Помедлив немного в нерешительности, я медленно подошла и села на кровать. Было отчётливо видно измученное тело ребёнка.
Его тело подрагивало будто не решаясь – сбежать немедленно или затаиться.
— Привет...
Попробую начать со знакомства.
— Меня зовут Арвен, а ты ведь Шу, верно?
...
Ответа по-прежнему не было, но плечи Шу напряжённо дёрнулись.
Значит, он меня слышал. Я сделала короткий вздох и продолжила.
— Ты много перенёс. Я принесла еду, оставлю её здесь, ты поешь. Вон там – ванная комната, если не сможешь помыться – позови меня. Ах... в еде нет яда.
Напрасно я сказала, что в еде нет яда. Кажется, его плечи задрожали ещё сильнее, чем раньше.
Видимо, мой тон был слишком резким и равнодушным.
Я никогда ни с кем на разговаривала ласково, поскольку мне не нравится, как приторно звучит ненатуральная доброта в голосе. Поэтому и с Шуэлем я буду говорить также.
Я запустила руку в волосы и посмотрела на застывшую спину ребёнка, круглую словно мяч.
Честно сказать, я не очень-то люблю детей.
Я привела Шуэля из сострадания, потому что не могла позволить ему оставаться в этих жестоких руках.
Конечно, я чувствовала неловкость, видя его таким, но у меня очень сильно болела голова.
Как я могла его утешить?
Пусть он не долго здесь задержится, но я хотела бы относиться к нему хорошо.
Поэтому я переживала и не могла просто так отвернуться от его сотрясающегося тела.
Возможно, в моём доме находится благородный Молодой Господин, но вдруг он пойдет в ванную и упав разобьёт себе голову?..
Многое меня беспокоило, но Шуэль так дрожал, будто стоило мне только прикоснуться к нему, и он полезет в драку.
В конце концов, я вздохнула и легла в угол кровати.
Если я притворюсь спящей, он встанет.
И действительно через какое-то время послышался шорох.
Стали слышны осторожные шаги к столику, где стояла еда.
Я была голодна, поскольку не съела ужин. Я терпела как взрослая и сжимала живот, чтобы не было слышно звуков голода.
Но в этот момент меня посетила внезапная мысль и я заговорила до того, как поняла, что делаю.
— Ах, точно!
!..
Ба-бах, бряк!
Как только послышался тихий голос, раздался звук удара.
Я удивилась и, приподняв голову увидела, как Шуэль словно жук на секунду показал тельце и снова резко свернулся, врезавшись при этом в стену.
Из-за своего резкого движения, он здорово приложился головой о стену. Я нахмурилась. Судя по звуку, это было действительно больно.
Вид его маленьких подрагивающих плеч вызывал чувство вины.
Но я должна была это сказать.
Я думала, что сказать ему первым и решила начать с самого важного.
— Я отведу тебя домой.
Я и не думала оставлять Шуэля долго в этом месте, которое не сильно отличается от приюта, где он был.
За выбором приходит ответственность. Я собиралась любыми способами доставить ребёнка домой до смерти его родителей.
Мне показалось, что дрожь на мгновение прекратилась.
Я снова медленно легла, стараясь не смотреть на Шуэля.
— Поэтому пока не выходи из этой комнаты, оставайся тут. Снаружи может быть опасно.
Ответа не последовало, но я знала, что Шуэль слышал, что я сказал.
Последнее, что у слышала, перед тем, как провалиться в сон, был звук тарелок, ударявшихся друг о друга.
* * *
Спустя какое-то время от кровати девочки раздался звук лёгкого посапывания.
Шуэль только тогда на полусогнутых ногах приподнялся со своего места.
Голова, которой он ударился о стену, ужасно болела. Но не только это было причиной его слёз.
Страх.
И где он снова оказался?
Он даже не знал, сколько прошло времени, не меньше ста дней.
Семилетний Шуэль теперь всем телом прочувствовал, что значит «страшный мир», о котором постоянного говорили его родители.
Он просто хотел ещё раз попробовать ту вкусную сахарную вату.
Поэтому тайком выскользнул из особняка и взял за руку человека, который пообещал ему её купить. А потом он провалился в сон.
Он очнулся на грязном складе, которого ни разу не видел, когда исследовал окрестности замка Себрируа.
Он закашлялся от белого дыма, наполнявшего душное помещение и стал спрашивать, где он находится. Но ответа не последовало.
Испугавшись этого места, Шуэль разразился слезами. И тут же получил пощечину.
Шуэля никогда прежде не били по лицу. Конечно, иногда на него поднимали руку и даже наказывали, но вот такой удар он получил впервые.
Очень удивлённый Шуэль не мог даже вдохнуть, он поднял взгляд вверх на мужчину, а тот поцокал языком.
Обновлено: 02.02.2026