Глава 39 — Глава 40 Что случилось

Вскоре. Отец Джерри снова вышел на палубу. Он услышал, как Джерри с любопытством расспрашивал спасённых: — Так что же случилось с «Золотым Крабом»? Шторм, пробоина? Говорят, вы исчезли внезапно, без всякого предупреждения... Услышав вопрос, капитан Джонатан Николсон, закутанный в толстое одеяло, глубоко вздохнул. В этом вздохе слышались холод и отчаяние северной части Тихого океана, а в его мутных голубых глазах застыл непередаваемый ужас. Глядя на спокойное, но по-прежнему коварное море, он начал рассказ: — Я работал на «Золотом Крабе» несколько лет, знал эту старушку как свои пять пальцев и с владельцем, мистером Джексоном, был на короткой ноге. — В этом сезоне он сдал мне судно в аренду вместе с 15-тонной квотой. Но из-за ремонта мы задержались. — Вышли 1 декабря, за 3–4 дня взяли 3 тонны, потом вернулись переждать шторм. Думали, погода наладилась, а тут снова накрыло... Отец Джерри понимающе закивал: — Мы тоже задержались, я с документами напортачил. Тоже не успели толком начать, как вернулись в порт... Капитан Николсон кивнул и продолжил: — Это был кошмар! — Штормило сильно, но «Золотой Краб» держался. Старая посудина, но крепкая. — Мы радовались: улов был отличный, в трюме уже 12 тонн краба. Парни уже мечтали, как будем есть стейки у меня дома после получки. — Перед возвращением мы крепили ловушки на палубе. Все были в гидрокостюмах. Это нас и спасло: костюмы держали тепло, мы жались друг к другу, шевелились — только так и не замерзли. Он потёр виски, указывая на жёлтый контейнер рядом: — Волны шли одна за другой. Мы так спешили домой, чтобы продать краба, что потеряли бдительность. — Всё было нормально, пока одна волна не подбросила нас, и я увидел его! — Этот контейнер... чёрт знает, с какого корабля он свалился... то появлялся, то исчезал в волнах прямо по курсу слева! Когда я понял, что он несётся на нас, было уже поздно. — Нас несло на него, его — на нас... Как будто смотришь, как два грузовика летят навстречу друг другу, а ты привязан в кабине одного из них и ничего не можешь сделать. — К штурвалу я уже не успевал, только крикнул парням, чтобы пристегнулись к леерам... — Удар... Вмешался здоровяк Хэнк. Улыбка исчезла с его лица, сменившись бледностью. Он красочно дополнил: — Это был не глухой удар, а скрежет металла, от которого зубы сводило! Судно тряхнуло так, что я думал, кости рассыплются! Капитан тяжело кивнул: — Да. Угол контейнера вспорол борт слева, как консервную банку. Вода хлынула внутрь, свет мигнул и погас! — Я пытался добежать до рубки, дать SOS, но судно начало крениться с бешеной скоростью. Генераторную залило первой, аварийное питание сдохло почти сразу... — Это не вина капитана. Хуже всего то, что... — вступил молодой матрос с горькой усмешкой. — Ловушки сорвало с креплений, и они катались по палубе, как шары для боулинга. — Одна из них врезалась в спасательный плот на правом борту! Смяла его и заклинила спусковой механизм! Мы... мы смотрели, как наша последняя надежда превращается в груду резины и пластика... В каюте повисла тишина. Мама Джерри замерла, отец нахмурился. Все представили этот момент: темнота, холод, отчаяние. — Судно тонуло быстро! — голос капитана стал спокойным, почти безэмоциональным, как у человека, пережившего шок. — Мы поняли, что медлить нельзя. Хэнк с парнями рванули в затапливаемый кубрик, схватили пару бутылок воды и несколько пачек батончиков. — Это была вся наша еда и вода. Потом кто-то крикнул: «На контейнер! Лезьте на этот чёртов контейнер!» Мы увидели, что он отцепился от борта... — Это я крикнул, капитан! — Хэнк вытер пот со лба и вымученно улыбнулся. — Это был единственный шанс. «Золотой Краб» тонул рядом, палуба почти сравнялась с водой. Мы перерезали страховки, помогали друг другу и кое-как перебрались на ящик. — Клянусь, я думал, нам конец, как на «Титанике»! — Судно ушло за пару минут. Только пятна масла и мусор остались. Я вырос у моря, но теперь при виде воды у меня ноги подкашиваются. Первые дни спать не мог от страха... Другой матрос добавил: — Первые часы, да и весь день, мы были в шоке и холоде. — Сидели, прижавшись друг к другу, чтобы не свалиться в ледяную воду. — Ночью было хуже всего: ни зги не видно, холод собачий, чувствуешь, как жизнь уходит вместе с теплом... Тут Хэнк снова улыбнулся своей фирменной улыбкой и громогласно заявил: — Я не знал, когда нас найдут, и боялся, что мы помрём с голоду! — Поэтому, прыгая на контейнер, я прихватил не только воду и печенье, но и двух самых здоровенных крабов с палубы! — Их оглушило ударом, они застряли в углу. А ещё я прихватил кусок брезента, мы им укрывались! Эй, парни, скажите спасибо, что живы! Поняв, что они в безопасности, люди расслабились, напряжение спало. По сравнению с ними Джерри чувствовал, что его «выживание» на шоу было детской прогулкой. У него всегда была возможность сдаться, а они смотрели смерти в лицо. Молодой матрос рассмеялся: — Точно! Спасибо Хэнку! Сырое мясо краба — гадость редкостная, соленое, склизкое, фу! Но хоть какая-то жидкость и белок. Мы потом даже из кончиков ног всё выковыряли! Хэнк ухмыльнулся, его потрескавшиеся губы растянулись в гордой улыбке выжившего. Капитан Николсон молча похлопал здоровяка по плечу. Эта команда, сплочённая днями и ночами на грани жизни и смерти, стала настоящей семьёй. Джерри снимал всё на камеру, переполненный эмоциями. Затем обратился к капитану: — Телефон в вашем распоряжении. Но сначала — здоровье. Сэр, у вас жар, не ешьте пока сэндвич, примите таблетку. Матрос с температурой, давясь едой, с трудом проглотил кусок. Лицо его горело нездоровым румянцем. Взяв таблетки, он улыбнулся: — Спасибо! Честно, утром я думал, что не жилец. Холодно, голова чугунная... А сейчас — как заново родился! Мама Джерри, всё это время слушавшая, принялась за дело: осмотрела раненых, обработала ссадины, перевязала. — Потерпи, сейчас пройдёт... — приговаривала она. Отец скомандовал: — На палубе ветер, не хватало ещё простудиться! — А-Жуй! Веди их в комнату отдыха, там тепло. — Фэн! Не стой, помоги, принеси что надо! Засуетились, помогая идти, таская вещи. Пятерых спасённых, бодрых духом, но слабых телом, перевели в тёплую каюту. Тесновато, но после ледяного контейнера это был рай. Отдохнув немного, капитан и остальные под присмотром отца по очереди позвонили родным. Кто-то не сдержал слёз: — Нас спасли... мы живы... У Джерри тоже защипало в глазах. Но не от слёз умиления, а от табачного дыма. Старый курильщик дымил как паровоз, навёрстывая упущенное. Остальные тоже закурили сигары, чтобы успокоить нервы, и продолжили расспросы. В комнате хоть топор вешай...