Половые отношения — это поворотная точка.
Ну, может это и слишком громко сказано, но можно сказать без сомнения, что это особое событие.
Девственник и девственница, наличие и отсутствие опыта, по всем этим словам можно понять, насколько особенный половой акт.
Но.
На практике... Половой акт не меняет мир.
Это важное событие, но он не приводит к перемене взглядов или драматическому изменению.
У меня не было опыта... И я наверное слишком превозносила его. Считала даже слишком особенным, боялась, что произойдёт деление на меня до и меня после... Но ничего такого не случилось.
Я осталась собой.
И он собой.
Ничего не поменялось.
Мы лишь подтвердили наши чувства через прикосновения.
Ну.
Вообще.
Если уж так говорить.
Слова о том, что ничего не поменялось... Они не верны.
На самом деле.
С той ночи наши отношения стали меняться.
Например... За завтраком.
— Фуа... Доброе утро.
— Доброе, Таккун. Я готовлю завтрак, подожди немного.
Я проснулась немного раньше и стала готовить завтрак, а он чуть позже вышел из спальни.
Поприветствовав друг друга, я посмотрела на жарившийся хлеб и яйца, но тут...
Жамк.
Таккун внезапно обнял меня со спины.
— Кья... Т-ты чего?
— Ну, увидел тебя со спины и не смог сдержаться, — смущенно и виновато сказал он, но обнимать не перестал. — Подумал, что ты и сегодня прекрасна.
— Б-блин... Ну что ты говоришь. Я готовлю, отцепись.
— Ещё немного.
— Нет. Не поспешишь, и мы опоздаем.
— ... Да, — пробурчал он и отпустил. Я продолжила готовить, но теперь уже мурлыкая.
Или же... После возвращения домой.
— Я дома...
— С возвращением, Аяко-сан.
— Таккун.
— Т-ты похоже устала.
— Да... Сегодня умаялась. Целых три совещания по поводу аниме было... — разуваясь, я стала жаловаться. — И правда устать успела, — тут мне в голову пришла идея, и я сладко заговорила. — Ах. Не могу больше. Сил совсем не осталось. Надо бы... Срочно подзарядиться.
— ... Ах, — поняв, о чём я, Таккун улыбнулся. — П-прошу.
Он развёл руки.
А я бросилась к нему на грудь. Меня окутали его тепло и запах, они накрыли усталость и напряжение.
— Хорошо поработала, — нежно похвалив, он стал гладить меня по голове. Я чувствовала, как нежна его большая рука, было так здорово, я испытывала просто нереальное счастье.
— Зарядилась?
— Зарядилась. Ещё как зарядилась.
Я тоже обняла его.
Даже минуты с моего возвращения не прошло, а мы уже пылко обнимались.
— Ах, как-то неловко, что я одна подзарядилась.
— Всё хорошо. Похоже система подзарядки двухсторонняя.
— Вот как. Отлично. Прямо вечный двигатель.
— Точно, вечный двигатель.
— Хи-хи-хи. Система мечты.
Мы совсем забылись и лишь болтали, обнимая друг друга.
Так мы и продолжали обниматься, болтая о всяких мелочах.
Или же... После ужина.
— Третья сверху в порядке убывания по площади префектура... А, какая же это?
Мы сидели на диване и смотрели викторину по телевизору.
— На первом месте точно Хоккайдо. На втором... Иватэ? Тогда на третьем...
— Вроде Фукусима?
— А? Фукусима настолько большая? Я думала Нагано... А. Всё же Фукусима! Ну ты даёшь, Таккун.
— А-ха-ха. С начальной школы не забыл.
— Ну да. Ты же в начальной школе десять лет назад учился. А я... Уже двадцать.
— А. Н-не падай духом!
— В-всё в порядке, я в норме. Отлично! В следующий раз не проиграю! Это... Что за строение изображено на купюре в две тысячи йен?
— На двух тысячах?.. Что же там было?
— Это я знаю! Замок Сюри!
— О, вроде правильно.
— Хи-хи-хи. Есть. Сколько воспоминаний. Купюра в две тысячи. Мне её мама дала на расходы, а я так и не потратила. А у тебя такое было, Таккун?
— Это... Прости. Я тогда ещё не родился.
— ... А. Вот как. Купюра в две тысячи йен была двадцать лет назад[1]... Нынешняя молодёжь к ней не прикасалась...
— А, только не падай духом.
То улыбаюсь, то грущу.
Испытывая эти два чувства, я весело проводила время.
Мы продолжали смотреть передачу... И тут.
Шух.
Таккун положил руку мне на плечо.
Сидя, он нежно приобнял меня.
— ... М.
Вначале я удивлённо посмотрела на него.
— В-всё же если начинаешь смотреть викторину, уже не остановишься.
Он продолжал смотреть в телевизор. Притворялся, будто ничего не случилось, но было видно, что Таккун слегка напряжён.
И я сама против не была.
— ... Т-точно.
Я положила голову ему на плечо.
— Т-такая увлекательная викторина.
— Д-да. Верно.
