Сяо Чжэ проснулся и, толкнув дверь комнаты, собрался спуститься вниз за своими «сыновьями».
Проходя мимо тренировочной на втором этаже, он по привычке припугнул тех мелких сорванцов, которые целыми днями только и делали, что хихикали. Если не приложат усилий и не потеряют еще пару клоков волос, в будущем им придется питаться одной водой из кулера.
Он спустился на первый этаж.
В зоне отдыха и на привычных местах для «валяния трупом» никого не было. Он недоуменно протер глаза и услышал доносящийся из тренировочного зала стрекот клавиатур.
Подойдя ближе, он с облегчением увидел четверых, сидящих в ряд. На экранах был не PUBG и не Dota, а League of Legends.
На лице Сяо Чжэ появилась милостивая улыбка.
Стеклянная дверь открылась, и до него донесся голос Ми Цяо: — Да не паникуй ты, Юань Цзэ, ты уже начал понтоваться, так продолжай. У тебя хоть и нет пышной груди, зато есть стальные яйца.
— ...
Юань Цзэ струсил: — Нет, по моему ID сразу видно, что я парень, даже придурок не поверит. Брат Хань, давай ты.
Су Бохань даже глаз не поднял: — Чжичжи, он ко мне пристает.
Затем в наушниках смутно послышался женский голос.
— Повтори еще раз?
— Какого черта ты, саппорт, сидишь с нами в кустах? А ну брысь отсюда!
— Кого еще подставлять, если не тебя?!
Юань Цзэ съежился.
Это было сопрано настоящей дьяволицы, женщины на вершине пищевой цепочки. Ее голос властвовал над всем залом.
Сяо Чжэ подошел поближе, и его глаза буквально обожгло от счета Юань Цзэ.
Неудивительно, что сестрица Линь начала сомневаться в смысле жизни.
Когда прошла половина игры, к ребятам вернулось здравомыслие. Они перестали безумно вопить, послушно держались за Су Боханя, подставляли Юань Цзэ, украли Барона Нашор и прямым ходом разнесли мид, уничтожив кристалл.
Юань Цзэ, подбоченясь, неистово захохотал: — Эта игра проще простого!
Су Бохань: — ...
Линь Чжили: — Ты просто пустое место. Выметайся из пати, прямо сейчас.
Юань Цзэ закивал: — Да-да-да.
Он напрочь забыл, как секунду назад приторно и бесстыдно ворковал противнику: — Я — тот, кого называют шанхайским Ван Цзусянем.
Сяо Чжэ: — ...Не знаю, насколько вы круты в игре, но величие сестрицы Линь я оценил. Думаю, стоит рассмотреть вариант, чтобы она сидела рядом во время тренировок и материла вас для просветления мозгов. А то я, старый хрыч, для вас уже никакой угрозы не представляю.
...
Линь Чжили закрыла игру, размяла запястья и устало откинулась на спинку кресла.
У Су Боханя тоже стало тихо. Она отложила мышь и спросила: — Что будешь делать?
— Посплю, — ответил он. Суета с самого утра сбила его биологические часы, и теперь это ощущалось еще острее.
Слушая его, Линь Чжили тоже почувствовала сонливость. В комнате не горел свет, только на письменном столе светила лампа теплым желтым светом, а плотные шторы полностью преграждали путь вечерним сумеркам.
— Хань-Хань, — позвала она. — Я тоже хочу спать.
— Тогда давай спать вместе.
Линь Чжили взяла телефон, забралась на кровать и легла. Юйгао забрался следом, выгнул спину и прижался к ее лицу.
Линь Чжили: — Ты уже улегся?
— Хм, — глухо ответил он; послышался шорох — звук натягиваемого одеяла.
— Хорошо, — она погладила Юйгао по заднице. — Можешь начинать петь мне.
— ...
— Не хочешь? — Линь Чжили приподняла бровь и капризно добавила: — Ты же можешь записывать это для своих фанатов, а для меня, значит, нельзя...
