Глава 33 — Глава 33: «Грош героя с ног валит»

Стоило мне это сказать, как Хуцзы вдруг вспомнил об этом нюансе и угрюмо произнес: — Не пойму, зачем Глава установил такое странное правило. Мы же в городе Яньбэй, здесь наверняка больше всего людей, которые ищут молодого господина. — Поживем – увидим, шанс всегда найдется, — ответил я совершенно спокойно. — Если полмесяца не будет заказов, то наши гроши, как ни экономь, подойдут к концу. Молодому господину надо что-то придумать, — с тревогой в голосе сказал дядя Ху. — Не волнуйся, я все контролирую. Дядя Ху посмотрел на меня странным взглядом, который ясно говорил: «Да какой там, к черту, контроль». Как бы ни было трудно, жить надо. Те восемьсот с лишним юаней, что у нас были, если тратить с умом только на еду и питье, должны были растянуться на полмесяца без проблем. Я надеялся, что за это время кто-нибудь все же найдет дорогу к нашему маленькому дворику. Чего я не ожидал, так это того, что в следующие два-три дня к нам действительно наведается несколько групп людей. Однако все они оказались местными жителями города Яньбэй. После того как Хуцзы выяснял детали, мы вежливо им отказывали. Приходил и тот человек по имени Чжан Юйчэн, причем дважды. Выглядел он очень взволнованным, но Хуцзы и его спровадил. Ничего не поделаешь, таково правило, оставленное наставником. Я обязан его соблюдать и не могу нарушить завет. Так прошло полмесяца, а я по-прежнему не «открылся». Случилось то, чего я боялся больше всего: деньги, оставленные наставником, были практически потрачены. На шестнадцатый день у нас с Хуцзы осталось ровно десять юаней. Когда наставник был рядом, я никогда не переживал о хлебе насущном, но теперь все изменилось. Я по-настоящему прочувствовал смысл поговорки: «Грош героя с ног валит». Я учился у наставника целых восемь лет, овладел мастерством, но страдал от того, что негде его применить. Перед уходом наставник наверняка распустил слухи, что я принимаю его дела, но приходили только местные из города Яньбэй, а для них я ничего сделать не мог. Наверное, это испытание, которое устроил мне учитель. Когда я услышал от дяди Ху, что осталось всего десять юаней, я сказал ему: — Дядя Ху, скажи честно, наставник ведь оставил тебе денег? Вы что, сговорились меня проверить? Хуцзы опешил: — Молодой господин, правда нет! Вы же видели, сколько денег дал Глава в самом начале, вот и все они. — А сам ты разве не припрятал какую-нибудь заначку? — Не унимался я. — Видит Бог, если я утаил хоть копейку, то пусть… — Стоп, не продолжай, — я прервал дядю Ху и тяжело вздохнул. Похоже, мы действительно дошли до ручки. Остался чирик. Я прямо сказал дяде Ху: — Пошли, поедим в ресторане. Хуцзы слегка ошалел: — Молодой господин, какой ресторан на десять юаней? Этого хватит только на одну миску лапши с зеленью, как мы вдвоем есть будем? — Спокойствие. Одну миску лапши разделим пополам. Дома ни риса, ни муки, ни масла, ты все равно ничего не приготовишь. Только общепит, — отрезал я. — Молодой господин, на десять юаней можно купить пампушек-мантоу. Без начинки, зато протянем еще пару дней, — предложил идею дядя Ху. — Завязывай. Ты за один присест съедаешь восемь пампушек, надолго этого не хватит. — И то верно, — кивнул дядя Ху и пошел со мной в маленькую забегаловку на улице. Мы заказали одну порцию лапши с зеленью. Глядя на принесенную лапшу, а затем на дядю Ху, у которого от голода глаза светились зеленым, я попросил у хозяина маленькую пиалу. Отложил себе немного зелени и лапши, а большую часть оставил дяде Ху. Аппетит у него был зверский, за один раз он съедал в два раза больше, чем мы с наставником вместе взятые. Те восемьсот юаней на жизнь по большей части проел именно дядя Ху. Дяде Ху стало неловко, и он подвинул большую миску обратно мне: — Молодой господин, у вас растущий организм, вам надо больше есть. Я не голоден. — Хватит, ешь ты. Я ем мало, в меня столько не влезет. — Все же лучше молодой господин пусть поест… Пока мы с дядей Ху играли в благородство, позади вдруг раздался ехидный голос: — Ой-ей, это же наш красавчик У Цзе? Заказали одну миску пустой лапши на двоих? Вам хватит? Я обернулся и обнаружил знакомое лицо. Это был мой одноклассник Ван Чжаоян. Рядом с ним стояла красивая девушка, тоже из нашего класса, по имени Ли На. К слову об этой Ли На: когда-то она за мной бегала, но я ее отверг. Не то чтобы она мне не нравилась – она действительно была хороша собой. Просто наставник держал меня в ежовых рукавицах. Пока я следовал за ним в обучении, мне категорически запрещалось заводить романы. Узнай он об этом – мне бы не поздоровилось. В то время, когда Ли На бегала за мной, Ван Чжаоян ухлестывал за ней. После моего отказа они сошлись. Поэтому Ван Чжаоян затаил на меня обиду, и при встрече вел себя именно так. Когда я родился, у меня было лицо, напоминающее лисье, а тело покрывала белая шерсть. Позже я перерос это, черты лица выправились, становясь все красивее, но приобрели некую женственность – что-то вроде нынешних «мальчиков-айдолов» из телевизора. На самом деле в старших классах за мной бегала не только Ли На, но и другие одноклассницы, некоторые даже не из нашего класса. И всем я отказал. Не потому, что я такой высокомерный и холодный, а потому что боялся получить по шее. Старик был тяжел на руку. — Ван Чжаоян, Ли На, давно не виделись, — я сохранил лицо и с улыбкой поздоровался с ними. — Мы же старые одноклассники. Ты живешь слишком уж убого, я просто смотреть на это не могу. Закажите еще пару блюд, я сейчас оплачу, — усмехнулся Ван Чжаоян, подозвал хозяина и, не терпя возражений, заказал на наш стол семь-восемь самых дорогих блюд в этом заведении. Дядя Ху позеленел, глядя на полный стол еды. Он понимал: Ван Чжаоян точно не станет платить за меня, он просто решил поиздеваться. Я бросил взгляд на дядю Ху, призывая к спокойствию. Сделав заказ для нас, Ван Чжаоян и Ли На сели за соседний столик, взяли себе пару блюд и принялись за еду. Ли На выглядела смущенной и во время еды то и дело украдкой поглядывала в мою сторону. Я делал вид, что не замечаю. Дядя Ху жевал эту еду как воск, переживая о том, как мы будем расплачиваться. А у меня уже был план, так что я ел и пил в свое удовольствие – сначала набьем животы, а там видно будет. Они быстро закончили трапезу. Ван Чжаоян подошел ко мне и с притворным сочувствием сказал: — Старина, давай я все-таки оплачу счет? Вижу, тебе совсем туго приходится. — Не нужно, иди. Я сам расплачусь, — ответил я. Потерять можно все, но не лицо. Эта капля гордости у меня еще осталась. Как и ожидалось, Ван Чжаоян предложил это лишь для вида. Он сказал: — Ну ладно, мы пошли… Договорив, Ван Чжаоян словно что-то вспомнил, обернулся и добавил: — Одноклассник, забыл сказать. Завтра в отеле «Яньбэй Гранд» я устраиваю банкет для нашего класса. Пришли результаты ЕГЭ, я поступил в престижный университет. Ты обязательно приходи.