Глава 10 — Том 1. Глава 10

10 глава. Семья (2). — ...Поэтому я здесь. Я заставила свой замёрзший язык пошевелиться. Блейк странно посмотрел на меня, но он, видимо, посчитал, что причина моей странности в том, что я только пришла в себя. — Ты, должно быть, очень сильно скучала по мне, раз приехала сюда, как только очнулась. — Госпожа Флоренс с прошлой ночи настаивала на поездке к семье. Она сказала, что после болезни все обычно испытывают желание увидеть своих родителей. Она попросила помочь ей собраться практически сразу же после того, как открыла глаза... — Ну, нет ничего роднее семьи. Флоренс, я рад, что ты приехала. За меня ответила Хелен, потому что я не могла найти слов. Я крепко вцепилась в одежду Блейка, который обнимал меня. Блейк опустил голову и с беспокойством посмотрел на меня. Его голубые глаза, полные беспокойства, были точь-в-точь как мои. Какое-то чувство поднялось в моей груди, и из глаз хлынули слёзы. Глаза Блейка расширились, и он крепче прижал меня к себе. — Почему ты плачешь, Флоренс? Моя младшая сестрёнка... — нежно сказал он, словно утешал ребёнка. — Б-брат... — Ты плачешь из-за болезни? Я знаю, тебе пришлось нелегко. Прости, что ничем не мог тебе помочь. — Всхлип... шмыг... Я не могла перестать плакать, но мне не хотелось, чтобы Блейк видел моё плачущее лицо, поэтому я ещё сильнее прижалась к его груди. Блейк продолжал успокаивать меня, похлопывая по плечам и спине, при этом не проявляя ни малейшего раздражения. Напротив, он, казалось, был рад, что я плачу у него на объятиях. Блейк поднял мою голову и обхватил обеими руками мои щёки. Моё заплаканное лицо, должно быть, выглядело ужасно, но его голубые глаза всё равно излучали теплоту, которую я никогда раньше не видела. — Отец тоже тебя ждёт. Ты что, собираешься встретится с ним с заплаканным лицом? — Ох, н-нет... — Тогда перестань плакать. О, Грейс тоже приедет. — Сестра? — Спустя десять дней ты, наконец, очнулась. Конечно, она приедет, чтобы увидеться с тобой. Как бы Грейс не была занята, нет ничего важнее семьи, не так ли? Нет ничего важнее семьи. Блейк всегда так говорил. Он очень дорожил отцом и сестрой. Пять лет назад к этому списку добавилась ещё и его младшая сестра Флоренс. Почему я плакала? Почему я плакала в его объятиях? Я вытерла слезы и оттолкнула Блейка. Он выглядел немного разочарованным, но довольно улыбнулся, увидев, что я перестала плакать. — Ну же, улыбнись, Флоренс. — ... — Мне становится спокойнее, когда я вижу твою улыбку. Я попыталась приподнять уголки губ. Я не была уверена, что сделала это так, как нужно, но Блейк мягко улыбнулся и сказал: — Твоя улыбка точь-в-точь как у мамы. Ты очень красивая, моя младшая сестрёнка. Ощущение было такое, будто на мою голову вылили ведро ледяной воды. — Грёбаная сучка, родилась после того, как убила свою мать. — Почему она всё ещё в этом доме? Выгоните её уже, наконец. — Если ты ещё раз появишься передо мной, я собственными руками изуродую твоё личико, поняла? Я вернулась в реальность. *** Отец ждал нас в гостиной. — Когда я сказал, что собираюсь встретить тебя, Блейк запротестовал и сказал, чтобы я предоставил это ему. — Я хотел увидеть её счастливое лицо, а ты встретил бы её, как глава дома. — Пытаешься заставить меня передать титул раньше? — Конечно, нет. Я хочу продолжать наслаждаться жизнью. Я доверяю своему отцу. — Негодник. Воспитывать сыновей бесполезно. Их игривый разговор создавал