— Следующий вопрос... «Сегодня среда. Какой день будет после позавчерашнего вчера послезавтрашнего завтра?» А, да-да, точно. Если подумать как следует, можно понять.
— Да. Если спокойно подумать.
— Да, верно, если как следует подумать... А?
— Это...
— ... А-ха-ха. Д-довольно сложно.
— Что-то голова сейчас совсем не соображает...
Мы были так близко, что слышали сердцебиение друг друга, и неловко улыбались.
Сердце стучало как ненормальное, но в то же время я была умиротворена.
А ещё... Во время случайного засвета.
— ... Кья.
— Ва. П-прости.
Я собиралась уже войти в ванную, когда Таккун открыл дверь раздевалки.
Я уже сняла одежду и осталась в одном белье.
Дурацкая ситуация.
Как было раньше?
Я краснела и кричала, Таккун в спешке закрывал дверь, а потом сохранялась неловкость... Такое и правда выбивало из колеи.
В новелле бы по этому поводу даже иллюстрацию нарисовали.
Но...
— Блин... Будь внимательнее, — усмехнувшись, сказала я.
И без спешки, совершенно спокойно прикрыла грудь рукой.
— А-ха-ха. Прости, — он извинился и без спешки, слегка покраснев, не думал вылетать пулей из раздевалки.
Просто стоял.
Не собираясь уходить, смотрел на меня в белье.
— ...
— А? Ч-что такое?
— Нет, просто... Подумал, что тебе это бельё идёт.
— Что... Ну тебя, что ты говоришь вообще?
После похвалы я продолжала прикрываться, но уже не смущалась как раньше.
Скорее уж даже была рада этому.
— М. Н-ну, это ведь первое бельё, которое я купила, когда мы только начали жить вместе.
— ...
— Н-не то, чтобы я в это какой-то особенный смысл закладывала. Просто... На всякий случай подумала, вдруг пригодится.
— Тогда... Я должен как следует рассмотреть.
— А?!
— Раз оно новое, грубо, если я не посмотрю. Ага, именно так.
— Н-ну-ка погоди!.. Н-не надо... Конечно я была готова к тому, что ты его увидишь, когда покупала, и было бы грустно, если бы ты вообще его не увидел... Н-но пялиться не надо! Сейчас нельзя!
— Сейчас нельзя... А когда можно?
— Просто нельзя! Всё, на выход! Я в ванную иду.
Я выпроводила расстроившегося Таккуна из раздевалки.
Так забавно было сталкиваться.
То, что он увидел меня в белье, закончилось шутливым разговором.
В новелле по этому поводу точно нарисовали бы иллюстрацию, а у нас так всё обыденно, что и рисовать нечего.
Вот.
Ну.
Обычно как-то так.
В принципе всё неизменно, но кое-что поменялось.
И с той ночи... Мы сильно сблизились!
Прямо очень близки стали!
Прямо настоящие любовники!
Нет, ну... Я не говорю, что раньше у нас всё плохо было, мы и так влюблёнными были.
Просто мы стали влюблёнными в ещё большем смысле.
Будто раньше у нас всё как у школьников было... А теперь как у взрослых.
Мы чаще касались друг друга, и это стало вполне естественно.
Ах... Вот оно, счастье.
Я так счастлива.
Нормально ли вообще такое испытывать...
— ... Как бы сказать. Нам так хорошо вместе. А. Я не пытаюсь сказать, что раньше плохо было. Но мы скорее сдерживались по отношению друг к другу... Например когда обрывали разговор, надо было стараться и новую тему искать... А сейчас мы не переживаем! Закончили говорить, и ладно, можно просто молча сидеть и прижиматься друг к другу!.. Всё же можно друг друга и без слов понять! Чувства и через прикосновения отлично передаются... А. Но я не говорю, что слова вообще не нужны. Они важны... Таккун постоянно делает мне комплименты, говорит, что любит... И я каждый день счастлива быть любимой... А-ха-ха, как-то даже неловко. Что думаете, Оиномори-сан?
— ... Эх, блин.
Конец недели, вечер...
Оиномори-сан повела меня выпить.
Мы находились в отдельной комнате заведения, куда уже приходили.
После выпивки у меня развязался язык, а вот она оставалась совершенно спокойна.
— Что такое, Оиномори-сан? Вы не в духе?
— ... Да нет.
— Вы ведь сами меня позвали. Говорили, что расспросите обо всём. Я собралась и рассказываю тут обо всём.
— ... Ну так рассказывай как есть, — выпив японское саке, выдала она. — Слишком много слащавых речей!
— Что?..
— Да, это я тебя позвала... Но я не думала, что ты столько описывать всё в розовых тонах будешь. Хи-хи-хи... Вот же странно. Меня от алкоголя лет десять не тошнило, а сейчас изжога мучает даже.
— В розовых тонах?.. Я просто рассказываю, как чудесно я провожу дни с Таккуном.
