Глава 4 — Мой дорогой брат

Во дворе. Весенний ветерок нёс с собой лёгкую прохладу, и сердце Ся Чэня не находило покоя. Императрица — самая могущественная фигура эпохи [Великого Объединения] — держала весь мир в страхе. Все восемь диких земель склонялись перед ней. Она собирала ци юнь всего мира, устанавливая законы, которые должны были длиться вечность! С ци юнь Великого Объединения она возводила божественные храмы и с великой амбициозностью приносила клятву Небесному Дао, насильственно преобразуя династию Дау в династию ци юнь. На землях Дау ци юнь подавлял всё. С этого момента те, кто не являлся подданными Дау, считались еретиками, их культивация замедлялась. Те же, кто занимал официальные посты, могли заимствовать ци юнь в зависимости от ранга, ускоряя свой прогресс. Все таланты мира были пойманы в ловушку! «Так продолжалось до начала этапа [Возрождения Духовной Энергии и Слияния Мириад Миров], когда Императрица исчезла, ци юнь Дау разрушился, и Великое Объединение рухнуло. Только тогда таланты мира были освобождены от гнёта Дау.» Но как только ящик Пандоры был открыт — пути назад не было. С тех пор каждый правитель подражал Императрице, используя ци юнь для господства в своей империи. Ци юнь династии стал тоником культивации: чем выше ранг — тем быстрее прогресс, а наивысшие награды доставались самому правителю... Ся Чэнь вспоминал последующий сюжет. В прошлой жизни он относился к этому миру как к игре, особо не вникая и лишь бегло просматривая. Но когда началась версия [Слияния Мириад Миров], и этот мир стал реальностью, всё изменилось. Игроки утратили бессмертие, и он понял, что что-то не так. «Никогда не слышал, чтобы у Императрицы был жених!» Ся Чэнь покачал головой, перебирая в уме воспоминания и пытаясь сопоставить нынешнюю ситуацию с будущими событиями. К моменту, когда он попал в этот мир, шла ранняя эпоха [Великого Объединения]. Никто тогда не знал, что ждало Императрицу — в ту пору она ещё была Второй Принцессой при дворе Императора Вэня. «Постой... во времена Великого Объединения род дома Чжэндун сиял, излучая славу и воспитывая таланты. Мой младший брат Ся Хао стал Столпом Империи, самым острым копьём Дау в завоеваниях и подвигах.» Императрица, с её великим замыслом, нарушила традиции и назначила моего брата Ся Хао королём Чжэндуна. Ходили слухи, что его корона — не за заслуги, а за личную связь с Императрицей. Когда она была скрытым драконом, заключённым в бездне, она была на грани брака с Ся Хао! Но в конце концов, она была обручена с простым наследником дома Чжэндун. Этот наследник пал в бою во время Переворота у Врат, а после восшествия Императрицы на трон, история обручения ушла в небытие... Ся Чэнь всегда считал эти слухи выдумками завистников. Но теперь, похоже, в этом могла быть правда. Императрица действительно имела прошлое с родом Чжэндун — и тем безымянным наследником, забытым историей, был он — Ся Чэнь. «Значит, я просто тёмное пятно, невыразимое прошлое, омрачающее сияющий образ Императрицы, недостойное даже имени...» Ся Чэнь горько усмехнулся, но в его глазах вновь вспыхнул феномен двойных зрачков. Зрачки слились, подобно солнцу и луне, сияя хаотичным ци, а в глубине блеснул холодный свет. «Так моя история кончается Переворотом у Врат. Неудивительно, что я никогда не слышал в прошлой жизни о каком-то Ся Чэне в доме Чжэндун — или о том, что у блистательного Столпа Империи Ся Хао был старший брат!» Его лицо вновь стало спокойным — как бездонная безмятежная гладь. Он надел церемониальные одежды и вышел из двора. Служанки, когда-то окружавшие его, были отозваны, как только ему исполнилось двенадцать. Это касалось всех отпрысков семьи — до Восьмого Ранга им запрещалось терять девственность. А с постоянными тренировками и красавицами вокруг — искушение было слишком велико. На выходе его встретила девушка в нефритово-зелёном платье лет шестнадцати. — Бичжу! Ся Чэнь узнал её. — Третий молодой господин, Первый мастер и Леди зовут вас. Бичжу низко поклонилась — без высокомерия и презрения, как в драмах, где пренебрегают забытым молодым господином. — Я понял! Ся Чэнь пошёл за ней, стараясь не смотреть на её изящную, соблазнительную фигуру. Поток ци и крови взыграл, и он поспешно отвёл взгляд — его состояние было нестабильным после недавнего прорыва. Бичжу была служанкой матриарха Цуй Мэнжоу и предназначалась ему в услужение после достижения Восьмого Ранга. Ся Чэнь отвлёкся, вспоминая иерархию семьи. Роду Чжэндун было шесть сотен лет, но ныне осталось лишь три легитимные ветви. Старый маркиз, Ся Чутянь, в свои 86 ещё излучал силу, но отошёл от дел ради уединённой культивации. У него было трое сыновей: старший — Ся Цянь (Первый Мастер), второй — Ся Юань (отец Ся Чэня, Второй Мастер), и младший — Ся Хань (Третий Мастер). Хозяйство сейчас возглавлял Первый Мастер Ся Цянь, титулованный маркизом Анву. Войдя, Ся Чэнь увидел серьёзного мужчину и изящную женщину в расцвете лет. — Дядя, тётя! — Ся Чэнь поклонился. — Чэнь’эр, мы же семья — не нужно столько формальностей! [Переводчик:"Чэнь’эр - Ласковое прозвище Ся Чэня, используемое старейшинами"] Ся Цянь жестом пригласил его сесть. Женщина — Цуй Мэнжоу — тепло улыбнулась: — Чэнь’эр, давно не заглядывал ко мне на обед. Как услышал, что родители возвращаются — совсем забыл о тёте? Цуй Мэнжоу была матриархом семьи, воспитавшей Ся Чэня с детства как собственного сына... — Простите, тётя! Последнее время всё тренируюсь, вот и забросил... Ся Чэнь улыбнулся и сел рядом. Его сердце наполнилось теплом. Родная мать игнорировала его с трёх лет, всю любовь отдав младшему брату, но дядя и тётя относились к нему с добротой, не презирая за «искалеченное» тело. Обсуждая с ним дела, Ся Цянь перешёл к главному: — Твой отец снискал славу в Дунхуане, и император пожаловал брак с Второй Принцессой. Ты ведь слышал? Что скажешь? — Только узнал! — кивнул Ся Чэнь. — Есть ли возможность отказаться? Жениться на принцессе — для других честь, но для него и рода — всего лишь обуза. Особенно если она будущая Императрица...