Лия была уверена, что её ведут на смерть. Положат на алтарь, или скормят очередной твари Аргаррона, или попросту сбросят в открытый портал во Тьму. Двое воинов Хаоса зашли к ней в комнату, взяли под руки и вывели в коридор, впрочем, не прибегая к грубости.
Они шли по коридору куда-то вниз, и Лия, привыкшая к небу над головой, чувствовала себя неуютно, к тому же, через короткое время она потеряла чувство направления. Стены коридора, сложенные из гранитных камней, сменились пещерой, а затем проплавленным тоннелем в обсидиане.
Лия волновалась. Воины Хаоса ничего не говорили, но их горячие ладони крепко держали девушку за предплечья, словно та могла убежать куда-то в оковах из черной стали.
Ее ввели в большую пещеру, в центре которой было светящееся озеро. Лия присмотрелась и вздрогнула – в круглой чаще, встроенной в пол пещеры, плескалась какая-то зеленая слизь, пропитанная эманациями боли и страха, которые Лия ощущала даже без магии. Неподалеку от емкости стоял заляпанный кровью алтарь, еще дальше – глубокая круглая яма.
«Вот и все, – подумала Лия, – Ростик так и не спасет меня... Надеюсь, тогда он спасет Каенор».
– Добро пожаловать! – громко сказал Аргаррон, который вышел из-за какого-то скального нароста, держа в руке небольшой черный жезл, – Ворожея Лия, я так рад, что ты пришла.
– У меня не было выбора, – холодно ответила девушка и чуть повела руками. Воины Хаоса тут же ее отпустили и чуть подтолкнули вперед.
– Подойди, – сказал архидемон, и Лия подчинилась. Все равно сопротивляться было бессмысленно.
Аргаррон положил когтистую руку девушке на плечо и сказал, широким жестом обведя пещеру:
– Вот, смотри, отсюда я шагну в Астрал как новый бог-претендент. Сонный Гаррак давно уже готов к тому, чтобы пасть и уступить свое место более достойному.
– Ты ненормальный, – Лия старалась говорить ровно, но близость озера Боли действовала угнетающе, – Зачем тебе это надо?
– Ты не представляешь, каково это – управлять судьбами и жизнями, – Аргаррон мечтательно оскалился в улыбке. Хоть его лицо и не было гаррским, но все равно улыбка выглядела как звериный оскал, – А я знаю. Я был в шаге от божественности, когда ваш Огнекрылый встал на моем пути. Теперь-то я точно не остановлюсь ни перед чем, чтобы вновь ощутить эту власть...
– Зачем ты мне это говоришь?
– Чтобы ты поняла, почему я делаю то, что делаю.
– Что мне за дело до твоих мотивов, архидемон? – спросила Лия, – Твои руки по плечи в крови невинных, ты с легкостью принесешь в жертву кого угодно и в каком угодно количестве...
– Оно так, – Аргаррон отпустил Лию, и та поспешно сделала шаг назад. – Но я хочу тебе кое-что предложить.
– И что же?
– Ты, наверное, знаешь, что защита Радужного Города питается от Солнечных Кристаллов, которые давным-давно установили ваши лидеры для защиты города от магии?
– Конечно, знаю.
– Так вот, я отпущу тебя и больше никого в Каеноре не трону, если мне позволят ими воспользоваться. Их энергии мне будет достаточно, чтобы открыть Врата Миров и шагнуть в Астрал. Мне не придется для этого жечь Каенор и класть его жителей на алтарь.
– Так я и поверила, – ворожея заставила себя усмехнуться, – Архидемон, неужели ты решил поймать квостров на эту уловку? Ты снимешь защиту с Радужного Города и тут же атакуешь!
Аргаррон страдальчески воздел очи горе:
– Ну почему никто не верит в благородные побуждения темных сущностей?.. – он обратил взгляд на ворожею. – Лия, если бы я хотел, я бы давно удавил твоего Ростика подушкой в постели, тебя бы отдал жрецам Шааль-Киира, а оборону квостров снес бы к чертовой матери банальной грубой силой. Как ты думаешь, почему я этого не делаю?
