Сюй Синьдо оценила предложение, приподняла руку, налила чашку чая и подала её Шао Цинхэ.
— Как тебе мои навыки наливания? Ничего ведь не пролилось? — уточнила она.
Шао Цинхэ долго глядел на стоящую перед ним чашку.
— Ты серьёзно наполнила её до краёв? — наконец поднял он взгляд.
— А что такого? Чашка ведь такая маленькая, что из неё и чай-то не распробовать, если только не залить под самый край.
— Разве ты не знаешь, что полную чашку чая наливают, когда хотят обмануть?
Сюй Синьдо не знала правил чайной церемонии. За годы жизни в деревне она редко пила чай и обычно довольствовалась компотом из фиников и сахара, который ей варила бабушка Сюй. Когда же произошло переселение в тело Тун Яня, девушке вновь не удалось приобщиться к чаёвничеству, ведь как сам Тун Янь, так и его родные предпочитали кофе.
— Неужели это так важно? — вздохнула Сюй Синьдо, задумчиво рассматривая злополучную чашку.
В этот момент Шао Цинхэ заметил спину Тун Яня, мелькнувшую в дверном проёме, однако сообщать об этом новой знакомой он не стал.
— Ничего страшного, я тебя всему научу, — улыбнулся он.
— Не стоит. Начну с того, в чём я спец, а с остальными предметами разберусь позже, — отмахнулась Сюй Синьдо.
— Это в чём же? — заинтересовался Шао Цинхэ.
— В смешанных единоборствах, бразильском джиу-джитсу, тхэквондо, скейтбординге, мотоспорте… — завела она длинный список, с каждой новой позицией которого лицо Шао Цинхэ приобретало всё более шокированный вид.
— А ещё я играю на пианино и немного занимаюсь каллиграфией, — добавила Сюй Синьдо, заметив недоумение товарища.
— И всему этому учат в твоём селе? — изумился юноша.
— Ну… Каллиграфии и игре на пианино меня научили одноклассники, к тому же, музыка у нас тоже была, — поспешно соврала умелица.
— Что ж, поверю на слово… — согласился Шао Цинхэ.
Осознав, что разговор зашёл не туда, Сюй Синьдо решила вернуть его в прежнее русло.
— Может, ему шарф подарить?
— На каждый день рождения он получает множество подарков, в том числе и шарфы на любой цвет и пошив, — разочаровал её Шао Цинхэ.
— Да? — сокрушённо вздохнула Сюй Синьдо и обхватила голову руками.
— И вот ещё что, некоторые девчонки покупают парный набор украшений, из которых одну половину дарят Му Цинъи, а другую оставляют себе. Му Цинъи знает об этом и такие подарки почти не носит.
— А если я подарю не украшения, а что-нибудь попроще?
— Не беспокойся о простоте подарка. Даже если подарить Му Цинъи обычные плечики для одежды, он, вероятнее всего, перестанет носить школьную форму, лишь бы найти применение новой вещице, — заверил Шао Цинхэ.
— Хорошо, спасибо. Я всё обдумаю, а после уроков загляну в торговый центр, — подытожила Сюй Синьдо и уже хотела встать и покинуть кабинет, как вдруг объявилась учительница, скромная и элегантная женщина немногим за тридцать, облачённая в ханьфу.
— У нас сегодня новая ученица? — спросила учительница.
— Она зашла к нам, чтобы узнать, как у нас идут занятия, — ответил Шао Цинхэ вместо Сюй Синьдо.
— Наши занятия – самый действенный способ формирования достойного характера. Здесь за чашечкой чая ты сможешь успокоить и тело, и разум. Если ты готова присоединиться к нам, присаживайся и начнём, — с гордостью проговорила учительница.
Пусть Сюй Синьдо и планировала уйти, она предположила, что такой поступок стал бы проявлением неуважения к учителю, и решила остаться.
— Вы здесь только наливаете чай и всё? — шепнула Сюй Синьдо Шао Цинхэ, возвратившись на место.
— Нет, мы его ещё и дегустируем. Учащиеся пробуют разные сорта чая и изучают их уникальные вкусовые особенности, а учитель рассказывает, как отличать один сорт от другого, — рассказал тот.
Сюй Синьдо понимала: урок выйдет своеобразный.
Обновлено: 02.02.2026