Даже не видя ее, он мог представить в голове, как она надула губы с недовольным видом.
— Нет, — Су Бохань безоговорочно согласился на это тираническое условие убаюкивания, боясь, что она действительно разозлится. — Я спою.
Без колебаний он начал петь вполголоса на самом привычном кантонском диалекте. Его низкий голос обжигал ее ухо и, словно наждаком, проходился по самому сердцу:
«Почти наступило зимнее солнцестояние, а дожди все идут по утрам и вечерам.
Твоя прежняя стойкость теперь заставляет тебя сомневаться, сильно сомневаться.
В конце концов ты дождалась лишь этой сухой ветви...»
...
...
Линь Чжили закрыла глаза и тихо слушала.
Она не ожидала, что он выберет именно эту песню.
В те времена, через сорок пять минут после последнего школьного урока, по школьному радио начинали крутить музыку, и эта песня была самой частой. На самом деле мало кто обращал на нее внимание, большинство уже уходило домой, ее обычно слышали только приходящие ученики и те, кто занимался искусством, заканчивая ужин.
Он иногда оставался подождать ее, и со временем песня стала ему очень знакомой.
Линь Чжили перевернулась, поймала неугомонного Юйгао, легонько стукнула его тыльной стороной ладони по голове и прошептала ему: — Тише, слушай, как твой папа поет.
Весь мир затих.
Остался только его серьезный и ровный голос, словно теплый огонек свечи в темноте, светодиодная табличка на бесконечном шоссе, звезды на небе.
Холодный и одновременно согревающий.
*
Когда она снова проснулась, было уже девять вечера.
Мама Линь прислала ей сообщение в WeChat, сообщив, что уедет к бабушке на пару дней, чтобы побыть послушной невесткой.
Линь Чжили встала, приняла душ, в голове еще немного туманилось. После того как она зашла в мастерскую и заточила несколько карандашей, сознание прояснилось. Посвежевшая, она отправилась искать телефон, чтобы проведать своего парня на проводе.
Раздался звонок в дверь.
Линь Чжили в шлепках подошла к двери и приоткрыла ее. Это был курьер.
— Я ничего не заказывала, — напомнила она.
— ...Три часа назад господин Су позвонил и предупредил нас, — человек с улыбкой протянул изысканную деревянную коробку. — Наша чайная обычно не доставляет заказы на дом, это единственный случай, так что ошибки быть не может.
Линь Чжили: — ...
Вежливо приняв посылку, она закрыла дверь и написала ему в WeChat. Ответа долго не было, так что она решила, что он еще не проснулся.
Неужели он был так уверен, что она проснется именно в это время?
Линь Чжили открыла деревянную коробку, и оттуда понесся знакомый аромат десертов чайной семьи Су. Суп из акульих плавников в чаше, вонтоны с лапшой и двухслойное молоко с красной фасолью.
Она зачерпнула ложкой молочный десерт — сладкий и нежный, он приятно проскользнул в горло.
Она ела не спеша, и ее пустой желудок вместе с сердцем постепенно наполнялись.
Нельзя было отрицать, что он всегда очень хорошо о ней заботился. Если не считать его редких вспышек холодного нрава, в большинстве случаев он соответствовал своей внешности — был очень нежным человеком.
И к тому же любовником, который очень красиво поет.
В ее ушах все еще смутно отдавались слова песни, которую он пел.
«Увядшая нежность в самом конце вырастет вновь».
Линь Чжили подумала, что она, кажется, уже выросла.
*
MSI — это Mid-Season Invitational, который делится на предварительный этап, групповой этап, четвертьфиналы, полуфиналы и финал. По регламенту первые сеяные команды из четырех регионов — LPL, LCK (Корея), LCS (Европа) и LMS (Тайвань, Гонконг и Макао) — попадают напрямую в групповой этап.
Турнир проходил в Бразилии. Из-за разницы во времени в десять с лишним часов Линь Чжили решила остаться дома, спокойно поспать, а на следующий день посмотреть повторы.