— И как ещё это можно называть?! — выпалила Оиномори-сан. — ... Хи. Хи-хи-хи... Да уж. Даже не знаю, что и думать. Вроде рада, что у вас всё отлично... Но в то же время глубоко в душе не могу искренне за вас радоваться, — иронично усмехнувшись, со вздохом продолжила она. — Я хотела, чтобы у вас всё было хорошо. Для этого-то я помогала и поддерживала. Но когда увидела тебя такой счастливой... Ну не интересно это!
— Ну-ка погодите!
Вот же сказала!
Не интересно ей!
— Вы всё на месте топтались и не могли шага вперёд сделать, и тут перешли на следующий этап. И это скучно. Я хотела... Больше всяких ссор и неловких моментов увидеть.
— Это уже вообще жестоко...
— Эх. Всё же мне веселее всего было со стороны наблюдать и издеваться. Ну нравилось мне забавляться, когда у вас в очередной раз что-то случалось. Было весело смотреть на тебя свысока и давать советы девушке, которая в любви не разбирается...
— ... Вам не кажется, что это слишком?
— Катсураги-кун, если всё идёт хорошо, значит на носу следующая проблема. Ведь так уже было? Прежде чем всё испортилось, у вас что-то пошло вперёд?
— Не каркайте пожалуйста! — ответила ей я.
А она снова отпила.
— Ну, оставим шутки, — перевела тему женщина.
... Это точно шутка была?
Звучало так, будто она серьёзно.
— Главное, что у вас в совместной жизни всё хорошо.
— ... Вы правда так думаете?
— Правда, правда, — усмехнулась она. — Прости. Просто позавидовала, увидев тебя такой счастливой, вот и наговорила гадостей. У меня в последнее время... Головняка хватает.
— А?..
— Нет, ничего. Это я о своём, — отмахнулась женщина от темы.
Необычно. На миг она будто измученной и какой-то хрупкой показалась, что на Оиномори-сан не похоже.
На работе она с любой проблемой справиться может, даже когда всё плохо, будет улыбаться, именно такую Оиномори Юмеми я и знаю.
Но что-то явно случилось.
Чего же она такая подавленная?..
— Так.
Пока я думала, принесли новую порцию выпивки, и женщина снова сменила тему:
— Уже поздний вечер. И пора бы нам поддать газку в нашем разговоре.
— А? В каком это смысле?
— Очевидно же. Рассказывай всё подробнее.
— Я и рассказала. А вы сказали, что я с розовыми тонами перегибаю.
— Нет, это я и правда слышала. Вы перешли на следующий этап и теперь каждый день наполнен счастьем, об этом с уже наслушалась. Все эти сопливые истории уже не интересны... Я про другой новый шаг узнать хочу.
— Другой новый шаг? — я вопросительно склонила голову, а женщина нагнулась вперёд и спросила:
— Я вот о чём... Как именно проходит твоя ночная жизнь с Атерадзавой-куном?
— Что?!
— Очень уж интересно. Вы ведь неопытные, вот и хочется узнать, каково было черту пересечь.
— Ч-что вы говорите, блин?! Не буду я это описывать! Это уже сексуальное домогательство!
— Я же не как начальница, а как подруга спрашиваю.
— Взрослые в личную жизнь не лезут...
— Ну ты чего? Женщины за тридцать собрались за выпивкой, о чем им ещё говорить, как не о сексе с парнями и мужьями?
Правда?!
Взрослые женщины именно это и делают?!
Все об этом говорят?!
— Ну так что? Как там Атерадзава-кун? М? Смог тебя удовлетворить?
— Что... Ну вас... Прекратите. Я же говорила. Не хочу я о таком разговаривать.
— Ну не говори так.
— Нет — значит нет.
Вот вечно она так.
К тому же в данном случае это не только моя личная жизнь, но и Таккуна, потому я должна знать рамки.
— Хм... — я отказывалась, а Оиномори-сан хмыкнула. — Не хочешь, ну и ладно. Не силком же выпытывать. Буду и дальше дознаваться, это и правда в домогательство превратится.
— В-вот именно.
У меня от сердца отлегло.
— К тому же... Там ведь и спрашивать не о чем особо, — издевательски сказала женщина. — Вы же оба такие серьёзные. Всё самым обычным образом. Ничего, заслуживающего дополнительных вопросов.
— ...
— Всё миленько как в манге для девочек. Всё чистое и невинное с цветочками на фоне.
— ...
— Эх, вот ведь. Неправа я была. Некрасиво с моей стороны про вашу ночную жизнь спрашивать. Угу, оно ведь и не важно. Сексом все по-своему занимаются. У кого-то он посредственный и самый обычный, и им вполне хватает. И показывать это другим не хочется. У вас же нет опыта, что-то там получилось, уже счастье. Да, ты уж прости, не права была. Больше взрослые разговоры вести не буду.
— ... Х-хватит издеваться, — вытянулась и закричала я.
Я была зла. Скорее всего из-за алкоголя кровь ударила в голову.
— Вы ничего не знаете и уже тут решаете!.. Так вот знайте: у нас взрослый секс! Такое в манге для девочек запрещено, контент от восемнадцати и старше!
— Хо.
— Вначале мы конечно притирались... Но после нескольких раз стали лучше! Ничего у нас посредственного... Уже своя перчинка есть!
