Глава 16 — Глава 8.2

Лу Цзинь улыбнулся. В этот момент ветер растрепал его волосы, открыв лоб, а рассветные лучи осветили еще незрелое, но безупречное лицо. Это улыбающееся лицо в глазах Чжоу Сянмина превратилось в наглядное выражение «ждать у моря погоды». Он внезапно очень разозлился. Очевидно же, что Хэ Е нравится Лу Цзиню, так почему это он проявляет инициативу, чтобы свести их? — Если в будущем ты и вправду будешь с Хэ Е, то ты должен будешь прислать мне большой красный конверт! — энергично похлопал он Лу Цзиня по плечу. Тот в ответ промолчал. Во время десятиминутных перерывов между занятиями одни ученики сплетничали и играли, а другие с головой погружались в учебу. Хэ Е явно относилась к последним. За исключением тех случаев, когда к ней подходили одноклассники, чтобы задать вопрос, или когда она отлучалась в туалет, Хэ Е в основном сидела на своем месте, читала и решала задачи. Чжоу Сянмин лежал на парте, подложив руки под голову, и внимательно смотрел на девочек в классе. Понаблюдав некоторое время, Чжоу Сянмин толкнул Лу Цзиня рукой и прошептал: — С тобой покончено. Лу Цзинь, словно раздавая милостыню, неохотно кинул на друга выразительный взгляд. Чжоу Сянмин указал пальцем на спину Хэ Е и продолжил шептать Лу Цзиню: — По моим наблюдениям, Хэ Е, похоже, не из тех, кто влюбляется рано. Она хочет только учиться. Ни мальчики, ни девочки в классе не могли отвлечь внимание Хэ Е. Даже если они беспокоили ее, Хэ Е всего несколько раз смотрела на них, а затем снова сосредотачивалась на книге. Самым очевидным доказательством является то, что, когда Лу Цзинь входил в класс, многие девочки тайно смотрели на него, но Хэ Е кидала на него только один взгляд. Лу Цзинь выслушал безупречный анализ своего друга и равнодушно сказал: — Прекрасно. — Что прекрасно, как ты собрался преследовать ее в таком случае? — встревожился Чжоу Сянмин. — Я не собирался преследовать ее, — опустив ресницы, сказал Лу Цзинь и перевернул страницу книги. — Не собираясь преследовать, ты все же взял на себя инициативу первым заговорить с ней? — фыркнул Чжоу Сянмин. — Ты не понял, что я сказал. Чжоу Сянмин: «…» Снова эти слова, Лу Цзинь опять сказал это! Как он может понять, что Лу Цзинь имеет в виду, если он ничего не объясняет?! Понимая, что третий лишний Лу Цзиню не нужен, Чжоу Сянмин схватил свой рюкзак и сбежал из школы, едва закончились вечерние самостоятельные занятия. Фан Сяохуэй, которую кто-то ждал, после ухода последнего беспокойного одноклассника взяла метлу и начала убираться. К тому времени как Хэ Е приступила к уборке, Фан Сяохуэй уже подмела свой ряд. — Я ухожу первой! Пару минут спустя Фан Сяохуэй с улыбкой вышла из класса. Лу Цзинь первым делом вымыл пол там, где уже было подметено. В это время в классе оставались только они двое, и пока Хэ Е подметала, она украдкой поглядывала в сторону Лу Цзиня. Красивый и высокий парень был терпелив и аккуратен. Он сначала ставил стулья на столы, а потом снова расставлял их по местам, таким образом он не оставлял невымытых участков, в отличие от некоторых ленивых учеников, которые просто обводили тряпкой вокруг стульев. Думая об этих мелочах, Хэ Е закончила работу. В прошлый раз инициативу проявил Лу Цзинь, попросив ее подождать его, на этот раз ей.... — Ты можешь пока посидеть и почитать книгу. После того как Лу Цзинь закончил домывать ряд, он вдруг поднял голову и посмотрел на девушку, чтобы напомнить о себе. Подразумевалось, что он все еще хочет, чтобы они вместе возвращались в жилой комплекс. Это напоминание сразу же развеяло колебания Хэ Е, и она, согласно хмыкнув, с сумкой в руках направилась к ряду сидений, которые Лу Цзинь убрал в первую очередь. Подойдя ближе, девушка поняла, что пол еще был влажным. Она посмотрела на свою обувь: сделав пару шагов, она просто испачкала бы чистый пол. — Я лучше подожду снаружи. — Не нужно. Лу Цзинь подошел со шваброй и положил тряпку к ее ногам: — Наступи на нее несколько раз. Хэ Е не шелохнулась. Лу Цзинь поднял взгляд и увидел, что лицо девушки слегка покраснело. Помедлив, он наклонил к ней черенок швабры: — Подержи, я пока подниму остальные стулья. Хэ Е машинально схватила швабру и посмотрела, как Лу Цзинь развернулся и начал ставить стулья на столы. Внезапно ее осенило, как бы она могла ему помочь. — Ты можешь мыть пол, а я пока расставлю стулья, так будет быстрее. — Хорошо, — сказал Лу Цзинь, посмотрев на нее. Хэ Е поставила свою сумку с учебниками на трибуну и быстро помогла поднять стулья. После того как все было готово, она достала из сумки две влажные салфетки, протерла подошвы своих туфель и пошла расставлять по местам стулья на уже вымытых местах. Эффективность совместной работы двоих людей была намного выше, чем у одного Лу Цзиня. Поскольку Хэ Е помогла Лу Цзиню убраться, его сопровождение домой уже не ощущалось девушкой как тяжелое бремя. Единственное неудобство – по дороге домой между ними по-прежнему царила тишина. Лу Цзинь резко затормозил. Остановившись, он оглянулся на следующую за ним Хэ Е. Конечно, Хэ Е тоже поспешила затормозить. Было около десяти часов вечера, ночь была темной, как разлитые чернила, а на дороге почти не было проезжающих машин, только уличные фонари неподалеку отбрасывали тусклый свет. На этом фоне Лу Цзинь посмотрел на Хэ Е серьезным взглядом. Двое смотрели друг другу в глаза, создавая иллюзию близости. — Тебе нравится слушать музыку? — Ага... Да, — кивнула Хэ Е, догадавшись, о чем именно он спрашивает. Лу Цзинь действительно снял свою школьную сумку с багажника велосипеда, пролистал плейлист на плеере и, нажав на нужную кнопку, пояснил: — У меня здесь есть еще английские песни. — Неплохо, можно потренировать аудирование, — ответила Хэ Е и увидела, как Лу Цзинь улыбнулся на ее слова. Затем Лу Цзинь убрал сумку обратно в багажник и положил плеер в карман. Когда они снова отправились в путь, из кармана, ближнему к Хэ Е, полилась легкая музыка. Крутя педали, девушка пыталась различить быстро мелькавшие слова песни. Прислушавшись, она мысленно повторила: «Good morning and good night， I wake up at twilight， It's gonna be alright， we don't even have to try. It's always a good time». П.п.: Доброго утра и доброй ночи, Я проснусь, когда наступят сумерки, И все будет прекрасно. Нам даже не нужно пытаться, Ведь для нас подходящее время — всегда.