В голове всё бурлит.
С каждым дыханием ощущаю, как моя ментальная сила, подкреплённая НЗТ, продолжает наращивать мощь, но, несмотря на это, меня охватывает чувство бессилия.
Я не ожидал, что моя попытка выжить в этом мире будет связана с похищением. Тем более с тем, что будет дальше
.
Меня схватили несколько человек. Или скорее, это даже не люди. Я чувствую их глаза на себе, их странные, ободранные лица, разрываемые шрамами и искусственными имплантами, с которых сочится едкий смолистый пот.
С ними было несколько женщин и мужчин, но все они были хорошо вооружены.
Они нацепили меня какую-то хектековую технологию, блокирующую мои движения, замедляя мои реакции, всё внутри начинает работать как в тумане, будто это не я, а чужая личность, который не может ничего сделать.
~~2 часа спустя.
— Это тот, да? — произнес низкий голос одного из похитителей.
"— Нет, это другой, но мы можем его продать на аукционе, как и планировали. Другой ребенок убежал, но сегодняшний улов явно лучше."
Слова, брошенные с той стороны решетки, повисли в воздухе, густом от запаха плесени и отчаяния.
Ирония, не правда ли? Быть "уловом". Как рыба, выброшенная на берег из мутной реки жизни.
Я дернулся, цепи, приковывающие меня к крюку на стене, звякнули, впиваясь в кожу. Клетка. Моё временное жилье. Тусклый свет химтековой лампы едва пробивался сквозь прутья, рисуя на грязном полу узоры из теней. Заун.
Город потерянных душ и сломанных судеб. А я – гость из другого мира, пленник собственного разума, а идеи мой пропуск в мир гениальности, моя тюрьма из безэмоциональности.
Этот мир, с его химтеком и отчаянием, был для меня загадкой, которую предстояло разгадать. Без страха. Без паники. НЗТ не позволял эмоциям взять верх. Холодный, аналитический ум – вот мой единственный инструмент в этой игре на выживание.
Ирония, конечно, в том, что гениальность здесь, в Зауне, стоила не больше, чем пара ржавых шестеренок.
Меня выволокли из клетки, грубо пихнув в спину. Два амбала, лица которых скрывали капюшоны, словно стыдились своей работы, потащили меня по узким коридорам.
Заун раскрывался передо мной, как цветок из стали и грязи. Стены, покрытые граффити и потеками неизвестных веществ, мерцающие вывески, обещающие забвение и развлечения.
И везде – запах химикатов, словно сама жизнь здесь пропитана ядом.
Аукционный дом. Огромный зал, похожий на пещеру циклопа, слабо освещенный химтековыми лампами.
На возвышении – аукционист. Человек-глыба с металлическим протезом вместо руки. Лицо, словно высеченное из камня, безразличное ко всему, кроме звона монет.
Вокруг него – толпа.
Собрание химбаронов, торговцев, механиков, коллекционеров фриков и просто зевак, жаждущих зрелищ. Лица, искаженные жадностью, любопытством, скукой. Жизнь в Зауне – это вечный аукцион, где каждый пытается продать себя подороже.
Меня вытолкнули на подиум, ослепив ярким светом прожектора. Аукционист начал свою речь, расхваливая мой "товарный вид", "красивый" и "отличное здоровье".. И в этом, пожалуй, вся суть жизни в Зауне – видеть лишь поверхность, не заглядывая в глубину.
"— Начальная цена – 500 геков!"
Торги начались. Медленно, вяло. Как будто покупатели не уверены, нужен ли им этот лот. Пара скупых ставок. Аукционист, чувствуя запах провала, начал импровизировать.
"— Господа! Перед вами не просто мальчишка!Сильный, здоровый, умный! Он станет вам верным помощником! Не упустите свой шанс!"
"— 600 гексов," – раздался голос из толпы.
"— 700!"
"— 800!"
Ставки ползли вверх, словно улитки по ржавой стене. Аукционист продолжал свой спектакль, рассказывая небылицы о моих несуществующих достоинствах. Я же стоял, молча наблюдая за этим фарсом. Жизнь, как аукцион. Ты – товар. Твоя цена – мера чужой жадности и глупости.
"— 1000 гексов!" – крикнул кто-то с галерки.
"— 1100." Химбарон в дорогом, но поношенном костюме поднял руку.
"— 1500!" – раздался женский голос.
Толпа затихла. Все взгляды устремились к женщине, стоящей в тени. Высокая, худая, в экстравагантном платье, ее лицо было полускрыто вуалью. Мадам Рузвальд. Ее имя было синонимом жестокости и безумия.
"— 2000!" – крикнул химбарон, не желая сдаваться.
"— 2500," – холодно произнесла Мадам Рузвальд.
"— 3000!" – химбарон сделал последнюю попытку.
"— 3500," – голос Мадам Рузвальд прозвучал, как смертный приговор.
Химбарон покачал головой и отступил. Аукционист, довольный таким поворотом событий, ударил молотом.
"— Продано Мадам Рузвальд!"
Меня повели к ней. Она смотрела на меня, словно на интересный экспонат для своей коллекции. Моя новая жизнь в Зауне начиналась. И я был готов к ней. Мой разум, спокоен, я был готов ко всем испытаниям, которые приготовит мне этот мир.
Обновлено: 15.02.2026