он умер. Маги той эпохи отдали всё, что у них было, чтобы победить Короля Проклятий.
Шики вспоминает свои уроки. Проклятые духи рождаются из проклятой энергии, создаваемой людьми как естественный побочный продукт отрицательных эмоций. Страх, гнев, ненависть и всё, что между ними. Проклятая энергия накапливается и растет, собирается и уплотняется, в конечном итоге сгущаясь и загнивая — и так на свет появляется кошмарный проклятый дух.
Но проклятые духи могут рождаться и непосредственно из людей: те, кто умирает проклятой смертью и чей дух оказывается осквернен, сами становятся мстительными духами. Взять хотя бы Сугавару-но Мичидзанэ, от которого, как утверждает клан Годзё, они ведут свой род. Его пришлось обожествить, чтобы усмирить его мстительный дух.
Суть в том, что превращение человека в проклятого духа после смерти зависит от того, как именно он умер, да, но помимо этого... это также зависит от уровня их проклятой энергии. А у магов проклятой энергии больше, чем у большинства людей.
Вот почему все маги должны умирать от проклятия. Магов необходимо убивать с использованием проклятой энергии, иначе после смерти они обратятся в мстительных духов.
Шики сильно сомневается, что почитаемые, маститые маги Золотого века не знали этого факта. Если Рёмен Сукуна был человеком-магом, нет сомнений, что его убили другие маги, применив против него свои проклятые техники.
И всё же после смерти он стал проклятым духом, даже несмотря на то, что был убит по всем правилам.
...Или, скорее, он стал проклятым предметом? Двадцатью проклятыми предметами? ...Считается ли это всё ещё существованием в виде проклятого духа? Шики кажется, что должно.
У него нет никаких линий. Линий нет.
Отсутствие линий означает отсутствие смерти. Но нет, Рёмен Сукуна ведь был убит, разве не так? Магами Золотого века.
...И всё же на проклятом предмете, который она держала в руках в тот день, не было никаких линий. Совсем.
Честно говоря, Шики даже немного рада наконец-то, наконец-то увидеть что-то, не испещренное красными линиями, но... в данном конкретном случае это, вероятно, не так уж хорошо. Пальцы Рёмена Сукуны — это Проклятые предметы особого уровня, в конце концов. Они — проклятия. А проклятия — это плохо.
Если бы Шики родилась более двух тысяч лет назад, если бы она жила в одно время с Рёменом Сукуной и посмотрела на него этими проклятыми глазами... смогла бы она увидеть жуткие красные линии, шрамирующие его тело? Или всё было бы так же, как с его пальцами? Взглянула бы она на человека-демона-бога и не увидела бы ровным счетом ничего? Или же она увидела бы просто ещё одного обычного человека?
...Не считая всей этой истории с четырьмя руками и двумя лицами, раз уж это, судя по всему, было правдой. Точно. Не считая этого.
Шики надувает щеки и выдыхает.
Любопытство ей не свойственно. Шики не движет неутомимая, ненасытная жажда знаний. Но всё же, с тех пор как она обнаружила, что в этом мире существует нечто, лишенное красных линий... разве это не естественно — проявить любопытство? И поэтому она разыскала те прискорбно немногие записи, что существовали о «Рёмене Сукуне». О маге, который был скорее разрушительным бедствием зла, чем человеком, если верить легендам.
Обновлено: 19.02.2026