*Перевод: **Astarmina***
В низком голосе не было ни малейшего намека на какие-либо эмоции.
Дворяне, слышавшие слова императора, безмолвствовали.
Воздух в бальном зале похолодел.
Сейчас... Она ослышалась?
«Вернуться в западный дворец? Уйти с глаз долой? Неужели он даже не может поздравить собственную дочь с дебютом? Он просто приказал ей убраться из дворца?»
Потрясенная Ханна взглянула на Офелию. Она заметила, как принцесса униженно опустила голову.
Девушка застыла, словно каменное изваяние, не в силах произнести ни слова. Прикладывая немало усилий, ей удалось проговорить:
— Ах, отец... О чем вы?
— Разве мы не должны пожалеть друг друга? Ты, кажется, ненавидишь меня, и я тебя тоже.
— Ч-ч-ч... Что вы имеете в виду? Н-ненавижу?.. Ну, я...
— У нас нет ничего общего, поэтому лучше жить подальше друг от друга. Ты так не думаешь? — император говорил спокойным тоном, словно обсуждал сегодняшнюю погоду.
Ханна всегда знала, что их отношения далеки от тех, какие должны быть между отцом и ребенком. Но не ожидала, что он выскажется об этом здесь. Во время бала.
— О... Да. Э-это...
Офелия смотрела на императоро широко раскрытыми глазами, а затем медленно склонила голову. Руки, в которых она сжимала бокал с шампанским, сильно задрожали. Золотистая жидкость забултыхалась и перелилась через край. Вскоре трясущиеся пальцы отпустили бокал.
Он упал на пол и разбился вдребезги.
Шум был незначительный, но все присутствующие, включая Ханну, затаили дыхание, наблюдая, как стекло разбивается, поэтому звук был особенно громким и далеко разнесся в жуткой тишине.
— О... О, оу... — болезненный стон сорвался с губ Офелии, пока она переводила взгляд с дрожащих рук на разбитый бокал и обратно.
На лице императора, наблюдавшего за ней, постепенно проступали признаки ярости.
— Ох... Непрошибаемая идиотка.
— Э-э... О-о!.. Это... стекло...
— Ты даже это не можешь правильно сказать. Как долго ты собираешься позорить меня?
— Ах, о-отец... Я-я...
Взгляд императора, когда он смотрел на Офелию, был холодным, как у свирепого зверя.
— Не хочу видеть тебя. Исчезни с глаз моих, — выказав презрение, император бросил на нее мимолетный взгляд и без колебаний отвернулся.
Звук его шагов постепенно затих, раздавались только всхлипы Офелии, которые вскоре прервались воплем, подобным звериному вою.
Офелия села посреди бального зала и горько заплакала, но никто не поспешил ее утешить. В помещении было полно людей, пришедших поглазеть на императора.
Отвратительный императорский дворец. Люди, подобные мусору. А самый дряной человек — император Локардион.
Подавив желание расплакаться, Ханна схватила Офелию и вернулась во дворец.
*******
С момента кошмарного дебюта прошло три дня.
Хоть Ханна и предполагала, что последствия того дня будут длиться долго, Офелия все это время безвылазно сидела в комнате и отказывалась от еды.
Когда она не плакала, то смотрела в окно пустым взглядом, а когда находились хоть какие-то силы, снова рыдала.
При взгляде на нее, сердце Ханны обливалось кровью.
— Принцесса.
Теплый гороховый суп, картофельное пюре со сливками, овощной салат с измельченными креветками. Поставив поднос, на котором стояли тарелки с любимыми блюдами принцессы, Ханна нежно погладила ее по плечу.
— Пожалуйста, съешьте хотя бы одну ложку. Последние три дня вы пили только воду. Боюсь, вы упадете в обморок. Пожалуйста, посмотрите на меня...
Офелия пустым взглядом смотрела в угол кровати, словно ее глаза высохли и больше не могли проливать слезы.
Изможденное лицо, покрытое засохшими дорожками слез. Опухшие глаза.
Когда Ханна осторожно подняла руку и вытерла ее глаза и щеки, они снова увлажнились.
«Что же мне сделать?»
Реакцию девушки можно было понять. Она с нетерпением ждала этого дебюта. Хоть и не выказывала этого открыто. Но в итоге человек, для которого Офелия старалась, излил убийственные слова и исчез.