Си Цяо: — А я-то думала, ты заведешь будильник и вскочишь как миленькая, чтобы караулить трансляцию на передовой.
Линь Чжили: — Разве плохо быть человеком, зачем мне становиться рыбой?
Си Цяо пожала плечами — мол, дело твое. Но не удержалась от напоминания этой гордой женщине: — Только сами соревнования продлятся больше полумесяца. Твой мужик там, на другом полушарии, неужели ты совсем не беспокоишься?
— Чем крупнее турнир, тем больше у некоторых возникают дурные мысли. На прошлом MSI нашему саппорту подсовывали не знаю сколько баб. Некоторые родственнички вообще не за людей считают — под видом фанаток занимаются обычным сводничеством.
— А ты как думала, они так просто находят себе приключения на одну ночь?
— Ну и что мне делать? Я же не могу караулить его у дверей каждый день.
Линь Чжили отложила кисть с красками, она не думала о таких вещах.
Но это не отменяло того факта, что она с самого начала и до конца хотела его увидеть.
Поэтому, когда Мастер Ду спросил ее, не хочет ли она поехать в США на конференцию по обмену опытом, она согласилась не раздумывая. Раньше Линь Чжили больше всего боялась общения с бородатыми иностранцами — три фразы и обязательно начнется спор.
Но теперь, когда появился идеальный повод для выезда за границу, Линь Чжили решила, что может на время придержать свой скверный характер.
Так что под насмешливое «ну-ну» от Си Цяо Линь Чжили без колебаний рванула в аэропорт, решив ради любви сначала заскочить в Бразилию, а потом уже улизнуть в США.
На это Мама Линь смотрела сквозь пальцы. Проведя несколько дней с Бабушкой Линь за чтением мантр, она стала смотреть на мир шире и оптимистично рассудила: по крайней мере, парень, которого нашла дочь, играет в одной команде с Линь Сэнем, так что в будущем можно будет увидеть всех сразу и никто не будет ссориться.
Линь Чжили подумала, что еще через пару дней мама, возможно, станет настолько просветленной, что даст добро на этот брак.
Линь Чжили сидела в аэропорту, ожидая посадки на самолет.
В чате WeChat последнее сообщение от него было полчаса назад о том, что он идет на тренировку. Она убрала телефон, решив пока его не тревожить.
Все равно этот дуралей за последние несколько дней уже успел с нетерпением поделиться с ней и номером отеля, где они остановятся, и адресом стадиона.
Так что проблем с поисками не возникнет.
В общей сложности полет с пересадками занял более двадцати семи часов. После смены рейса в Париже она наконец прибыла в Рио. По местному времени было начало девятого.
Линь Чжили совсем не чувствовала усталости, она была возбуждена и полна любопытства, словно школьница на экскурсии.
Она думала, что появится совершенно незаметно, даже придумала, как именно эффектно выйти — но не ожидала, что у нее есть парень с невероятно острым умом, который к тому же постоянно начеку, чтобы она не «сходила налево».
Едва Линь Чжили вышла из аэропорта, как раздался звонок от него.
— Чжичжи, чем занимаешься?
Линь Чжили замолчала, не успев прикинуть разницу во времени, и выпалила универсальный ответ, стараясь говорить максимально естественно: — Сплю, ты меня разбудил.
— Ты спишь уже целый день, — произнес Су Бохань без особых эмоций. — С тобой все в порядке?
— Да, — она немного занервничала. — Я не спала весь день, просыпалась порисовать, а когда устала — снова легла.
Су Бохань, слушая ее небрежные и полные дыр оправдания, понимал, что она далеко и он не может ее отчитать. Ему оставалось только сухо разоблачить ее: — Чжичжи, тогда не могла бы ты мне объяснить, почему у тебя дома показатель [Wechat Steps] взлетел так, что ты оказалась в тройке лидеров?
Обновлено: 02.02.2026