– Я прекрасно наслышана о твоем лукавстве и достаточно осведомлена о твоих силах, – ворожея скрестила руки на груди. – Вероятно, причина, по которой ты не сделал всего того, что перечислил – тебе это не под силу.
– Да? – архидемон вдруг рыкнул, одним прыжком оказался возле ворожеи и сгреб ее за длинные волосы, которые так нравились Ростиславу. Девушка ахнула и упала на колени, вывернув голову, чтобы хоть как-то унять боль. – Думаешь, мне слабо убить мальчишку, который был изменен моей же собственной магией? Трудно прямо сейчас отдать приказ о принесении тебя в жертву?
Лия промолчала, пытаясь освободиться из захвата Аргаррона. Тот продолжил:
– Вы, квостры, возомнили о себе невесть, что! Где это видано, чтобы смертные справились с архидемоном?
– Мы... уже один раз... справились с тобой!.. – с натугой сказала девушка, превозмогая боль.
Аргаррон швырнул ворожею себе под ноги.
– Что ж, пусть так. Никто потом не скажет, что Аргаррон не пытался уладить дело миром. Это вы, светлые, выбрали войну, – он повернулся к молчаливо ожидающим у стены легионерам Хаоса, – Увести!
– В прежнюю камеру? – уточнил один из солдат.
Аргаррон задумался, не бросить ли ворожею в подземелье, но потом махнул рукой:
– В прежнюю. До мелких пакостей пусть светлые опускаются.
Легионеры подошли и подняли Лию на ноги. Та метнула на Аргаррона полный ненависти взгляд, прежде чем ее увели обратно.
Архидемон смотрел вслед легионерам, пока те не скрылись в коридоре.
– Ничего фигура, – усмехнулся Аргаррон.
– У кого? – спросила Офелия, до того стоящая в темном углу пещеры.
– У ворожеи.
Офелия подошла к архидемону, покачивая формами.
– А у меня? – спросила она.
– И у тебя, – кивнул Аргаррон. Суккуб подалась к нему, но тот остановил ее касанием ладони, – Не сейчас. Мне надо работать, милая, поговорим вечером.
Суккуб надулась и повернулась спиной. При этом она стала выглядеть еще соблазнительнее, так как одежду она с момента появления в этом мире даже не подумала надеть ни разу.
Аргаррон с трудом отвел взгляд от тела демонессы и сосредоточился на заклинании, которое готовил. Рука Омадана не сработала на Избранника, или сработала ненадолго, и сейчас он летел с командой светлых головорезов прямиком на Горнагар. Что ж. Пусть все решится именно так.
– Поступим менее изысканно, – хмыкнул Аргаррон.
Он воздел руку, в которой бился комок энергии Воздуха, потом резко сжал кулак. Узор заклинания вспыхнул и сработал как надо, без сучка и без задоринки...
* * *
Ростислав вылетел с корабля поразмять крылья. Он спрыгнул с палубы и успел отлететь на десяток метров, когда из близлежащей тучи в корабль ударила ветвистая молния, мгновенно разнеся корабль в пыль. Коротков заорал, когда потоком горячего воздуха его отбросило в сторону, едва не вывернув крылья из суставов.
Он едва совладал со взрывной волной, потом развернулся и завис на одном месте, глядя на то место, где мгновение назад был грациозный корабль.
Молния ударила еще раз, в самый центр взрыва, добивая тех, кто успел защитить себя магией. Ростислав увидел, как сгорели мерцающие силуэты квостров, как исчезли в белой вспышке ворожея и маг... Только Г’рэг, окруженный красноватой пленкой магического щита, вылетел с другой стороны огненного ада на призрачных крыльях, сплетенных из нитей стихии Воздуха.
– Г’рэг! – крикнул парень, и шакмар, облетев гаснущий взрыв, подлетел ближе. На его лице читалось чудовищное напряжение – Крылья Воздуха были сложным заклинанием, которое молодой маг еще не успел даже выучить как следует. Кроме того, его силы почти мгновенно истощились, поддерживая щит от огня и молний.
