— Да, все как планировали, — ответил ему более юный, почти мальчишеский.
— Хорошо, свободен. В следующий раз – как договаривались, — ответил ему старший товарищ.
Я попятилась, осознавая, что оказалась в плохом месте и в плохое время. Наверное, стоило просто покараулить мага у входа в парк: концерт-то еще не закончился.
Уже собиралась уйти, но горло вдруг сдавило будто тисками, воздух вырвался из легких с тихим свистом, и сколько бы я не пыталась вдохнуть – все напрасно. Черт, попалась!
Я не могла даже двинуться с места, пока колдун приближался. И хоть сознание едва не покинуло мою неудачливую голову, а сердце от страха билось, грозя вот-вот расколоть ребра, я не могла не восхищаться могуществом, которое дарила магия.
Мужчина, приблизившись, цокнул языком и провел по подбородку длинной узкой ладонью. Даже в полумраке я разглядела морщины в уголках его глаз, судя по которым возраст его приближался к пятидесяти годам. При этом двигался колдун изящно, его фигура словно текла или порхала среди деревьев.
— Маленькая шпионка, или… — задумчиво протянул мужчина на удивление мелодичным голосом. — Ах, та самая княжна Соколовская. Какая преинтереснейшая встреча!
Тиски, сковавшие горло, вдруг ослабли. Я наконец смогла вдохнуть, но все еще с трудом. Перед глазами поплыли темные круги, я покачнулась, но все же сумела удержаться на ногах.
— Послушайте, меня совершенно не интересуют ваши дела, я только… — начала я, но воздуха не хватило.
— Только искали кого-нибудь, кто поможет вам овладеть силами достаточно, чтобы скрывать их на людях, — закончил за меня фразу мужчина. — И напрасно пошли за мной: я не хороню таланты, для этой задачи вам придется найти какую-нибудь женщину.
— … я хотела научиться пользоваться своей магией в полной мере, — возразила я, когда почувствовала, что на грудь больше ничего не давит. — Ваше могущество ужасающе, но впечатляет.
Незнакомец удивленно вскинул брови, прошелся по мне изучающим взглядом с головы до ног и, судя по задумчивости на лице, сделал какие-то выводы. Кивнул сам себе и растянул губы в приторной улыбке.
— Меня зовут Эдуард. Завтра я встречу вас на заднем дворе университета в шесть тридцать. Прошу, не опаздывайте, — с этими словами он обогнул меня по широкой дуге и направился обратно к сцене, где музыканты уже готовились продолжить концерт.
Я же решила еще немного постоять в тишине и полумраке парковой дорожки. Привела в порядок волосы, убедилась, что юбка не помялась, и только после этого медленно двинулась обратно к сестрам, вспоминая разговор с магом.
Он не отказался помочь, но и не согласился. Особенных надежд строить не следовало бы, к тому же совсем непонятно, что у него на уме.
Пока пересекала площадь, снова заиграла музыка. Но я не вслушивалась, копаясь в памяти настоящей Маргариты. Судя по ее воспоминаниям, у магов воздуха репутация самая спорная, и в стране очень мало мест, где их обучают.
С одной стороны, их навыки находят мало практического применения: погодой они управлять не могут, в открытом бою почти бесполезны из-за запрета на заклинания, сковывающие дух. С другой — их способности позволяют слышать очень тихие звуки, вплоть до сердцебиения, видеть все пространство вокруг даже с закрытыми глазами, некоторым из них даже удаются создавать миражи: для этого они с помощью воздуха и содержащихся в нем веществ преломляют солнечный свет. В общем, они шпионы, к тому же, считается, что в паре со способностью повелевать ветром идет, как правило, очень острый и холодный ум. В таком случае неудивительно, что сестры расстроились: кому тут нужна жена, способная услышать твою измену по участившемуся дыханию и убить одним взглядом? Да еще и умная в придачу.
Завидев Марину и Марту, которые о чем-то весело болтали, потягивая чай, я встрепенулась и постаралась улыбнуться. Мы еще немного постояли, наслаждаясь музыкой, а затем мне едва ли не силком пришлось тащить обеих домой. Им-то завтра спать, а мне идти на работу, причем я даже не помню, что я там должна делать.
Я долго не могла уснуть, переживая за предстоящий день и пытаясь вспомнить, как добраться до университета без такси, но в итоге сон все-таки сморил.
А наутро выяснилось, что спросонья Маргарита соображает так же плохо, как и я в прошлой жизни. Но мне это оказалось даже на руку: я не задумываясь вытянула из шкафа строгую коричневую юбку и светлую рубашку, втиснула ноги в полусапожки на низком каблуке и прихватила с комода в прихожей теплый платок. Засыпая на ходу, залезла в автобус, номер которого успела заметить лишь краем глаза, и вышла на нужной остановке, уже почти проснувшись в утренней толчее. И все это — ни на минуту не задумавшись.
На первом этаже университета машинально, повинуясь привычкам прежней хозяйки тела, завернула в столовую и купила стаканчик черного кофе. Успела только вместо привычного «как всегда» попросить милую женщину на кассе сделать мне напиток без сахара.
Куда идти, чтобы добраться до рабочего места, я тоже помнила отчетливо. И даже успевала здороваться с коллегами, лица которых при встрече довольно легко узнавала. Но чем мне предстоит тут заняться, вспомнить упорно не могла. Похоже, Маргарита терпеть не могла то, что делала, и в памяти ее отложились только бесконечные упреки, которые высказывал ей высокий блондин. Тот самый, который отправил меня домой на такси вчера.
— Маргарита, доброе утро, — стоило о нем вспомнить, как знакомый голос донесся в спину.
Я обернулась и даже нашла в себе силы более-менее дружелюбно поприветствовать того, кто вчера мне помог.
— Вы поздно принялись любезничать. Идемте, сегодня будет решаться вопрос о том, целесообразно ли вам и дальше работать на кафедре, — холодно осадил мое дружелюбие Владислав.
День ото дня все хуже: что делать, если я и правда без работы останусь? Но кричать и возмущаться смысла нет, сначала надо выслушать претензии. Я — не Маргарита, и может, смогу все уладить?
Обновлено: 20.01.2026