В те годы развлечений было немного: рыбалка в реке, разорение птичьих гнезд да ловля кузнечиков в поле.
Это сейчас есть телефоны, компьютеры, телевизоры – сиди дома и развлекайся.
Рыбалка нам уже приелась, а птичьи гнезда в радиусе нескольких километров мы давно все обчистили – ловить там было нечего. Оставались только кузнечики.
В это время года они были жирными и крупными. Наловишь, нанижешь на прутик, зажаришь на костре – вкуснотища неимоверная.
Выбравшись за деревню, мы разделились и принялись ворошить траву палками.
У Сяо Пана в тот день, видимо, случилось расстройство желудка. Не успели мы толком начать, как он охнул, схватился за живот, сдернул штаны и присел в высокой траве. Раздались характерные звуки.
— Сяо Пан, вечно с тобой проблемы! Как наловишь кузнечиков, много не ешь, а то опять пронесет, — я оглянулся на него. До меня донеслась волна смрада, от которой закружилась голова. Что он такое ел? Вонь страшная. Я поспешил отойти подальше.
— Сяо Цзе, ты пока лови, я сейчас закончу и присоединюсь. Не боись, я наловлю не меньше твоего! — Пропыхтел Сяо Пан, втягивая воздух сквозь зубы.
И тут я заметил огромного кузнечика, который прыгнул прямо в сторону голой задницы Сяо Пана.
Клянусь, такого гиганта я в жизни не видел.
Кузнечик сделал мощный скачок и приземлился точно на анус Сяо Пана.
Сяо Пан ойкнул и дёрнулся, пытаясь увернуться. Я, забыв про вонь, подбежал ближе:
— Сяо Пан, замри! Там здоровенный кузнечик, зажми его, не дай уйти!
Услышав это, Сяо Пан напрягся, сжал ягодицы и действительно зафиксировал насекомое. Я обрадовался и уже потянулся, чтобы схватить добычу, как вдруг из травы выскочил здоровенный, боевой петух и рванул прямо к заднице Сяо Пана.
Оказалось, этот петух всё это время охотился за тем самым кузнечиком. Насекомое, спасаясь, сдуру сигануло на Сяо Пана.
Таких кур у нас называют «бродячими» – их почти не кормят, они сами ищут жуков и семена. Бойцы из них отменные, быстрые как молнии. Не то что кузнечика – мышь поймают не хуже кошки, а то и змею заклюют. Они и с собаками дерутся, а уж клюнуть человека для них – обычное дело. Кошмар любого деревенского ребенка.
Всё произошло мгновенно. Петух вылетел из травы и без колебаний долбанул клювом прямо в центр мишени – туда, где был зажат кузнечик. Схватив добычу, он тут же дал дёру и исчез в зарослях.
Дикий, истошный вопль Сяо Пана разорвал небеса. Слышно было, наверное, за десять верст.
Я застыл в ступоре, не зная, что делать.
Такого поворота я, черт возьми, не ожидал.
Как говорится, богомол ловит цикаду, а чиж уже позади. Только тут петух всех опередил.
Удар клювом в самое нежное место – это адская боль.
Позже Сяо Пан рассказывал: ощущение было такое, будто в задницу вонзили раскаленные щипцы, а потом туда запустили десять тысяч муравьев. Волна жара ударила от копчика прямо в затылок. Незабываемые впечатления.
Этот вопль перепугал меня до смерти. Говорят, даже дети в соседней деревне потом плохо спали и им вызывали знахарку испуг выливать.
Но хуже всего пришлось дедушке Вану, который в этот момент проезжал мимо на своей повозке.
Дедушке Вану было под семьдесят. Старый возчик, в молодости управлял тройками, волами, а теперь, на старости лет, завел ослика.
Ослик этот был выдрессирован идеально – настоящий «умный транспорт» с голосовым управлением. Дорогу знал, сам ходил куда надо, никогда не подводил.
Но и у профи бывают проколы. Услышав нечеловеческий крик Сяо Пана, «умный ослик» перепугался до безумия. Задрал хвост и понес. Трубка изо рта дедушки Вана улетела на несколько метров, выбив по пути последний передний зуб.
Осел рванул так, что старика просто вышвырнуло с телеги.
Говорят, перепуганное животное пробежало двадцать верст и остановилось только в соседнем городке.
Дедушка Ван упал неудачно, скатился в придорожную канаву и долго не мог встать, только охал и стонал.
Я понял – дело плохо. Надо спасать человека.
Сяо Пан-то выживет, подумаешь, клюнули. А вот для старика такое падение может стать последним.
Бросив Сяо Пана, я кинулся в канаву помогать дедушке Вану.
Ушибся он крепко, видимо, повредил поясницу.
Но сознание не потерял. Увидев меня, он тут же взорвался гневом:
— Ах ты, паршивец! Чего орешь как резаный? Убить меня решил?!
— Дедушка Ван, это не я, это Сяо Пан… — начал я оправдываться.
Договорить он мне не дал. Разъяренный старик отвесил мне увесистую оплеуху:
— Ах ты, мелкий гаденыш, еще и врешь! Кто еще? В поле ни души, кроме тебя!
Удар был такой силы, что в голове зазвенело. Надо же, еле живой, а рука тяжелая.
И в тот момент, когда я получил пощечину, я вдруг заметил в траве несколько хуанпицзы и лис. Они пристально смотрели на дедушку Вана.
Увидев их, я похолодел.
Я был уже достаточно взрослым, чтобы понимать: появление хуанпицзы не к добру. Прошлые разы люди умирали именно из-за того, что обижали меня.
Дедушка Ван ударил меня в сердцах, я его понимал и не обижался. Но если он из-за этого поплатится жизнью – это будет катастрофа.
Я замахал руками в сторону зверей:
— Это не его вина! Не трогайте его, слышите!
Дедушка Ван, видя, что я разговариваю с пустотой, разозлился еще пуще и снова меня ударил:
— Чего застыл, дурень?! Помогай встать!
Я опомнился и снова попытался его поднять, но сил у меня не хватало.
К счастью, мимо проходили односельчане. Я позвал их, и они вытащили дедушку Вана из канавы.
Но, к моему ужасу, беда с дедушкой Ваном всё-таки случилась.
Обновлено: 03.02.2026