– Я в порядке, – сказал шакмар, – Похоже, дальше полетишь один...
– Не дури, ты отлично держишься в воздухе!
Шакмар усмехнулся и сказал:
– Оглянись вокруг Избранник... В пределах видимости нет суши... Я не смогу долго поддерживать заклинание крыльев.
– Летим! – Ростислав махнул рукой, – За мной!
Г’рэг кивнул и направился вслед за Ростиславом. Тот подстраивался под скорость Г’рэга, иногда оглядываясь назад.
«Приближается квазиразумное существо, – подал голос Мирлас, – Сверху».
Словно сопровождая неслышные слова, на Г’рэга и Ростислава упала тень, а нисходящий поток воздуха едва не сбросил обоих в Великую Бездну. Громкий рев разнесся вокруг, когда огромная двухголовая тригга затормозила на низкой высоте.
Ростислав, справившись с крыльями, оглянулся на исполинского ящера и нервно сглотнул. Тригга была великолепна: темно-красное драконье тело размером с крупный авиалайнер прямо-таки дышало силой и скоростью, а размах крыльев вообще превосходил всякое воображение. Могучие лапы были поджаты к бронированному брюху, оканчивающийся горизонтальным опахалом хвост вытянут назад. На спине тригги стоял небольшой паланкин, к которому вели поводья, закрепленные на рогах обеих драконьих голов.
По любым законам физики такое тело не могло держаться в воздухе, но тригга летала, причем без особых усилий могла пересечь весь архипелаг Каенора, ни разу не опустившись на сушу. Тригг использовали Всадники, которые нашли с ними общий язык несколько столетий назад, но даже они не смогли полностью подчинить себе дальних родичей драконов. То, что тригги позволяли другим летать на себе, было, казалось, одолжением с их стороны, а не результатом подчинения или дрессировки.
– Держись, Г’рэг! – крикнул Ростислав, ныряя вниз за начавшим падать шакмаром, – Держись!
Он подхватил обессилевшего мага за пояс и усиленно захлопал крыльями. Маховые мышцы тут же протестующе заболели, удерживая в воздухе возросший в несколько раз вес, а сам юноша покраснел от натуги – шакмар весил много, даже больше чем обычный человек.
Тригга тем временем глухо зарычала и немного спустилась. Судя по инею, который белесым налетом покрывал ее чешую и паланкин, до сего момента она летела очень высоко, где сопротивление воздуха было меньше. Из паланкина высунулась одетая в полетный комбинезон и доспехи фигура и помахала рукой – садитесь, дескать.
Ростислав не заставил себя упрашивать. Он медленно опустил Г’рэга на колышущуюся спину тригги рядом с паланкином, после чего рухнул на нее сам, тяжело дыша. К счастью, скорость была мала, и встречный поток не грозил сдуть новых пассажиров.
– Спасибо, – сказал приподнявшийся Г’рэг, положив Ростиславу руку на плечо, – Ты спас мне жизнь.
Ростислав только кивнул. Чудовищное усилие, вызванное необходимостью держать Г’рэга на весу, полностью его вымотало. Он провел ладонью по прочной чешуе тригги, соскоблив обледенелый налет, и размазал себе по лицу. Стало легче, но ненамного.
Тем временем пилот, ловко ступая по скользкой спине ящера, подошел с друзьям.
– Мингара, – улыбнулся шакмар, когда Всадница подняла забрало шлема, – Вот уж не ожидал. Так вовремя...
– Это не случайность, – сказал девушка, помогая Ростиславу подняться, – Я давно следую за вами в стратосфере, и когда ваш корабль поразила молния Аргаррона, решила, что пора вмешаться. Как вы?
– Все хорошо, – шакмар встал, но, поскользнувшись, неуклюже сел на хвост, – Проклятье!
– Сейчас помогу, – Мингара направила Избранника по направлению к открытой двери кабины, потом помогла шакмару пройти туда же.
