Глава 5 — Глава 5: Я его не знаю

Глава 5: Я его не знаю — Картошка, Картошка, я Батат, я Батат, приём, ответьте! Приём, ответьте! Цинь Кэ: — Картошка на связи! Ван Чжицзе: — Выйдешь перекусить? Цинь Кэ: — Не, не пойду, спать хочу! Ван Чжицзе: — Я угощаю! Цинь Кэ: — Диктуй адрес! … Спустя несколько минут Цинь Кэ уже спускался по лестнице. — Ты плакала и говорила мне, что все сказки — обман… — напевая себе под нос незамысловатую песенку, Цинь Кэ оседлал старенький отцовский электроскутер, который тот не менял уже три года, и выехал со двора. В небе уже давно глухо рокотал гром, но дождь всё никак не начинался. Словно дразнил, громыхая впустую. Заехав на перекрёсток, он подобрал Ван Чжицзе, и вместе они направились на улочку, что притаилась за Ночным Рынком Южного Города. Едва они слезли со скутера, как нос Цинь Кэ уловил дразнящий аромат жареных сосисок. — Хозяин, почём сосиска на гриле? Продавцом оказался мужчина лет сорока. Не отрываясь от своего занятия, он ловко переворачивал шампуры и ответил: — Три юаня за одну, десять — за три! — Мне две, пожалуйста. Цинь Кэ уже полез было за деньгами, как вдруг почувствовал какой-то подвох. — Постойте-ка, хозяин. Если одна стоит три, то почему три — десять? — А что не так? Три за одну, десять за три, всё верно! — взгляд у продавца был до того наивным, а лицо таким серьёзным и праведным, что его становилось даже жаль. — Ладно, тогда нам две сосиски и две порции жареного риса! — Хорошо, без проблем, сейчас всё будет. Кстати, у нас сегодня акция: доплачиваете один юань — получаете напиток. Вам два? — … Парни сели за свободный столик неподалёку. — Давайте, давайте! Кто брат, тот пьёт до дна! — Дружок, кто бы мог подумать, что ты из нас женишься первым! Должен сказать, жена у тебя — настоящая красавица! Поздравляю с бракосочетанием, старший брат пьёт за тебя! *Глоть-глоть-глоть…* — Ха-ха-ха… Брат Тигр как всегда щедр! За соседним столиком что-то громко и бессвязно обсуждали пятеро мужчин, их голоса разносились едва ли не по всему рынку. Особенно выделялся один из них — бритоголовый детина с толстой золотой цепью на шее. Он залпом осушил три бутылки пива. Похоже, хмель уже ударил ему в голову. После трёх бутылок он едва держался на ногах, но из упрямства и желания сохранить лицо продолжал хорохориться. Цинь Кэ бросил на них короткий взгляд и вновь повернулся к Ван Чжицзе. — А-Цзе, до Единого Экзамена остался всего месяц, а у тебя в теле до сих пор нет Источника Духа. Ты совсем не волнуешься? Ван Чжицзе сохранял поистине царское спокойствие. — А чего спешить? Гений — он везде гений! Лоб Цинь Кэ прорезала морщина. Ван Чжицзе добавил: — К тому же, ты ведь составишь мне компанию, верно? Поразмыслив, Цинь Кэ ответил: — А что, если я скажу, что смогу поступить в Университет Заклинателей? — Пфф! — Ван Чжицзе не сдержался и прыснул со смеху. Осознав свою бестактность, он тут же принял серьёзный вид: — Кхм, я верю! — А ты не сомневайся. Сказать по правде, у меня уже появился Источник Духа. Но Ван Чжицзе по-прежнему смотрел на него с недоверием. — Да ладно тебе. Если уж у тебя появился Источник Духа, то у меня он должен был возникнуть давным-давно. В душе у Цинь Кэ пронеслось стадо из десяти тысяч альпак. Чтоб тебя! Почему этот парень никак не верит? Неужели в его глазах я настолько безнадёжен? Чёрт побери, не будь у меня сейчас Способности и не окажись поблизости прибора для обнаружения Источника Духа, я бы живо показал ему, какая пропасть теперь между нами. Прошло несколько минут. — Хозяин, наш рис ещё не готов? — Цинь Кэ, по-видимому, мало поел днём и теперь умирал с голоду. Отдав заказ соседнему столику, торговец подошёл к ним с двумя сосисками. — Ещё немного подождите. Я сейчас занят шашлыками, а жареный рис сможет приготовить мой брат, когда вернётся. — А где он? — Он