— Кажется... с левой? — ответил Чжао Лимин.
— Я ненавижу тех, кто входит с левой ноги, — безэмоционально сказал Ван Инцзюнь. — Ты исключен.
— Наставник, я пошутил! — хихикнул Чжао Лимин. — Столько лет быть вашим учеником, я вас знаю лучше, чем себя! Как я мог не знать, что вы не любите, когда входят с левой? Я вошел с правой.
— А я, на самом деле, пошутил в ответ. Я ненавижу тех, кто входит с правой. Так что ты исключен.
Чжао Лимин потерял дар речи.
— Госпожа! Наставник украл... у-у-у!
— Хороший ученик, я пошутил! — подобострастно улыбнулся Ван Инцзюнь. — Как я могу выгнать своего любимого ученика?
— Наставник, — улыбнулся в ответ Чжао Лимин, — мы же мужчины, я вас понимаю! Я никому не скажу.
— Вот и хорошо, что понимаешь!
В комнате воцарилась гармония. Наставник милостив, ученик почтителен!
— Наставник, если больше ничего, я пойду!
Помолчав, Ван Инцзюнь так и не решился попросить в долг.
— Эх... иди, иди!
— Наставник, чай от любовника госпожи очень вкусный! — хихикнул Чжао Лимин и ушел, оставив разъяренного Ван Инцзюня одного.
Глядя на пять жетонов, тот мучился.
«Сделать... или не сделать?»
«У меня не осталось ни одного очка, а долгов — по горло. Чтобы собрать десять артефактов, придется снова занимать. Одни проценты меня разорят. А если проверну это дельце, то не только этот долг закрою, но и тот, что остался после прорыва! Да еще и на карманные расходы останется! Сразу разбогатею».
— Сделаю! — решился он. — В худшем случае — просто изобьют. Нет ничего страшнее бедности!
...
Первый день после мероприятия!
День обмена жетонов.
Как самое популярное мероприятие года, «В поисках Жетона Сюаньтянь», хоть и прошло со множеством перипетий, все равно привлекло всеобщее внимание.
Всем хотелось знать, кому в итоге достались 105 жетонов, и какие артефакты дадут за десять штук!
С самого утра на центральной площади было не протолкнуться.
Обмен начинался в час Дракона.
Когда время подошло, на сцену вышел главный организатор, старейшина Ван Инцзюнь.
— Приветствую вас, ученики! Я...
— А почему у старейшины лицо в синяках? — с любопытством спросил Цинь Юй.
Он, Ли Чжэнтун и Сяо Чжи, закутанные в плащи, пришли сюда спозаранку. Толпа, увидев их, расступилась. Обладатели жетонов могли стоять в первых рядах.
Отсюда было отчетливо видно разукрашенное лицо старейшины.
Он просто спросил, а в ответ услышал объяснение Чжао Лимина.
— Наставник вчера ночью зачем-то решил украсть у госпожи оружие и продать. Его поймали. Вот и избили! Эх, лучше не заводить себе партнершу по Дао!
Речь Ван Инцзюня прервалась. Он бросил на них гневный взгляд.
«Какая убийственная аура!» — поежился Цинь Юй.
— А почему он раны не залечит? — с любопытством спросил он.
С его-то силой он мог легко залечить любую царапину, что уж говорить о старейшине.
— Тот артефакт, что он пытался украсть, называется «Тигриный коготь Ци и Крови», — объяснил Чжао Лимин. — Он значительно увеличивает силу атаки, но у него есть особенность: он замедляет заживление ран.
Цинь Юй посмотрел на изувеченное лицо старейшины. Можно было представить, как сильно его били.
— Ответишь на один мой вопрос, а я тебе расскажу один секрет про этот артефакт. Как тебе? — предложил Чжао Лимин.
— Какой вопрос?
— Великий старейшина замыслил переворот? — прошептал он, оглядевшись.
— Что? — Цинь Юй опешил.
Видя его реакцию, Чжао Лимин понял, что ошибся.
— Не Великий старейшина, тогда Величайший магистр и Величайшие старейшины хотят вернуться к власти? Не притворяйся, я уже все знаю.
«Что за бред? Что ты знаешь?»
Цинь Юй впервые видел человека, которого совершенно не понимал.
— Брат, почему ты об этом спрашиваешь?
— Ты же сказал, что ваш глава может призвать силу, способную уничтожить практика на стадии Преодоления Скорби!
— Да! Но при чем здесь Великий старейшина или Величайшие старейшины?
Он же просто понтанулся!
— В ордене на такое способны только Магистр, Великий старейшина, Величайший старейшина и Величайший магистр... неужели вы и впрямь — внешние захватчики?
— Да что ты несешь! — не выдержал Цинь Юй. — Я говорил про род Иллюзорных Псов! Ты что, не знал, что они однажды убили практика на стадии Преодоления Скорби?
Чжао Лимин потерял дар речи.
«А теперь я выгляжу, как идиот!»
— Ладно, теперь рассказывай секрет.
— На самом деле, — прошептал Чжао Лимин, — этот артефакт... подарил госпоже ее любовник...
Уши Цинь Юя навострились, но тут он почувствовал леденящий взгляд со стороны старейшины.
— Молчи! — он зажал рот Чжао Лимину.
Еще одно слово — и он труп.
Чжао Лимин, почувствовав убийственную ауру, тоже замолчал.
Но тут Цинь Юй протянул ему листок.
«Не говори, напиши! И поподробнее!»
Обновлено: 18.02.2026