Внутри было несколько диванов, что навевало мысль о том, что на тригге могли с комфортом лететь десятки существ, в центре стоял большой шар Голоса Неба, а вдоль одной из стен протянулся стеллаж с оружием. Весь пол покрывал красивый ковер, на котором преобладали красные и оранжевые оттенки, сплетающиеся в замысловатый узор. Стены прикрывали гобелены, изображающие летящих тригг и Всадников на них..
Возле каждой пары поводьев стояло по Всаднику в черно-зеленой форме, которые даже не обернулись на вошедших, на второй ярус кабины вели три лестницы, явно к орудийным турелям и главной пушке, ствол которой торчал как раз между голов ящера.
– Здравствуйте, – сказал Ростислав, успевший более-менее отдышаться, – Я Ростислав... Избранник.
– Я уж поняла, – улыбнулась девушка, – Мое имя Мингара, я Всадница. Волею судеб – знакомая Г’рэга и посланница в Радужном Городе от моего народа.
– Если ты посланница в Радужном, то что делаешь здесь? – спросил Г’рэг, присаживаясь на пол возле дивана. Видимо, на мебели шакмару было неудобно – его строение тела все же несколько отличалось от гуманоидного.
– Ночью перед вашим отлетом ко мне подошел старый квостр, судя по посоху, маг, и попросил прикрыть вас. Я тогда только что вернулась от Лоарина, который пообещал нам помощь в урегулировании конфликта с коргуллами...
– Что? – Ростислав надеялся, что ему послышалось. Даже мысль о перестраховавшемся Ломдар-Каюне отошла на второй план, – Коргуллы воюют с вами?
– Да, они недавно налетели на наши острова, как черная туча. Всем будто факел под хвост засунули – так взбесились. Режут всех без разбора, яйца животных бьют, два города спалить успели, прежде чем мы успели среагировать. Теперь война идет вовсю...
– То есть Всадники не смогут помочь квострам? – спросил Г’рэг.
– Мы бы рады, – Мингара вздохнула, – Но мы не можем сейчас оставить острова без защиты. Если бы коргуллы не нарушили пакт о ненападении – пожалуйста. А так не можем.
– Я понимаю, – кивнул Ростислав, – Не подумай, уважаемая, что я в претензии.
– Чую, тут не обошлось без Аргаррона, – сказал Г’рэг, стукнув кулаком по полу, – У коргуллов не было ни малейшего повода нападать на Всадников вот так, воюя на уничтожение. Они, безусловно, разбойники и пираты, каких мало, но никогда не стали бы жечь то, с чего имеют лишний кусок мяса... образно выражаясь, конечно.
– Согласен, – сказал Ростислав, – Самый напрашивающийся вывод. Только ему выгодны распри между расами Каенора, чтобы по отдельности всех перебить. «Разделяй и властвуй», как сказал один из полководцев моего мира.
– Но он же не мог воздействовать сразу на целый народ коргуллов, внушив всем такую дикую ненависть к Всадникам! – возразила Мингара, – Чтобы посеять такую жажду крови в такие сжатые сроки, надо либо иметь в подчинении демона Вражды, либо разместить Семя Хаоса на острове коргуллов...
– Что посеять? – переспросил Ростислав, – Можешь пояснить? А то я этого еще не изучил.
– Я скажу, – сказал Г’рэг, – Семя Хаоса – это кристалл, в котором заключена некая сущность стихии Хаоса. Так вот, оставленное где-нибудь, скажем, в городе, Семя Хаоса начинает воздействовать на умы разумных в неком радиусе...
– В каком? – перебил Ростислав.
– Это зависит от размера Семени и от силы заключенной в ней сущности... Так вот, Семя воздействует на умы, разрушая всякое проявление Порядка. Проще говоря, все кругом постепенно начинают сходить с ума.
– Понятно, – Ростислав вздохнул, – У нас нет времени лететь к коргуллам и искать это Семя...
– Верно, – Мингара кивнула, – Лоарин сам отправился за ним, прихватив два квода ворожей и отряд рыцарей.