непринуждённую атмосферу. — Дочери лучше, не так ли? – спросил отец, посмотрев на меня в ожидании моего согласия. Я моргнула, не совсем уверенная в том, что он обратился ко мне. У меня голова шла кругом. Я не смогла скрыть своего замешательства, поэтому, улыбнувшись, просто сказала: — А-а, да. Отец обеспокоенно посмотрел на меня и цокнул языком. — Лайнус говорил, что ты не будешь страдать, если выйдешь за него. — Я... не страдала. — Ты болела более десяти дней — разве это не страдание? Я так боялся тебя потерять. — Отец... — Посмотри на это измождённое лицо, Блейк. Передай охранникам, чтобы не смели пускать сюда Лайнуса, если он придёт искать Флоренс, понял? — Предоставь это мне! Блейк энергично согласился. Отец нежно коснулся моей щеки. Его большая ладонь была чуть меньше, чем у Блейка, но гораздо теплее. Я наклонила голову и прижалась к его ладони, словно собака, трущаяся мордой о руку хозяина. — Ты стала вести себя странно с тех пор, как заболела, дочка. Он назвал меня дочерью. Мне снова захотелось плакать. — Отец, будь осторожен. Флоренс уже... — Брат! — Ладно, ладно. Однако я уверен, что он уже заметил твои красные глаза. Блейк лукаво подмигнул. Отец, который, казалось, знал всё, вытер мои слезы большим пальцем. Я опустила голову и уткнулась лицом в ладони. Отец обнял меня. Я впервые оказалась в его объятиях. Это было больно, но в то же время я испытала счастье. Быть любимой всей семьёй — именно об этом я мечтала всю жизнь. Я бы продала душу Дьяволу, чтобы стать частью этой семьи. «Я продала свою душу Дьяволу, поэтому он забрал моё тело на пять лет». Я подняла голову, чувствуя себя жалкой. В любом случае, моя семья даже не знала, что эти пять лет в моём теле была другая женщина. Если я продолжу жить так, как та женщина, притворяясь, что ничего не помню, разве я не смогу быть любимой? Если я просто притворюсь, что ничего не помню... Я вытерла слёзы и, подняв голову, встретила взгляд отца. Его тёплые карие глаза... Я бы сделала всё, что видеть их такими снова и снова. Рядом с ним я всегда становлюсь глупым ребёнком. Я хочу быть любимой и ничего с этим поделать не могу. Даже отпускать жизнь, которая не является моей, не хочу. — Ты только вчера пришла в себя, да? Отец вытер большим пальцем оставшиеся слезы. — Да... — Ты ещё не до конца выздоровела, Флоренс. — ... Он отвернулся и кивнул Хелен. — Сразу после того, как госпожа проснулась, её начало тошнить, и она не смогла нормально поесть. Она даже завтрак пропустила, – сказала Хелен. — Так и знал, Флоренс. Я подумала, что меня сейчас отругают, и опустила плечи. — Иди отдохни в своей комнате. Мы принесём тебе еду. Блейк, помоги ей. — Но, отец... — Нашу с Блейком еду тоже принесите в комнату Флоренс. Я онемела. Отец погладил меня по голове и сказал: — Я не могу оставить свою дочь одну после того, как она только пришла в себя. Думаю, мне будет спокойнее, если я своими глазами увижу, как ты поешь. Поешь с нами? — ... — Выздоравливай скорее, Флоренс. Я хочу вновь увидеть тебя счастливой и здоровой. В отличие от Блейка, который хотел увидеть улыбающееся лицо, мой отец хотел увидеть «счастливое и здоровое» лицо. Я чувствовала разницу. Я прикрыла рот рукой и кивнула. Его глаза тоже были на мокром месте. Возможно, если бы я встретилась с ними с ясным взглядом, то они сразу же заметили, что я другая. Но они всё ещё не заметили. Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: идёт перевод