живот сорвал, поносит уже который раз, — с виноватой улыбкой ответил хозяин. Цинь Кэ взглянул на сосиску в своей руке, и она как-то сразу перестала казаться аппетитной. — Хозяин, мы вообще-то пришли поесть… — Я знаю, — с серьёзным видом кивнул тот. — Что ж, ладно… Ещё через несколько минут на их стол наконец-то поставили жареный рис. Ван Чжицзе засунул в рот остаток сосиски и с жадностью набросился на еду. Цинь Кэ искоса взглянул на него: — Слушай, А-Цзе… — Молчи. Поговорим, когда я доем, — прервал его Ван Чжицзе, не отрываясь от тарелки. Съев всё до последней рисинки, он поднял голову. — Что ты хотел сказать? Цинь Кэ невозмутимо махнул рукой: — Да так, у тебя в тарелке муха была. Но теперь всё в порядке, ты её уже съел. 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +999!】 — Твою мать! Почему ты раньше не сказал! Бле… — Ты сам велел мне подождать, пока ты доешь! — Бле… Неужели в таком деле нельзя было остановить меня вовремя? — Просто ты ел с таким аппетитом, я не хотел портить тебе настроение… 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +999!】 Лицо Ван Чжицзе то бледнело, то зеленело. Он долго давился, но так ничего и не смог из себя исторгнуть. — Хозяин, хозяин! Торговец тут же подбежал к ним: — Уже всё? Ван Чжицзе указал на свою тарелку: — В рисе была муха! Хозяин решительно покачал головой: — Не может быть! У меня всегда чисто, никаких мух! — Я не вру, там правда была муха! — настаивал Ван Чжицзе. Хозяин опустил взгляд на пустую тарелку: — А где же она? — Я её съел. Взгляд хозяина постепенно становился всё более… сложным. «Этот парень что, умственно отсталый?» — казалось, читалось в его глазах. Он медленно перевёл взгляд на Цинь Кэ. — Он ваш друг? Цинь Кэ густо покраснел: — Я его не знаю. 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +666!】 — Твою мать! Ты что, ослеп?! — яростный крик нарушил оживлённую атмосферу улицы. Все обернулись на звук. Тот самый бритоголовый детина, что осушил три бутылки пива, преградил путь старому сборщику утиля. Цинь Кэ был в недоумении. Он не видел, что именно произошло, а потому не мог судить, кто прав, а кто виноват. Оставалось лишь молча наблюдать. Старик безостановочно извинялся, но бритоголовый, казалось, и не думал его прощать. Из их обрывочного разговора Цинь Кэ понял, в чём дело: проходя мимо их столика, старик случайно задел бутылку пива, и та опрокинулась, облив обувь бритоголового. — Я заплачу, сколько скажете, столько и заплачу, — сгорбившись, лепетал старик, в его глазах читалось искреннее раскаяние. Но бритоголовый, разгорячённый алкоголем, вёл себя так, будто ему море по колено. — Заплатишь? Да ты хоть знаешь, сколько они стоят? Старый хрыч, а ну-ка облизал мне ботинок дочиста! Старик дрожащими руками извлёк из кармана полиэтиленовый пакет, а из него — горсть мятых купюр. — Я заплачу, вот, возьмите деньги! Бритоголовый даже не взглянул на них — одним резким движением он выбил деньги из рук старика. — Ты что, оглох, старый ублюдок? Я сказал, оближи дочиста! — Эй, дед же сказал, что заплатит, не надо так давить! — не выдержал мужчина за соседним столиком. Бритоголовый обернулся и ткнул в него пальцем: — Не твоё дело! Что, хочешь за старика заступиться? Мужчина вскочил на ноги: — Просто видеть такое не могу! Скажи, сколько стоят твои ботинки, я за деда заплачу! Бритоголовый вызывающе выпятил грудь: — А я хочу, чтобы он их облизал! Хочешь помочь — лижи вместо него! А не можешь — сиди и помалкивай! Мужчина хотел было что-то ответить, но сидевшая рядом жена дёрнула его за рукав, умоляюще глядя на него. Он терпеть не мог таких вот пьяных ублюдков, возомнивших себя королями жизни. Но, взглянув на свою пятилетнюю дочь, он лишь тяжело вздохнул и сел на место. — Кишка тонка в герои играть? — усмехнулся бритоголовый и снова принялся заставлять