– Лоарин сам полетел? – спросили Ростислав и Г’рэг хором, потом переглянулись. Раз Лоарин покинул Радужный Город, значит, дело действительно серьезное.
– Куда летим? – спросил один из рулевых, не оборачиваясь.
– Вы куда летели, мальчики? – спросила Мингара, повернувшись к друзьям.
– На Горнагар, – сказал Ростислав, – но я сам долечу.
– Знакомая песня, – сказал Г’рэг, – Чем в прошлый раз закончилась твоя самодеятельность? Чуть не убили.
– Я тогда был не тот, что теперь, – обиделся Ростислав.
– Так и Аргаррон тебе не Деймос, – парировал Г’рэг, потом обратился к Мингаре, – Если хочешь помочь, летим к Горнагару.
– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – Мингара повернулась к ожидающему команды рулевому. – Курс на Горнагар! Поднимаемся.
– Да, капитан.
Пилоты синхронно дотронулись до своих талисманов управления, и тригга ответила глухим рыком, от которого задрожал пол под ногами.
Ростислав сел на диван и спросил:
– Если тригга такого размера, то каковы же драконы?
– О драконах рассказывают разное, – Мингара села рядом и положила руку на плечо сидящему у их ног шакмару. Голова Г’рэга, несмотря на то что сидел на полу, сейчас сравнялся ростом с сидящими Мингарой и Ростиславом.
– А что, они больше, чем тригга?
– Нет, – Мингара покачала головой, – Пожалуй, нет. Они меньше тригги, но гораздо больше лурпо. Но ни одна тригга никогда не справится с драконом.
– Почему?
– Потому что драконы – маги. Причем одни из самых сильных.
– Хотел бы я посмотреть, – юноша вздохнул.
– Пути Ауррина неисповедимы, – сказала Мингара, улыбнувшись. – Может, еще доведется, особенно в свете происходящих событий...
Тригга активнее заработала тяжелыми крыльями и стала подниматься. Обе головы открыли пасти, в каждой из которых спокойно уместился бы микроавтобус, и задрали морды. Тригга отводила излишки тепла, вырабатываемые при подъеме. Вскоре она уже неслась в темноте высотного неба по направлению к Горнагару...
* * *
Лия уже легла спать, когда дверь открылась, и вошла Офелия. Лия вздрогнула, когда почувствовала на себе чары суккуба, пробуждающие желание. Но, видимо, демонесса не имела намерения соблазнить ворожею, и хотела чего-то другого, так как села рядом с кроватью, прикрыв обнаженное тело крыльями.
– Ворожея, – позвала она, – Спишь?
– Нет, – сказала Лия, не открывая глаз и продолжая лежать на спине, – Что ты хочешь?
– Поговорить, – Офелия тряхнула головой, убирая волосы от лица, – Насчет тебя и Асмургаррона.
– Это тот, который в хитине? – уточнила Лия и приподнялась на локте, открыв глаза, – А что с ним не так? И причем тут я?
– Причем ты? – демонесса издала шипящий звук, – Ты ему нравишься! Он хочет тебя!
Лия снова вздрогнула, на этот раз от страха. Мысль о том, что ее будет домогаться кошмарного вида демон, пугала до дрожи в руках. Она посмотрела демонессе в глаза.
– Что ты хочешь от меня?..
– Хочу, чтобы ты улетела, – сказала Офелия, – Я помогу тебе, только убирайся.
– С радостью, – сказала Лия, – Но зачем тебе это?
Офелия проигнорировала вопрос:
– Дай твои руки... и повернись потом, чтобы я могла освободить твои крылья.
Лия удивилась, но протянула вперед скованные запястья. От прикосновения демонессы кандалы упали на постель, ту же операцию Офелия проделала и с крыльями. Лия облегченно вздохнула, когда почувствовала внутри себя привычный огонек волшебной искры.
– Спасибо, – сказала ворожея, встав с кровати, – Прими мою благодарность.
– Я это делаю не ради тебя, белокрылая, – суккуб оскалила острые зубы, – Только ради себя.
