Глава 15 — Глава 15. Встретишь Цинь Кэ — познаешь вечную скорбь

Глава 15. Встретишь Цинь Кэ — познаешь вечную скорбь — Говори толком, — голос Сун Чэня помрачнел. — Ты Ван Ган или нет? — Конечно! Я и есть Ван Ган! — не моргнув и глазом, ответил Цинь Кэ. — Не веришь — спроси его. А-Цзе, я ведь Ван Ган? Ван Чжицзе покорно кивнул: — Да! [Получены Очки Негатива от Сун Чэня +456!] Губы Сун Чэня слегка приоткрылись, а во взгляде промелькнула злоба. — Я с тобой не шучу. Отвечай, ты Ван Ган? — Возможно! — сделал задумчивый вид Цинь Кэ. Да твою ж мать! [Получены Очки Негатива от Сун Чэня +998!] — Ты, ублюдок, смеешь меня на посмешище выставлять?! Яростный вопль привлёк к ним всеобщее внимание! — Да нет же, Братец Сун, я, я… ладно, пусть будет так, я Ван Ган! [Получены Очки Негатива от Сун Чэня +200!] Сун Чэнь заскрипел зубами. Его лицо побагровело от гнева, брови сошлись на переносице, а на лбу вздулись вены, отчётливо видимые даже в сумерках. — Я спрашиваю в последний раз: ты, чёрт возьми, Ван Ган или нет? — Раз ты так говоришь, значит, так и есть! *Пффф!* [Получены Очки Негатива от Сун Чэня +999!] Ван Чжицзе лишь молча дивился: видал он всяких мастеров своего дела, но такого виртуоза — никогда! — Братец Сун, Братец Сун, остынь, — поспешно вмешался Цинь Кэ. — Какая разница, кто из нас Ван Ган? Всё равно скоро мы будем бить того, кто им окажется! Он повернулся к Ван Чжицзе: — А-Цзе, живо достань платок для Братца Суна. Посмотри, как он разнервничался, аж сопли потекли! [Получены Очки Негатива от Сун Чэня +576!] Взгляд Сун Чэня стал ледяным. Да, взгляд, которым хочется убивать, скрыть воистину невозможно! Ван Чжицзе, спохватившись, закивал и, выудив из кармана салфетку, протянул её Цинь Кэ. Тот, в свою очередь, поднёс её к лицу Сун Чэня. — Держи, Братец Сун, вытри нос! [Дзынь! Получены Очки Негатива от Сун Чэня +500!] — Убери! Сун Чэнь грубо оттолкнул руку Цинь Кэ. Как раз закончились занятия, и вокруг толпились люди, стоял невообразимый гвалт. Стоявшая в нескольких метрах от них Сюй Мяоинь едва могла разобрать отдельные слова — что-то про какого-то Ван Гана. Что именно там происходило, для неё оставалось загадкой. Сун Чэнь понял, что его обвели вокруг пальца. Глядя на мерзкую ухмылку человека, назвавшегося Ван Ганом, он едва сдерживался, чтобы не влепить ему смачную пощёчину. — Братец Сун, я ведь из лучших побуждений хотел тебе помочь нос вытереть. Раз не нужно, так и скажи! Пламя гнева в его душе разгоралось всё сильнее, и Сун Чэнь наконец не выдержал и разразился бранью: — Да пошёл ты к чёрту! — Ты же специально издеваешься надо мной, да?! — Не думай, что я не понял: ты, сопляк, никакой не Ван Ган! — Самозванец, а ещё смеешь передо мной в Ван Гана играть! Лицо Сун Чэня то бледнело, то краснело от ярости. Он сделал глубокую затяжку. — Должен признать, Братец Сун, — моргнул Цинь Кэ, — ты очень круто выглядишь, когда пускаешь дым из одной ноздри! При этих словах Сун Чэнь не сдержался и прыснул со смеху. Тело его содрогнулось, мышцы лица дёрнулись, и из дымящейся ноздри вылетела здоровенная сопля. Прозрачная, как слеза, она повисла у самого рта, покачиваясь в такт его дыханию. Цинь Кэ и Ван Чжицзе отпрянули в ужасе. — Чёрт, ну и хрустальная подвеска! [Дзынь! Получены Очки Негатива от Сун Чэня +999!] Сун Чэнь тут же прикрыл рот рукой и, сгорая от стыда, протянул другую. — Салфетку, дай мне салфетку! «Проклятый мальчишка, — бушевал он про себя. — Я с тобой серьёзно, а ты меня смешишь!» Цинь Кэ медленно протянул руку, раскрыв ладонь с видом заправского торгаша. Побегровевший Сун Чэнь непонимающе уставился на него. «Это ещё что?» — Пятьдесят центов! Услышав цену, Сун Чэнь ощутил, как в его душе пронеслось стадо из ста тысяч альпак. Твою