Ханна также не ладила с отцом, но не до такой степени.
— Идите сюда, принцесса.
Глубоко вздохнув, девушка обняла хрупкую Офелию. Ей было жаль ее, ведь за эти несколько дней она сильно похудела.
— Забудьте, что сказал Его Величество. Уже прошло больше двух дней, после того как он нагрубил вам.
Это было не то, что можно было сказать в таких обстоятельствах. Но Ханна высказала слова, которые все это время хранила в себе.
— Давайте покинем дворец, принцесса.
Ослабевшее тело Офелии дрогнуло в ее объятиях. Она медленно подняла голову и пристально посмотрела Ханне в лицо.
— В-выйдем на улицу... Э-э, к-куда?
— Поскольку дебют уже состоялся, принцесса теперь взрослая. Вам больше не нужно страдать в императорском дворце.
Большинство императорских принцесс покинули дворец после едебюта путем замужества. Но были случаи, когда они оставались. Если были проблемы со здоровьем или не нашлось никого, кто сделал бы предложение.
У Офелии было и то, и другое, поэтому Ханна ждала того дня, когда она повзрослеет и покинет дворец вместе с ней.
Это было важное решение, но принцесса никак не отреагировала на него. Девушка, долгое время обнимавшая Ханну, слегка оттолкнула ее.
— Х-ханна.
— Да, принцесса.
— Н-нормально ли вот так выходить?.. И еще, сбегать? Н-нет?..
— Сбегать? — переспросила Ханна.
Офелия молча склонила голову. Ее растрепанные светлые волосы ниспадали вниз, и отбрасывали на лицо печальную тень.
Через некоторое время с ее губ сорвались слова:
— Да. Мы... Ты... Тебя выгонят. Кроме того, я никуда не пойду. Нет, я не... — Ханна услышала печальный шепот. — Ты з-знаешь... Если честно...
Офелия замолчала, опустив голову еще ниже, словно пыталась подавить слезы. Ее трясущиеся плечи вызывали жалость, поэтому Ханна не могла отвести от нее глаз и продолжала бездумно смотреть.
— В тот день, о-отец... Это то же самое, что с-сказал он... — скомкав предложения, Офелия подняла руку и прикрыла глаза. Затем прозвучал печальный голос, который полностью передавал ее чувства: — потому что он н-ненавидит меня. О-очень... потому что он ненавидит меня. О... я понимаю, хоть и знала, что он был... о-он был разочарован... все это время... он ненавидел меня очень сильно.
— Принцесса...
По ее щекам катились слезы, пока она склоняла голову. Вздохнув, Офелия заикаясь продолжила:
— Я-я тоже. Ни разу... как принцесса... родилась... я не х-хотела р-рождаться... П-почему? О, мой отец такой же? Н-нет... К-Корд... Корделия... ему нравится.
Корделия...
Как только Ханна услышала ее имя, то неосознанно сжала кулаки.
Император, бесконечно холодный по отношению к Офелии, изливал всевозможные чувства ко второй принцессе, Корделии. Роскошные платья и бесценные украшения. Специально для нее построили дворец и сад.
Ханна невольно подумала о том, как хорошо было бы подари он Офелии хотя бы каплю привязанности, которая досталась Корделии.
Однако это была просто бредовая мысль, и подобное чудо никогда не произойдет. Все, что она могла сделать, это заткнуть горничным рты, чтобы не трепали языками подле принцессы.
Словно зная об этом, Офелия никогда не осмеливалась заговорить о Корделии. Более того, Ханна с трудом скрыла гнев, вызванный ее словами.
Офелия стала жертвой фаворитизма императора...
Ханна даже не подозревала, что Офелия уже знала об этом.
Принцесса моргнула опухшими глазами и повернулась к ней. Она изобразила легкую улыбку и тихо пробормотала:
— Н-нет... Скорее. Что ж... Что ж, это хорошо... В любом случае, императорский дворец... Я уйду куда-то. Теперь это не имеет значения... Здесь нет... Невидимые друг для друга... Друг для друга... Невидимые... Да. Я-я-я, э-э, незаметно исчезну. Э-это будет хорошо и для о-отца.
— Принцесса, не говорите так...
Ханна потеряла дар речи от нахлынувших эмоций и вздохнула, опустив голову.
«Держись...»
Она не могла позволить себе заплакать.
Обновлено: 02.02.2026