– Все равно спасибо, – Лия быстро оделась и подошла к раскрытому окну. Решетка без труда поддалась раскаленному лучу Истинного Света, за минуту перерезавшему достаточное количество прутьев, чтобы такая стройная девушка, как Лия, могла пролезть.
– Прощай, демонесса, – сказала Лия, выбираясь в окно, – Может, еще увидимся.
– Лучше бы тебе не дожить до этого момента! – огрызнулась Офелия, отводя взгляд.
Лия, выбравшись из окна, спрыгнула в ночь, расправив белоснежные крылья. Ее руки засветились, когда она произнесла заклинание, потянувшись к Небесной тропе. Та отозвалась неохотно и тяжело – ворожея была вне квода, кроме того, близко были источники Темной магии.
Тем не менее, Лия вскоре почувствовала, как ее словно подхватили ласковые теплые ладони и понесли вперед. Ворожея прикрыла глаза и раскинула руки, укрепляя связь с волшебной дорогой, после чего отдалась во власть потока света, который уносил ее все дальше от Горнагара, прочь от архидемона и его прислужников...
Офелия проводила улетающую Лию взглядом, после чего повернулась, чтобы уйти. Неожиданно последовал удар, от которого она едва не свалилась с ног.
– Дура! – рявкнул незаметно вошедший Аргаррон, – Ревнивая похотливая сучка!
Он еще раз ударил Офелию, потом, когда она все же упала на пол, пнул ногой. Демонесса сжалась в комок, прикрывшись крыльями.
Но Аргаррон не стал больше ее бить. Он посмотрел на потолок и воскликнул:
– Ну почему?! Почему единственным нормальным помощником мог быть лорд Деймос? Почему мне всегда достаются одни идиоты?!
Он бросил завывать и повернулся к Офелии:
– Зачем ты ее выпустила? Ты хоть представляешь, сколько времени мне понадобилось, чтобы выловить ее? Думаешь, я держал ее здесь потому, что мне понравилась ее фигура? Или потому что мне тебя мало?
Суккуб не ответила, испуганно глядя на гневного архидемона, и тот продолжил:
– Сколько сил было потрачено впустую!.. Проклятье, мне следует отправить тебя обратно в Пандемониум, да и Асмура заодно... А взамен вызвать двух рядовых бесов и наречь именами – все будет больше толка, чем от вас!
Офелия всхлипнула. Слова Аргаррона сильно задели ее, и в том, что заменяло душу, шевельнулась обида.
– Тебе наплевать на меня? – робко спросила она.
– Нет! И в этом проблема, – Аргаррон вздохнул и рывком поставил суккуба на ноги, – Если бы ты была мне безразлична, я бы прямо сейчас отправил бы тебя обратно в Преисподнюю. Все будто сговорились против меня: ни от кого не добиться нужной отдачи, разве что от Императора, но он всего лишь смертный...
Аргаррон неожиданно умолк и задумался.
– Смертный... – проговорил он, потом улыбнулся, – Это идея! Надо исправить недостаток Императора гарров!
С этими словами он резко повернулся и быстрым шагом вышел прочь, оставив Офелию в недоумении. Демонесса еще немного побыла в комнате ворожеи, погрузившись в раздумья. Ей было в новинку что-то обдумывать в своих планах самостоятельно, но выбора не было. Сейчас слишком глупо было бы упустить собственное счастье, возможность стать спутницей бога-претендента ради моментного наслаждения. Аргаррона нельзя гневить, но если он увлечется смертной, это может пустить прахом все начинания. Так что дело того стоило: архидемон хоть и рассердился, но не стал принимать радикальных наказаний, зато ворожея больше никому не мозолит глаза.
Офелия задумалась, не было бы проще убить ее, но потом отбросила эту мыль: во-первых, было уже поздно, а, во-вторых, сочинить убедительное оправдание у Офелии не хватило бы воображения.
А Асмургаррон же тут вообще не берется в расчет: как только нужда в нем отпадет, Аргаррон от него избавится, и это понимают все трое.
Обновлено: 16.02.2026