Шу Тун смотрела на небесно-голубую грелку и не знала, что сказать. Она думала, Чу Тяньгэ выходил поиграть в баскетбол, а он, оказывается, ходил покупать ей грелку. Раньше такой заботой наслаждалась только Тан Инсюэ!
Видя, что она застыла в оцепенении, Чу Тяньгэ просто сунул грелку ей в руки. Ощутив тепло, Шу Тун наконец очнулась.
一 Чу Тяньгэ, ты правда ходил специально за ней? 一 тихо спросила она.
一 Много будешь знать – скоро состаришься, 一 отмахнулся он. 一 Я ходил в туалет и нашел ее по дороге. Просто подобрал.
Шу Тун ткнула пальчиком в бирку, болтающуюся на боку изделия:
一 Но тут же этикетка… Как ты мог ее найти…
Пойманный с поличным, Чу Тяньгэ почувствовал, что его репутация невозмутимого лжеца рушится. Он выхватил грелку обратно, резким движением сорвал бирку, швырнул ее в мусорку и снова вложил тепло в руки Шу Тун.
一 Какая этикетка? 一 он сделал круглые глаза. 一 Не видел никакой этикетки. Пиши давай!
Глядя на его напускную суровость, Шу Тун мысленно улыбнулась. Поведение Чу Тяньгэ явно говорило о том, что он смущен.
一 Чу Тяньгэ, правда… спасибо тебе.
一 Да чего ты заладила? Если уж так хочешь кого-то благодарить, скажи спасибо тому растяпе, который ее потерял. К тому же… ты же знаешь, какие у нас отношения.
Он мягко улыбнулся.
Шу Тун, прижимая грелку, низко опустила голову и продолжила решать задачи. Ее личико озаряла счастливая улыбка. Тепло от грелки проникало в самое сердце. Даже если бы он подарил это Тан Инсюэ, Шу Тун сочла бы это нормальным. Но он принес ее ей.
Глядя на сияющую Шу Тун, Чу Тяньгэ почувствовал укол совести. Она так счастлива от такой мелочи…
…
После вечерней самоподготовки Чу Тяньгэ собрал книги и сразу вышел. Он понимал: если сейчас пойдет с Шу Тун на парковку, она умрет со стыда. Заставлять ее принять его прямо сейчас было бы слишком быстро. В таких делах спешка ни к чему. Как говорится, впереди еще много дней.
Увидев, что Чу Тяньгэ ушел, даже не взглянув на нее, Тан Инсюэ тоже покинула класс. Разочарование накрыло ее с головой, а чувство опасности стало почти невыносимым.
一 Инсюэ, за ужином я встретила У Юна из параллельного! 一 затараторила Цзян Нин. 一 Он уже слышал о вчерашнем. Поэтому сегодня вечером он хочет проводить тебя домой вместе со мной.
一 Думаю, не стоит… 一 начала было Тан Инсюэ.
У Юн был одним из ее поклонников. Семья у него владела заводом, так что он считался местным богатеем, но внешне сильно уступал Чу Тяньгэ. Тан Инсюэ никогда не рассматривала его как кандидата в провожатые.
Но вдруг ей пришла в голову мысль. Если У Юн проводит ее, и Чу Тяньгэ это увидит… Почувствует ли он угрозу? Возможно, после этого он больше не посмеет быть с ней таким холодным.
Тан Инсюэ почувствовала злорадное предвкушение.
一 Нин-Нин, решено! Сегодня вы вдвоем проводите меня.
一 Отлично, раз ты согласна, У Юн уже должен ждать у ворот. Давай собираться быстрее!
Тан Инсюэ кивнула, ускоряя движения. Ей нужно было встретиться с У Юном до того, как Чу Тяньгэ уйдет далеко. Она была уверена: стоит Чу Тяньгэ увидеть рядом с ней другого парня, как он сойдет с ума от ревности.
«Чу Тяньгэ, я заставлю тебя понять, – думала она. – …Не думай, что ты единственный. За мной бегает целая армия парней. Думаешь, если ты не провожаешь меня, то некому это сделать?»
…
Тем временем Шу Тун, сжимая подаренную грелку, шла к велосипедной парковке с рюкзаком за плечами. Вдруг из темноты раздался голос:
一 Шу Тун, ты не могла бы ходить побыстрее? Холодно же, не май месяц. Знаешь, сколько я тебя тут жду?
一 Чу… Чу Тяньгэ? Почему ты здесь? 一 Шу Тун резко подняла голову.
Он сидел прямо на ее велосипеде. В свете фонаря казалось, что его фигура окружена мягким сиянием. Чу Тяньгэ помахал рукой у нее перед лицом:
一 Чего застыла? Кати давай! Я провожу тебя домой.
Шу Тун ошеломленно кивнула. Она взялась за руль и пошла рядом с Чу Тяньгэ к выходу из школы. Только сейчас до нее дошло: вчера вечером он, кажется, говорил, что будет провожать ее каждый день… Она закусила губу, пряча в тени счастливую улыбку. Пусть она не знала, почему он вдруг стал так добр, но она дорожила каждым мгновением рядом с ним.
Когда они вышли за ворота, то сразу увидели Тан Инсюэ и Цзян Нин. Рядом с ними стоял парень. Память подсказала Чу Тяньгэ, что это У Юн, одноклассник Юй Тяня. Сын владельца завода, при деньгах.
В прошлой жизни, не считая самого Чу Тяньгэ, этот У Юн ухаживал за Тан Инсюэ активнее всех. Жаль, что прозрение пришло к нему слишком поздно. После того как Чу Тяньгэ сдался, У Юн стал лизоблюдом номер один. Говорили, что позже он даже зарегистрировал на Тан Инсюэ компанию, вбухав туда все деньги, заработанные отцом. Когда деньги кончились, Тан Инсюэ заблокировала его везде и ушла к другому папику.
Чу Тяньгэ не питал к этому парню ни капли симпатии. Он скользнул по нему взглядом и отвернулся. Лизоблюд, который не учится на ошибках, заслуживает быть обманутым.
Он посмотрел на Шу Тун:
一 Хочешь сегодня танхулу?
Он кивнул на лоток с засахаренными фруктами.
一 Не надо! Не трать деньги попусту, 一 запротестовала Шу Тун. 一 Я тебе еще за грелку не отдала…
一 Какие деньги? Я же сказал – я ее нашел! Платить не надо.
Взять деньги у Шу Тун? Ну уж нет. Вот если бы она расплатилась поцелуем, он бы не отказался.
Они уже собирались свернуть в переулок, когда У Юн преградил им путь.
一 Чу Тяньгэ, привет! Я слышал, ты вчера довел Тан Инсюэ до слез? Если ты мужик, то сейчас же извинись перед ней. Иначе пеняй на себя!
В свете уличных фонарей лицо У Юна сияло праведным гневом. Ему казалось, что в этот момент он выглядит невероятно круто. Он плохо спал прошлой ночью, и причиной тому были слезы Тан Инсюэ.
Обновлено: 19.02.2026