— Хо-хо.
— Таккун... Он вначале немного облажался, но сейчас просто потрясающий! Серьёзный?.. Он скорее животное. Молодость так и хлещет... Н-но он не только неистовый, но и нежный, когда это надо, и чуткий... Так что мне самой всё больше это нравится...
— Хм.
— Я-я конечно тоже стараюсь... Да, стараюсь! Как следует... Ублажаю его. Сама учусь и ему показываю...
— Хм. Правда?
— П-правда! Вчера Таккун попросил грудью...
— Угу, угу, грудью?
— Г-грудью, ну это... М?!
Тут... Я наконец поняла, что меня провели.
Вот блин!
Меня обставили!
Она вытянула из меня всё.
— Угу, понятно, похоже у вас пылкие ночи. Рада, что узнала в подробностях.
— У, у-у-у!
— А-ха-ха-ха. Какая же ты милая, Катсураги-кун.
Я мучилась от стыда, а она весело рассмеялась и выпила саке. Моя глупость пошла у неё на закуску.
— ... Жестоко. Мерзко. Оиномори-сан, вы отвратительны.
— Хи-хи. Прости. Больше не буду, — раскаяния в голосе не ощущалось.
Ясно, что потом опять издеваться будет.
Уж я-то знаю.
— Эх. Завидую я тебе. А у меня с мужчинами голяк. Вот бы где хороший мужик завалялся... — со вздохом сказала она. — Может взять с тебя пример и пойти охотиться на двадцатилетнего мальчика.
— Прекратите. В вашем возрасте охотиться на двадцатилетнего парня уже преступлением попахивает.
— А ты ведь изменилась. Раньше считала разницу в десять лет огромной.
— В-возможно... Но нам можно. Мы преодолели возрастную разницу... И-и любим друг друга...
Ува, какую срамоту я говорю.
Хватит.
Пора на сегодня закругляться.
Что бы ни пыталась сказать, одна стыдоба выходит.
— Хи-хи-хи. Ясно. Вас свела сама судьба. Буду молиться, чтобы вы всегда были счастливы, — пожелала она. — Ну и по ночам пусть вам весело будет, — продолжила женщина. — Хотя если у вас это будет каждую ночь, ты же так и на работу ходить не сможешь.
— М-могли бы и не говорить, сама понимаю.
— Вот как? Просто ты в последние дни выглядишь так, будто у тебя всё болит.
— У...
Прямо по больному месту.
Ну да.
На следующий день после той ночи... У меня все мышцы болели.
Печально, забросила я свои мышцы.
Сразу вспомнила, что спорта в моей жизни не хватает.
Нет, ну. Это ведь то самое.
Попробовав, я поняла... Ночью — это тоже спорт.
Теперь мышцы по всему телу болят.
— Катсураги-кун, тебе стоит больше двигаться. И ради Атерадзавы-куна тоже.
— З-знаю. Я и сама об этом думала. Заниматься ради поддержания физической формы.
Ну, думать — думала, но до дела так и не дошло.
Запланировала диету на время командировки, типа: «Отлично, превращусь в красотку за то время, пока не смогу видеться с Таккуном». А в итоге мы вместе жить начали.
Эх.
Переехала бы одна, села бы на диету.
И через три месяца стала стройной.
— Нет, я не о том, — заговорила Оиномори-сан. — Конечно спорт важен для поддержания формы и здоровья... Но если женщина будет натренирована, это принесёт много плюсов для пары.
— Плюсов? — я вопросительно склонила голову, а женщина приблизилась и стала шептать.
А? Это шептать надо?
Мы и так в частной комнате, никто слышать не должен, так чего теперь-то?.. Удивлённо я думала об этом, но.
— ... М?!
То, что услышала, шокировало меня.
Я получила информацию, которую стоит шёпотом даже в отдельной комнате бара произносить.
***За две недели совместной жизни ко многому успеваешь привыкнуть.
В хорошем смысле это утрачивает свежесть, и ты постепенно привыкаешь к совместному быту.
Например... После возвращения.
Вначале мы обязательно приветствовали друг друга.
Даже когда готовили и мыли ванную, останавливались и шли в коридор, чтобы сказать «с возвращением», и проходивший не спешил и дожидался.
Конечно это радует, это одно из событий, которые бывают у тех, кто вместе живёт.
Но... Прошло две недели, и мы прекратили это.
Не потому что устали или охладели... Просто поняли, что ни к чему заставлять себя делать это.
Думаю, это изменение не в худшую сторону.
Просто мы стали как семья, для нас естественно быть вместе... Хотя я наверное преувеличиваю. Про семью пока рано говорить.
— Я дома.
— А. Таккун, с возвращением.
На часах было около четырёх.
Я вернулся с интернатуры и услышал голос Аяко-сан из гостиной. Она не прибежала, и я не стал этого ждать, а принялся разуваться.
Сегодня Аяко-сан раньше вернулась.
Она встречалась с человеком, связанным с производством аниме, где-то вне офиса, а потом сразу же пошла домой.
