Райнер
Меня зовут Райнер Грейволф. Я — наследник дома Грейволфов, сын того самого Гроссена, который выращивает магическую пшеницу и торгует с половиной Энарии.
Вернувшись домой после первого года в Университете, я хотел одного — тишины. Люди надоели. Преподаватели, однокурсники, даже слуги в столовой — всё утомляло.
Поместье встретило меня прохладой и полумраком. Высокие витражные окна отбрасывали разноцветные тени на мраморный пол, а тяжёлые шторы скрывали яркое августовское солнце. Воздух пах пылью, старым деревом и каким-то цветочным ароматом, который любила матушка — его слуги до сих пор распыляли по традиции.
Я почти прошёл парадный зал, когда взгляд зацепился за фигуру у окна. Юно— нет, девушка. Белая блузка, юбка , волосы аккуратно собраны. В руках — стопка книг. Она что-то тихо говорила Эллине.
Милая.
Слишком милая.
Я быстро отвёл взгляд. Надеюсь, она не заметила. Лицо у неё было… живое. Словно она знает больше, чем говорит. Мне вдруг стало жарко в вороте рубашки.
И вот с этого момента началась моя личная проблема.
Через день я вызвал библиотекаря — не Эллину, другую. И попросил приносить книги мне в комнату. Сказал, что хочу изучать труды по магии и древней истории в одиночестве.
Формально — да. А по факту?.. Я просто надеялся, что её пришлют снова.
И, о чудо.
Она пришла. С тем же лёгким поклоном и словами:
— Господин наследник.
Положила книги на стол. И чуть улыбнулась.
Сердце — бах.
С каждым днём я всё чаще ловил себя на мыслях: о чём она думает? Как говорит вне работы? Что любит?
Но заговорить… было страшно. Абсурдно. Я, наследник, — и стесняюсь служанки?
Но это ведь не просто служанка. В ней что-то было. Что-то настоящее.
Я начал заказывать книги всё чаще. Иногда по два раза в день. Один раз даже притворился, будто потерял том, чтобы вызвать её снова. Она посмотрела немного подозрительно… но всё равно принесла. Пожалуй, просто добрая.
Или слишком вежливая, чтобы сказать:
— Ты чё, долбоёб?
(Ту самую фразу, которую я не раз слышал от старших в университете.)
Однажды вечером я увидел, как она тренировалась на заднем дворе. Юбка развевалась на ветру, когда она бегала.
И да, я... чуть не попытался заглянуть под юбку.
СТОП.
Разве джентльмен стал бы так поступать?
Определённо нет. С этой мыслью я отправился к себе в комнату, пытаясь не ощущать себя моральным отстоем.
Каждый раз, как я пытался завести разговор — всё выходило через задницу.
— Вы… давно работаете в библиотеке?
— Несколько дней, господин.
— А, да… конечно. Я идиот.
— Простите?
— Нет, ничего...
Чёрт.
Вечером я долго лежал и думал.
Я не идиот. Просто... чувствую что-то. Я не знаю, одобряет ли отец "романы с простолюдинами", но если это — она?.. Если это не мимолётная симпатия?
Я вспомнил, как матушка говорила, что настоящий джентльмен должен быть честен в своих чувствах.
Я стоял перед дверью в кабинет отца минут десять. Потом собрал волю в кулак и постучал.
(Кстати, с каких пор отец стал сам заниматься бумагами до поздна? После... того случая он вроде вообще ни к чему не прикасался.)
— Входи.
Кабинет отца пах бумагой, чернилами и алкоголем. Пламя в камине догорало, отбрасывая мерцающие отблески на старую дубовую мебель. За широким письменным столом он сидел, опершись локтями, в расстёгнутом камзоле, с измученным лицом — но в глазах была та же твёрдость, что и в моём детстве.
Он оторвался от бумаг и поднял бровь.
— Ты что-то хотел?
— Да. Я хотел спросить… Если бы я влюбился и хотел всё сделать честно, с разрешения… что бы вы сказали?
Он чуть наклонил голову.
— От кого ты хочешь моего благословения?
Я замялся.
— Она... служанка. Помощница библиотекаря. Хару.
