— Зачем оставлять этого старого пса? — продолжил Ян Фан. — Чтобы он и дальше обманывал клиентов и порочил вашу репутацию? Я помогу вам избавить мир от зла, разве это плохо?
Фэн Юйтин не знала, что ответить. Старейшина Лю работал в их семье больше десяти лет. Если она его бросит, что подумают другие сотрудники? Сегодня он, а завтра — они. Она не могла пожертвовать им, если только он сам не согласится на пари.
Только она собралась что-то сказать, как у двери раздался смех.
— Ха-ха-ха… девочка из семьи Фэн, говорят, ты обижаешь нашу Синьянь?
Фэн Юйтин с удивлением посмотрела на Ху Синьянь. Ее чуть не стошнило кровью. Эта девчонка втихую позвала своего отца. Ну и забота! Еще даже не замужем за ним, а уже готова предать сестру Юйтин? Но действовать нужно было быстро. Она поспешила открыть дверь.
В комнату вошел мужчина средних лет, хотя на вид ему было не больше тридцати. Слово «элегантный» было создано для него. Легкая оправа очков, аккуратные усы — все это не старило его, а наоборот, придавало бодрости.
— Дядя Ху! Что вы здесь делаете?
— Хе-хе… наша маленькая принцесса позвала, как я мог не прийти?
— Папа! — с нежностью воскликнула Ху Синьянь, подбежав к нему и взяв под руку.
— Господин, — поклонился дядя Чжэн.
Ху Тяньлинь кивнул ему и, повернувшись к Фэн Юйтин, спросил:
— Девочка из семьи Фэн! Что у вас тут за сборище?
Он приехал по сообщению дочери. Она объяснила все сумбурно: привела одноклассника на аукцион, его обвинили в мошенничестве, их задержали, даже драка была. В общем, их не выпускают, и если он не приедет, то может забирать трупы. Сначала он вспотел от страха. Но потом подумал: с ней же был старый Чжэн! Да и зачем семье Фэн задерживать его дочь? Лишь после сообщения от Чжэна он примерно понял, в чем дело, и решил приехать.
— Недоразумение, дядя Ху, — смущенно ответила Фэн Юйтин.
— Боюсь, не такое уж и недоразумение, — усмехнулся Ху Тяньлинь. — Вы, похоже, решили распрощаться с репутацией семьи Фэн. Твой отец знает об этом?
Услышав, как серьезно он говорит, Фэн Юйтин забеспокоилась.
— Дядя Ху! Не все так серьезно…
— Племянница, ты не бизнесмен, тебе не понять, — покачал головой Ху Тяньлинь. — Позвони-ка лучше отцу, посмотрим, что он скажет.
Фэн Юйтин была гением культивации, но в остальном — не очень. Она не понимала, что из двух зол нужно выбирать меньшее. Слишком молода, слишком мягкосердечна. На ее месте он бы решил все просто. Либо убил бы Ян Фана, либо пожертвовал старейшиной Лю. Раз он виноват, пусть отвечает. При чем тут семья Фэн? Принес бы извинения, подарки — и дело с концом. Зачем так все усложнять?
Раз уж в дело вмешался Ху Тяньлинь, Фэн Юйтин решила посоветоваться с отцом. Она кивнула и начала печатать сообщение. Все в комнате были сильными бойцами и могли подслушать телефонный разговор.
Через две минуты она с тяжелым вздохом обратилась к Ян Фану:
— Я принимаю твое пари. — Затем, подойдя к старейшине Лю, она протянула руку. — Отдай Кровавый женьшень!
Старейшина Лю, бледный как полотно, понял, что семья Фэн его бросила.
— Ты… ты не можешь так поступить! — забормотал он. — Я не хотел… навредить семье Фэн! Я просто… не узнал эту вещь…
Он не смел признаться, что хотел украсть лот.
— Поздно пить боржоми, — горько усмехнулась Фэн Юйтин. — Отдавай, или я применю силу.
Старейшине Лю хотелось плакать. Знал бы — отпустил бы его. Кто бы мог подумать, что попытка ограбить какого-то сопляка серебряного ранга будет стоить ему жизни? Он и представить себе не мог, что Ян Фан окажется таким сильным и одним ударом тяжело ранит его. Иначе он бы убил его, семья Фэн все бы уладила, и дело с концом. Но тут еще и Ху Тяньлинь явился заступаться за этого парня.
— Нет! — в отчаянии закричал он. — Я не согласен! Вы не можете! Я служил семье Фэн…
Фэн Юйтин запечатала его акупунктурные точки, лишив голоса, и отобрала женьшень.
— Просто съесть? — спросила она у Ян Фана.
— Да!
Она забросила женьшень в рот. Ху Тяньлинь с любопытством наблюдал. Ему тоже было интересно. Его дочь ведь тоже купила одну штуку, и всего за несколько драконьих монет.
— Сестра Юйтин, не вздумай обманывать! — сказала Ху Синьянь, помахав своим женьшенем. — У меня есть доказательство!
Фэн Юйтин чуть не поперхнулась. «Я что, похожа на обманщицу? Ну и девчонка!» Она закатила глаза и ничего не ответила. Через мгновение она спокойно произнесла:
— Правда! Пять лет жизни…
Она была готова к этому, так что не удивилась.
— Врата Начала! Врата Отдыха! Врата Жизни… открыть! — холодно усмехнулся Ян Фан.
От него снова повалил зеленый пар, и он ринулся к старейшине Лю. Собрав всю силу в ладонях, он нанес удар «Триединство Первооснов». Старейшина Лю, тяжело раненный, из последних сил попытался защититься.
— Бум! — В стене образовалась дыра.
Старейшина Лю, захлебываясь кровью, рухнул на пол. Он был при смерти. Лишенный голоса, он не мог даже молить о пощаде, лишь с мольбой смотрел на Ян ФАна. Он горько сожалел.
Ян Фан тоже был ранен. «Если бы этот старик с самого начала использовал этот прием, мне бы пришлось несладко. Мораль сей басни такова: даже охотясь на кролика, лев использует всю свою силу». Не обращая внимания на его мольбы, он нанес удар «Ветер, Сметающий Руины Башни» ему в грудь. Раздался хруст ломающихся костей. Голова старейшины Лю безвольно откинулась. Он был мертв.
Сняв действие Восьми Врат, Ян Фан с досадой подумал: «Ну что за дела… Пришел продать женьшень, а пришлось убить оценщика».
Ху Тяньлинь с изумлением смотрел на него, словно открыл новый континент.
Обновлено: 19.02.2026