— ... А? Аяко-сан, что ты делаешь?
Она была в непривычной одежде.
На ней был облегающий спортивный топ.
На лбу выступили капельки пота, а под попкой... Большой мяч для фитнеса.
Она сидела на серебристом шаре, разведя руки, и поддерживала баланс.
— Спортом занимаюсь.
— Спортом...
— На время командировки в Токио я много всего заготовила. В том числе спортивную одежду и мяч для фитнеса. Подумала, раз уж свободное время нашлось.
— Ого. Но почему так внезапно?
— ... Д-да просто так. Просто как-то решила, — точно оправдываясь, сказала она. — Понимаешь, я ведь уже не молодая... Мне полезно на диету сесть.
— Ты не слишком переживаешь? Я и так считаю тебя красоткой. Ни к чему заставлять себя и садиться на диету.
— ... Н-наверное. Но есть и другая причина...
— Причина?
— Н-нет, ничего! В общем! Спорт точно не помешает! Людям за тридцать спорт просто необходим, да! — решительно проговорила она.
Хм.
Ну, спорт никому не помешает.
Я лично вообще не переживаю, скорее уж ей даже стоит немного расслабиться, и тогда она станет ещё очаровательнее... А, нет, всё не так. С моими предпочтениями это не связано.
Ну в общем.
Если так подумать, Аяко-сан и правда мало двигается. На работе она в основном за столом сидит.
Как парень я только рад, что она спортом ради здоровья занимается.
— Если хочешь, можешь присоединиться.
— Хочу.
Причин отказываться не было, и я сразу же согласился.
Переодевшись в одежду, в которой удобно двигаться, я вернулся в гостиную.
— Что делать будем?
— Хм. Таккун, тоже попробуй это, — сказала она и села на мяч для фитнеса.
Девушка подняла ноги в воздух, развела руки и поддерживала равновесие.
— Хо, йо, у... Ах.
После пяти секунд она упала.
— Фух... Ну, как-то так. Что скажешь?
— А? Что скажу? — её самоуверенность меня озадачила.
— Неплохо ведь? Я около часа тренировалась и уже могу поддерживать баланс.
— ...
— Теперь твоя очередь. Вначале вряд ли нормально получится, но ты не переживать. Я объясню, что надо делать.
— ...
Молча я сел на мяч.
Поднял руки, развёл ноги и стал поддерживать равновесие.
Пять секунд, десять, двадцать.
Прошло уже тридцать секунд, но всё было отлично... Только на лице Аяко-сан появилось изумление вместе с досадой.
— А?.. П-почему у тебя так хорошо получается?!
— Ну, я подобным... Уже занимался.
— ... А, точно. Ты ведь дома много спортом занимался. Точно-точно. Иначе бы у тебя не получилось. Я поначалу тоже всё падала...
— Да нет, мать покупала, но я всего пару раз пробовал.
— ... В-вот как.
Аяко-сан совершенно точно упала духом.
— ... Ладно. Я поняла. У тридцатилетней женщины, которая ведёт сидячий образ жизни, и двадцатилетнего студента-спортсмена уровень подготовки совершенно разный. В этом же дело? Багаж за плечами у нас совершенно разный...
— Н-ну не обижайся, пожалуйста.
Так я и начал тренировки с Аяко-сан.
Но хоть я и сказал, что мы начали тренировку, спортивного снаряжения у нас не было. У Аяко-сан только этот шар для фитнеса и был.
Ну, ничего страшного.
Если это надо не для того, чтобы мышцы накачать, а просто чтобы начать двигаться, обычной тренировки вполне достаточно.
Первым делом... Тренировки для пресса.
— Начинаю.
— А...
— Фух. М.
— Погоди...
— М-м-м! Раз... Хха, хха, хха.
Аяко-сан легла на пол, положила руки за голову и стала поднимать верхнюю часть тела.
Приложила все силы и смогла подняться.
Верхняя часть тела оказалась полностью поднятой.
Э-это...
— Хха, хха. Неплохо, уже чувствую эффект.
— ... Это, Аяко-сан, — вмешался я.
Она после одного раза не слишком уставшая?.. Так и подмывало сказать, но я сдержался и указал на нечто более важное.
— Ты неправильно мышцы качаешь.
— ... А?
— Не надо полностью верхнюю часть тела поднимать.
— Не может быть... Но пресс ведь так качают?
— Ну да... Но если вот так поднимать тело, потом поясница болеть будет, так что не стоит.
— П-правда?!
— Правильно качать пресс... Надо вот так.
Я лёг на спину и поднял колени.
Убрав руки за голову, я стал приподнимать верхнюю часть тела.
Не полностью, а где-то наполовину.
Сделал подход.
— Вот как надо...
— Глядя на пупок, надо выдыхать и подниматься. Надо не об отдаче думать, а о нагрузке на мышцы, и делать всё аккуратно.
— Ого. Ничего себе, Таккун, ты столько всего знаешь.
— Ничего такого. В клубе рассказывали.