Имя повисло в воздухе, как брошенная перчатка.
Отец задумался, потом кивнул.
— Я её помню. Скромная. Воспитанная. Милая девочка.
Да. Милая…
— Думаю, тебе стоит сначала поговорить с ней. — тяжело выдохнул он.
— Да, отец.
Я уже собирался выйти, но вдруг остановился у двери.
— Отец… ты выглядишь лучше, чем обычно. Что-то случилось?
— Можно и так сказать, — с лёгкой улыбкой ответил он.
— Рад за тебя.
Я не стал расспрашивать. Просто вышел.
Я нашёл девушку. И отец начал приходить в себя.
Я рад, что вернулся домой. Пусть и ненадолго.
Хару…
Завтра. Я поговорю с тобой.
Обещаю.
Гроссен
Когда ты прожил больше сорока лет, многое забывается. И многое — хочется забыть.
Меня зовут Гроссен Грейволф. Хозяин этих земель. Глава рода. Человек, которого уважают даже те, кто его ненавидит.
Но в юности я не был ни красавцем, ни бойцом, ни уверенным наследником. Я был... жирным. Жалким. С лицом, как у куска теста, и с потными ладонями.
Меня никто не уважал. Я сам себя не уважал.
Я прятался за титулом. За фамилией. За словом "Грейволф", которое должно было звучать, как волчий рык, но в моих устах больше напоминало жалкий хрип.
Пока однажды я не встретил её.
В Академии. На третьем году. Она была… идеальна. Умна. Сильна.
Любовь с первого взгляда. Но не взаимная.
Первый раз, когда мы встретились глазами, она смотрела на меня с жалостью. Может, даже с отвращением. Тогда я часто ловил на себе такие взгляды.
Я пытался ухаживать. Неумело. Навязчиво. Она отшивала. Раз за разом.
Но я начал меняться.
Сначала — из злости. Потом — потому что хотел стать тем, кого она бы могла уважать.
Я сбросил вес. Начал тренироваться. Встал на ноги. Перестал дрожать. Научился говорить твёрдо.
Я стал мужчиной. Не сразу. Не идеально. Но — стал.
И когда встал перед ней с прямой спиной и без живота — она впервые улыбнулась. Не иронично. А... по-настоящему.
Я признался в любви. И она не отвернулась.
Мы поженились.
Было счастье. Было… настоящее.
Потом родился Райнер. Мальчик с такими же голубыми глазами, как у неё.
А потом — болезнь. Та, что приходит без стука. Забирает медленно. Жестоко. Без шанса.
Я носился по континенту в поисках магов, лекарей, артефактов. Пытался вырвать её у смерти. Но не смог.
Она ушла.
И я стал прежним. Толстым. Опустившимся. Только теперь — с бутылкой. И с пустым местом в кровати.
…А потом я увидел Хару.
Хрупкого паренька, похожего на девушку. С таким же взглядом. С той же остротой. С тем презрением, что я когда-то видел в глазах своей жены в Академии.
Я не мог оторвать взгляд.
В нём я снова увидел её. Ту самую. Ту, из-за которой стал человеком.
И сердце… дрогнуло.
Я понял, что во мне вспыхнуло нечто, похожее на влюблённость. В чувствах — да. Но... не в нём самом, а в отражении воспоминаний.
Я не могу и не должен заводить отношения. Ни с кем. Ни после неё.
А уж тем более с парнем.
И если Райнер узнает?..
Я потеряю последнюю крошку его уважения. Если оно ещё осталось.
После того как я принял Хару на работу библиотекарем, я начал... возвращаться.
Снова взялся за бумаги. Сократил порции у повара. Даже слегка начал тренироваться.
Я хотел, чтобы она — моя жена — если смотрит откуда-то… не видела меня в том состоянии, в котором я был.
Поздним вечером ко мне пришёл Райнер.
Я удивился. Мы редко говорим.
А потом… он признался, что влюбился. В Хару. В этого паренька.
Я всё понял.
Но не сказал ничего. Пусть сам разберётся. Возможно, я просто... не хотел брать на себя этот разговор
Обновлено: 20.01.2026