старика лизать его ботинки. Цинь Кэ только цокнул языком: — Средь бела дня, под ясным небом, и такое творится… Можно же просто взять деньги, зачем унижать человека? Ван Чжицзе на мгновение замер, а затем поднял взгляд на угольно-чёрное ночное небо: — Средь бела дня? — он посмотрел на Цинь Кэ. — Ну что, Цинь Кэ, осмелишься их обругать? Цинь Кэ отхлебнул спрайта. — Да я их не то что обругать, я их побить могу. — Обожаю, когда ты врёшь с таким серьёзным лицом. Ладно, давай серьёзно: каждый крикнет им по оскорблению, а потом сваливаем. Как тебе? — А зачем сваливать? — Как думаешь? Боюсь, как бы тебе не наваляли! Ван Чжицзе быстро расплатился и подвёл Цинь Кэ к дороге. — Даю тебе шанс проявить себя. Ты первый, потом я. Кричим и тут же садимся на скутер и уезжаем. Цинь Кэ был совершенно спокоен. Он посмотрел на компанию мужчин. За те несколько секунд, что они отвернулись, бритоголовый уже схватил старика за воротник и пытался силой пригнуть его к земле. — Придурок! Одно слово — и всё внимание переключилось на него. Мужчины за столиком как один уставились на Цинь Кэ. — Я твой папаша! — добавил он, сделав вызывающий жест. Глаза детин полезли на лоб. Сколько лет они вращались в подобных кругах, но чтобы какой-то сопляк вот так в открытую их оскорблял — такое было впервые! Ван Чжицзе, стоявший рядом, пришёл в неописуемый восторг. Не зря его звали Сибирский Волк, настоящий авторитет! Он, Альпийский Пёс, не должен отставать! Он тут же показал мужчинам два средних пальца. — Эй, дебилы, посмотрите, не похож ли я на вашего батю? Выкрикнув это, он ощутил невероятное удовлетворение! — Бежим, бежим, скорее! — увидев, что мужчины двинулись в их сторону, Ван Чжицзе поспешно развернулся. Но, обернувшись, он увидел, что Цинь Кэ уже мчался вдаль на электроскутере. — Я же не сел! Я ещё не сел! 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +999!】 — Твою мать! *Бам!* Бритоголовый с размаху разбил об асфальт пивную бутылку и вместе со своими дружками угрожающе двинулся на Ван Чжицзе. Поняв, что дело пахнет жареным, Ван Чжицзе бросился наутёк. Но, пробежав всего несколько шагов, он с грохотом растянулся на земле. Вот же чёрт! Какой урод бросил здесь арбузную корку! Не прошло и пяти секунд, как хрупкую фигуру Ван Чжицзе окружили несколько массивных тел. В этот миг он походил на кроткого ягнёнка, угодившего в логово волков. Особенно если учесть, что этот «ягнёнок» только что дерзко оскорбил этих самых волков! 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +999!】 Бритоголовый главарь схватил Ван Чжицзе за шиворот и поднял с земли. — Это ты сейчас кого назвал?! Ван Чжицзе с несчастным видом понурил голову. — Братан, мы же все свои, ну, прояви уважение… 【Динь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +999!】 … — А что, было весело! — рассмеялся Цинь Кэ. Услышав в голове непрекращающийся поток Очков Негатива от Ван Чжицзе, он озадаченно обернулся. Чёрт! А где он?! … — Кто тебе свой, ублюдок?! — взревел бритоголовый. — Брат Тигр, чего с ним болтать, давайте его просто побьём! — Стойте! Цинь Кэ вовремя вернулся на своём электроскутере. Честно говоря, увидев его, Ван Чжицзе почувствовал в глубине души некоторую благодарность. Бритоголовый посмотрел на Цинь Кэ и холодно хмыкнул. — Глядите-ка, щенок, а в тебе есть понятие о чести! Цинь Кэ слез со скутера и опрометью бросился к Ван Чжицзе. — Прости, Братец Цзе, я так разволновался, что не заметил, как уехал. Ван Чжицзе вздохнул: — Ты не виноват. Во всём виновата эта арбузная корка. Если бы не она, они бы меня ни за что не догнали. Цинь Кэ хмыкнул: — Ну да, рассказывай! — А что, не веришь? — возмутился Ван Чжицзе. — Я в шестом классе начальной школы был чемпионом по бегу на короткие дистанции! Директор даже хвалил меня, говорил, что я бегаю быстрее, чем отец кролика!