— ... Вот как. Такое в клубе рассказывают, — на лице Аяко-сан было непередаваемое выражение. — Ясно... Вот значит как. У меня так объясняли, а потом иначе стали.
— Ну, вроде как.
— Для нас это было нормой. Когда на улице шёл дождь, мы занимались в зале и качали пресс. Кто бы мог подумать, что это вредно для поясницы.
— ...
— Ничего не поделаешь, но обидно теперь как-то.
— Точно. А в твоё время не говорили, чтобы во время занятий вы воду не пили?
— ... Нет. В моё время наоборот говорили восстанавливать воду в организме. О том, чтобы не пить её стали говорить куда как позже, в эру Сёва... И я только родилась в эру Сёва, а жила в Хейсей...
— Да. П-прости.
Аяко-сан снова приуныла.
Неприятный разговор получился.
Далее... Приседания.
— Если занимаешься тренировками дома, обязательно надо делать приседания. Это легко, много места не требуется и эффект отличный.
Приседания называют королём тренировок для нижней части тела.
Мало того, что ноги тренируешь, так заодно ещё пресс и мышцы спины. Калорий тоже много сжигаешь, тренировка мышц или диета, если сомневаешься, делай приседания.
— Таккун, приседания тоже есть какой-то правильный способ делать?
— Их много, но правильнее всего не выставлять колени впереди носков.
— Колени...
— Если выставляешь колени, отрываешь пятки от пола, и потом колени могут начать болеть.
— А, понятно.
Я много всего объяснил, и Аяко-сан приступила к приседаниям.
— Точно... Ноги на ширине плеч, колени не выставлять далеко... Это предполагает, что надо назад зад выставить.
— Зад... В-вот так?
— Верно.
— К-как-то непристойно получается... Точно так надо?
— Точно. Так будет нагрузка на пресс и пятки от пола не оторвутся...
— А. А это непросто!..
Стараясь держаться прямо, Аяко-сан приседала.
При том, что она спортом не занималась, было и правда сложно.
Даже после первого раза уже ноги дрожали.
— Раз... Хха, тяжело.
— Постарайся. Надо сделать десять раз.
— Д-десять!.. Хи-и...
— Ну, я не заставляю.
— ... Нет. Я постараюсь, — полная решимости, сказала Аяко-сан. — Оиномори-сан сказала, что приседания наиболее эффективны.
— Оиномори-сан?
— А.
— Она дала совет по поводу того, как мышцы качать?
— Это... Д-да, точно, всё так!
— ...
— Н-ну, я буду стараться! Два!
Она неестественно ушла от темы и продолжила тренировку.
Было немного интересно... Но Аяко-сан слишком выставила попку и с криком упала, потому я выбросил эту мысль.
Потом... Танец с хлопками.
— Аяко-сан, как тебе это?
— Что, что?
Я показал ей видео на телефоне.
Там несколько танцоров плясали под музыку.
— Я попробовал найти тренировку для пар, и нашёл это.
— Ого.
— Ты про хлопки знаешь?
— А... Слышала.
Танец с хлопками.
Если просто, то ты махаешь руками и ногами, прыгаешь и скачешь.
Для новичков ничего сложного, к тому же можно сжечь много калорий, отличное упражнение в домашних условиях.
— А, получится ли у меня? Я ведь никогда не танцевала.
— Тут всё просто, думаю, получится.
— ... Тогда попробую.
Положив телефон на телевизор, я запустил видео.
Было много разных роликов, но я выбрал то, что попроще.
Мы начали подражать движениям танцора.
— М... Хха, хха.
В такт музыке мы прыгали и касались ног руками.
Вначале спереди, потому за спиной.
Далее махали руками и снова прыгали.
— Хха, хха. Если всё настолько просто, думаю, у меня получится, — тяжело дыша, Аяко-сан весело прыгала. — Хха, хха... Эх, всё же долго этим заниматься не выйдет...
Она прыгала и скакала.
— У... Н-надо стараться!..
Аяко-сан старалась прыгать... А я постепенно остановился.
Надо было смотреть на экран и двигаться вместе с танцором, но сейчас я смотрел только на Аяко-сан.
— А?.. Что такое, Таккун?
— ... Аяко-сан. Давай передохнём.
— Зачем? Ты устал?
— Не в этом дело, — сказал я.
При этом подавлял неловкость.
— П-просто твоя грудь...
— ... А?!
— Она раскачивается... И сложно на неё не смотреть.
Я сказал то, что обычно не рискнул бы.
Просто... Я уже чуть ли не слышал, как они раскачиваются.
Опасны.
Такие движения определённо опасны.
Конечно ничего не видно, но подобное должно иметь рейтинг от восемнадцати и старше.
Упражнения, во время которых надо двигаться вверх-вниз... Когда такое делает красотка вроде Аяко-сан, это становится невероятно тяжело.
— Н-нет... — смущённо она прикрыла грудь. — Прости, я не заметила.
— Да нет...
Извинения ни к чему.
Мне даже поблагодарить за такое хочется.
Правда сказать об этом я не могу.
— Я ведь спортивный лифчик надела... Но его одного недостаточно. Раз приходится интенсивно двигаться, надо замотаться в сараси.