ж мать! У меня сопля на губе висит, а ты решил нажиться на моём горе! — Хватит болтать, быстро давай сюда салфетку! — прорычал Сун Чэнь, пытаясь её выхватить. Цинь Кэ отступил на шаг, уворачиваясь. — Эта салфетка мне не с неба упала. Так берёшь или нет? Сун Чэнь был готов взорваться. Ему хотелось схватить сорокаметровый тесак и изрубить этого негодяя в капусту. Но делать было нечего. Пришлось достать пятьдесят центов и отдать их Цинь Кэ. Забирая салфетку, Сун Чэнь смотрел на него так, словно собирался съесть заживо. Но когда он уже собрался вытереть нос, то почувствовал неладное. Взглянув на салфетку в руке, он остолбенел. — Она же использованная! Этой дрянью явно уже вытирали рот! Цинь Кэ спрятал монету в карман и с праведным видом заявил: — А ты чего хотел? За пятьдесят центов ещё и новую? Я с тебя такую цену взял только из уважения к Братцу Цзе, а то содрал бы целый юань! [Дзынь! Получены Очки Негатива от Сун Чэня +999!] [Дзынь! Получены Очки Негатива от Ван Чжицзе +100!] — Не знаю, при чём тут я, — тихо пробормотал Ван Чжицзе, — но неужели моё лицо стоит всего пятьдесят центов? На вытянутом лице Сун Чэня все черты смешались в одну гримасу страдания. Встретить в этот злополучный вечер Цинь Кэ, своего злого гения, было худшим, что могло с ним случиться. Его свирепый вид вызывал неподдельную жалость. Если бы не школьные ворота и толпа вокруг, он бы непременно показал этому паршивцу, где раки зимуют! Глядя на подержанную салфетку в руке, Сун Чэнь не знал, что делать — то ли использовать её, то ли нет. Много лет спустя он, возможно, забудет имя Цинь Кэ, но эту грязную салфетку за пятьдесят центов он не забудет никогда. *** Из школы, хромая, вышел Ван Ган с опухшим и посиневшим лицом. Одним взглядом он выцепил в толпе у ворот приметную копну жёлтых волос. Днём его старший брат сказал по телефону, что вечером собирается с друзьями в Духовные Земли, а за него отомстит парень по имени Сун Чэнь, крашеный блондин. Увидев желтоволосого Сун Чэня, Ван Ган внутренне возликовал. Но, присмотревшись, он замер. Рядом с ним стоял Цинь Кэ! Если этот блондин и есть тот самый Сун Чэнь, которого прислал брат, то почему он ошивается рядом с Цинь Кэ? Да ещё и этот Король Неудачников из третьего класса с ними! Ван Ган огляделся ещё раз. Во всей толпе у ворот был лишь один парень с жёлтыми волосами. И этот парень сейчас стоял рядом с Цинь Кэ. Без сомнения, это был он! Почему Цинь Кэ с ним разговаривал, оставалось загадкой. Чувствуя, как ноет всё тело, Ван Ган глубоко вздохнул и, решив попытать счастья, направился к ним. В это время взгляд Сун Чэня был полон смертоносной ярости. Каждый раз, когда он пытался взорваться, этот мальчишка безжалостно сбивал его с толку. Ему казалось, что этого парня послали сами небеса, чтобы мучить его! — Ты Сун Чэнь? — подойдя, с сомнением спросил Ван Ган. Цинь Кэ ничуть не удивился его появлению. Сун Чэнь, слегка усмирив свой гнев, взглянул на Ван Гана и чуть не отшатнулся. Он был не уверен, что перед ним человеческая голова, а не свиное рыло. — А ты?.. — Я Ван Ган, младший брат Ван Юя! Осмотрев Ван Гана с ног до головы, Сун Чэнь убедился — это был настоящий Ван Ган. А тот другой пацан — самозванец! При мысли о том, как его дурачили последние несколько минут, ярость в нём вспыхнула с новой силой. Сун Чэнь гневно уставился на Цинь Кэ. — Ну, сопляк? Теперь он говорит, что он Ван Ган. Что скажешь на это? — Раз он Ван Ган, — с серьёзным видом ответил Цинь Кэ, — значит, я — нет! [Дзынь! Получены Очки Негатива от Сун Чэня +500!] *Хрясь!* Незримый клинок вонзился Сун Чэню прямо в грудь. «Стража! — мысленно взмолился он. — Позовите стражу, пусть убьют этого мальчишку!» Ван Ган, слушая их, ровным счётом ничего не понимал.