— ... Непросто тебе.
— Точно. Всегда было тяжело спортом заниматься... Она тяжелая, и больно, когда она слишком раскачивается, — меланхолично заметила она. — Эх. Вот бы её кто-то держал, пока я занимаюсь.
— А?
— А?
И после этих слов мы переглянулись.
— Т-Таккун, ты чего такой серьёзный?..
— ... Раз ты просишь.
— Нет, нет! Всё не так! Это просто шутка была! Не надо держать!
— Но это ведь ради тебя.
— Нет, нет! Не надо...
Мы весело болтали, после чего продолжили.
В этот раз она замоталась сараси.
Было весело и грустно.
Так мы весело проводили вместе тренировку.
— Эх... Устала... — тяжело дыша, Аяко-сан вытерла пот полотенцем.
— Отлично поработала.
— Ага... А ты вроде в норме, Таккун.
— Ну, для меня это сложности не представляло.
— ... Вот что значит молодость.
— Не дуйся.
Я тут же попытался её поддержать. Дело вообще не в молодости, а в том, что я просто спортом занимался... Хотя сказать об этом не могу.
— Кстати, что сегодня с ужином?
— А... Что-то нет желания готовить.
— Тогда может сходим куда-нибудь?
— ... Куда-то идти тоже желания нет.
Похоже она довольно сильно устала.
— Точно... Закажем пиццу на дом?
— ... Уверена? Получится, что зря калории сожгли.
— В-всё нормально! Просто надо выбрать малокалорийную пиццу!
Так мы и определились с ужином.
По телефону мы заказали пиццу с морепродуктами. Сомневаюсь, что в ней мало калорий, но да ладно. В качестве напитка чай улун взяли, будем считать, компенсировали.
— Пока пиццу не привезли, надо переодеться.
— Точно... Но, Аяко-сан, — подумав, я спросил. — Почему ты так внезапно решила спортом заняться?
— ... А? Д-да без особой причины. Просто подумала... Я ведь уже говорила, что спортом заняться хочу.
— Говорила... Правда вообще не занималась.
— У...
— И когда я предлагал, ты соглашалась вначале, но в итоге не занималась.
— У-у...
— Ну, я ничего такого сказать не хочу. Спорт не повредит.
Я уже давно переживал, что Аяко-сан малоподвижный образ жизни ведёт.
Я не думал, что ей обязательно похудеть надо... Вообще не думал, но при том, что она в кабинете работает, ей стоило задуматься о спорте ради собственного здоровья.
Потому я рад, что она сама решила тренироваться.
Однако.
— Должна же быть причина, почему ты так внезапно решила.
Интересно, хочу узнать.
— А, а-а... Причина, — Аяко-сан начала переживать. — Я-я обязана сказать?
— Не обязана... А? Есть причина, почему ты не можешь это сделать?
— Д-да нет.
— Ты что-то про Оиномори-сан говорила, она тебе что-то сказала?
— ... Д-да, если так вопрос ставить, то сказала, — краснея, она начала переминать пальцы. — Оиномори-сан... Сказала, что стоит тренировать своё тело ради парня.
— Парня, меня?
— Ага... Если натренируюсь, ты обрадуешься?
— Я рад конечно... Но ведь не обязательно это ради меня делать. Я же уже говорил, что не считаю тебя толстой. Хотя ради здоровья спортом всё же стоит заниматься.
— А, я не о том... Конечно правильно спортом заниматься для поддержания фигуры и здоровья... Но Оиномори-сан другую цель назвала.
— Другую?
— Э-это… — снова стала тянуть она.
Даже мне неловко стало.
— Когда ты вот так замолкаешь, мне ещё интереснее становится.
— А... Т-ты хочешь знать?
— Да.
— Прямо точно?
— Точно.
— ... Смеяться не будешь?
— Скорее всего нет.
— ... И не возненавидишь?
— Скорее всего... Хватит уже, говори давай! Пока не услышу, всё равно не пойму.
— У-у... Х-хорошо, — она прикрыла красное лицо руками и тихо заговорила. — О-Оиномори-сан сказала... Что женщины... Должны тренировать мышцы нижней части тела...
Её голос был наполнен стыдом.
— ... Ч-чтобы крепче сжимать.
Вначале я не понял, о чём она вообще.
— Сжимать?.. А? Сжимать?
— ... Сжимать — то есть сжимать... Как есть, так и говорю.
— Это... А что сжимать?
— Ч-что?.. У-у, так ведь... Е-его...
— Его?..
Она пристыженно объясняла, а я ничего не понимал... Всё думал, думал... И наконец понял.
— ... А-а?!
В этом смысле?!
Его — в смысле его?!
И сжимать — в этом смысле сжимать?!
— Погоди, Аяко-сан... А-а... А-а-а-а?..
— Н-не бросай меня, Таккун!.. Блин!.. Потому я и не хотела говорить! — Аяко-сан была готова расплакаться.
Но я и правда удивился.
Неожиданной причина для тренировки мышц оказалась.
— Э-это Оиномори-сан сказала?
— Ага... Когда мы вместе выпивали.
— ... В-вот о чём вы болтали, понятно.
— В-всё не так! Это она завела тему. Что ещё за «понятно»?!
Я слышал, что женщины наедине о всяких непристойностях говорят... Хотя они ведь подвыпившие были.
Хм.
Правда если спокойно подумать, понять можно.
Ведь и правда... Такие тренировки могли стать частью разговора.
— ... Оиномори-сан сказала, что я порадую тебя, если натренируюсь... Скорее всего она отчасти шутила... Но я всё сильнее стала задумываться об этом.
Я выглядел поражённым, а Аяко-сан принялась оправдываться.
— У меня ведь нет опыта... Я в этом не разбираюсь. И понимаю, что со спортом не дружу... И если это порадует тебя, я решила, что стоит попробовать.
— Аяко-сан...
Эх, блин.
И чего я вообще застыл?
Жалкий.
Аяко-сан ничего такого не сделала.
Серьёзно. Совершенно серьёзно она думает обо мне.
Она такая же неопытная и переживает из-за того, что не знает, и вместе с тем пытается стать лучше.
Теперь неловко от того, что ей пришлось пройти через это, а ещё меня переполняет любовь.
Сердце билось как безумное... И я обнял девушку.
— А... Т-Таккун.
— ...
— П-постой, я ведь потная...
— Спасибо.
Мы оба были потными, но я не переживал и обнимал её.
— За то, что думаешь обо мне.
— Что ты... Меня не за что благодарить. Я сама что-то в очередной раз выдумала...
— Всё хорошо, — заговорил я.
Было стыдно, но я решительно сказал это.
— Там всё отлично... Аяко-сан.
— А?.. Отлично?..
— Отлично.
— ... Ты про то, как я сжимаю?..
— В-всё отлично.
Блин.
О чём мы вообще разговариваем?
— А... В-вот как... У меня там всё отлично.
— Да, блин. Всё отлично. Просто... Потрясающе.
— А... У меня там всё потрясающе...
— ...
— ...
— ...
— ... П-постой, Таккун. Твоё молчание пугает... Мне страшно, что ты меня молча обнимаешь.
— ...
— Приём.
— Да... Я не могу больше сдержаться.
Если спросить, о чём речь... Выключатель переключился.
Но тут ведь ничего не поделаешь?
Любимая девушка так думает обо мне... Ещё и на такие непристойные темы.
К тому же мы только что спортом занимались, она стала горячее, а вместе с потом выходили феромоны.
Разве хоть один мужчина сможет сдержаться в такой ситуации?
— П-погоди, Таккун! Ещё... Р-рано. Мы даже не ужинали.
— Но я уже не могу терпеть.
— Я всё потная... Даже в душ не ходила.
— ... Наоборот.
— Что ещё наоборот?!
— Нельзя?
— ... Н-нельзя... Просто ведь... А, блин, не смотри так...
Аяко-сан возражала, но не слишком уверенно.
Стоит ещё немного надавить.
— Т-точно, скоро пиццу привезут.
Эти слова заставили меня прийти в себя.
— ... А. А-а!..
Чёрт. Точно, мы же пиццу заказали.
Привезут минут через двадцать.
Ува... И зачем мы её вообще заказали, чёрт!..
— Эй. Успокойся, хорошо?
— ... Да.
Аяко-сан успокоила меня и сбежала из объятий.
Не способный стоять, а на месте завалился.
Непросто это, когда ты так возбуждён.
Но у нас ведь ещё двадцать минут есть... Стоило подумать об этом, и мне сделалось стыдно за себя.
Как-то неправильно думать только о себе и так быстро всё заканчивать.
Позор мне как мужчине.
... А, но, но ведь... Эх...
— Ладно, я в душ.
— ... Да.
— Если пиццу привезут, получи сам. Можешь взять из кошелька для расходов на проживание.
— ... Да.
— И-и не падай так духом...
Аяко-сан было не по себе, что я сижу, обхватив колени.
Однако.
— ... Блин.
Она поражённо вздохнула и присела рядом.
После чего прошептала.
— ... Я постараюсь вечером как следует.
Голос был тихий, но различимый.
— А?..
— В-всё! Я в душ!
Когда я поднял голову, Аяко-сан уже покинула гостиную.
— ...
Я лег на пол и посмотрел на потолок.
Меня переполняли чувства и слова попросту не шли, но.
— ... Ха-ха.
Я неожиданно рассмеялся от счастья.
Что это?
Не знаю, как это правильно выразить, но если попробовать кратко...
Жить вместе — это круто!
Только это я бы и мог сказать.
Примечания переводчика:
1. Вообще её выпустили в 2000 году, но купюр было относительно немного, и они не прижились. Не знаю, может быть сейчас их уже не встретить, скорее всего большую часть вывели из оборота, немного у коллекционеров осталось, но когда герой в школу пошёл, наверняка они ещё могли встречаться, а он сам родился по сути в 2000 или 2001 году, странно короче. Может автор персонажа с Момотой перепутал.
