Хоу Жаньси также спрашивал Чай Мэйцэнь об этом, прежде чем позвонить Чжоу Жую.
Чай Мэйцэнь сидела в научно-исследовательском институте, и здешние сотрудники время от времени приходили посмотреть на нее.
Хоу Жаньси снял свой пиджак от костюма и накинул ей на плечи, а затем встал перед ней, скрывая ее от любопытных взглядов окружающих.
Наконец-то она почувствовала себя более непринужденно.
Быть необычной зверюшкой в глазах других людей — это действительно неудобно.
Она подняла глаза на Хоу Жаньси.
Выражение его лица было очень спокойным, он просто смотрел на нее; его взгляд всегда выражал нежность, что оказывало на нее успокаивающее действие.
Она постепенно взяла себя в руки, затем вздохнула и сказала:
— Хороший друг Чжоу Жуя сказал, что Чжоу Жуй — хороший человек.
— Это… в смысле? — Хоу Жаньси ничего не понял.
— В общем, после того как я ударила Чжоу Жуя, а Чжоу Жуй накричал на меня, что я его не знаю, я начала задумываться о том, компетентная я мать или нет и действительно ли я знаю своего сына. В тот день я спросила об этом его друга и подумала, что, возможно, в самом деле зря нападаю на него.
— Но тебе не обязательно использовать этот метод. Это все равно что установить наблюдение в классной комнате, чтобы в любое время наблюдать за каждым движением ребенка, из-за чего Чжоу Жуй будет чувствовать себя некомфортно. Он все еще очень темпераментный человек и, вероятно, не согласится на подобное.
— Я иду в его школу, чтобы подавать пример, я не умею танцевать кадриль или играть в маджонг. У меня нет недостатка в деньгах. Что ты хочешь, чтобы я делала потом? — спросила Чай Мэйцэнь у Хоу Жаньси.
Хоу Жаньси ответил:
— Я дам тебе денег, чтобы ты могла путешествовать по всему миру.
— Я отправлюсь в путешествие одна?
Хоу Жаньси промолчал. Ведь действительно никто не мог сопровождать Чай Мэйцэнь.
— Я бросила учебу. На самом деле иногда мне все еще очень жаль, когда я думаю об этом, так что… если я не могу измениться обратно, я могу избавиться от сожаления в своем сердце, снова начав учиться.
Хоу Жаньси больше ничего не говорил, кончики его пальцев слегка дрожали, и ему захотелось поднять руку, чтобы похлопать Чай Мэйцэнь по плечу и утешить.
Чай Мэйцэнь в это время снова заговорила:
— Его отец так хорошо учился, и я тоже человек, который способен получать знания из книг. Как он может учиться так плохо? Ты поможешь мне проанализировать, есть ли у него щенячья любовь*.
П.п.: термин обозначает первую (обычно школьную) влюбленность; нечто несерьезное и быстро проходящее, но то, что впоследствии приятно вспомнить. Это неофициальный термин для обозначения чувств романтической или платонической любви, часто испытываемых в детстве и раннем подростковом возрасте, как правило, в возрасте от 4 до 14 лет. Он назван так из-за своего сходства с обожающей, благоговейной привязанностью, которую может испытывать щенок.
Рука Хоу Жаньси замерла и следом сжалась в кулак.
— Чжоу Жуй из тех детей, которые не станут скрывать, если влюбятся, — ответил он.
— Да, я могу представить его сводящий с ума взгляд, и он обязательно подойдет ко мне и сердито скажет: «Если ты посмеешь издеваться над моей девушкой, тебе придется сначала иметь дело со мной!»
Хоу Жаньси улыбнулся и ничего не ответил.
***
Чжоу Жуй узнал о решении Чай Мэйцэнь, и его чуть не вырвало кровью от гнева.
После перемены в классе он потащил двух своих приятелей к стене, где они могли прогуливать уроки. Дизайн их школы был особенно извращенным, руководство установило камеры и контролировало все пространство во всех направлениях. Никаких тупиков и закутков.
Тем не менее такие скрытые местечки все же были, пусть и мало. Стена внутреннего двора намного выше, чем рост Чжоу Жуя, и залезать на нее очень тяжело.
Раньше, когда Чжоу Жуй двигался быстро, ему было легче подпрыгивать. Теперь его ноги и ступни не такие прыткие, поэтому он может только рассчитывать на помощь Ян Мина и Ли Сяонаню.
Ян Мин наклонился, стоя на коленях, чтобы Чжоу Жуй мог наступить ему на спину.
Ли Сяонань перелез первым на другую сторону.
Чжоу Жуй взобрался на стену, повернул голову и увидел, как Ли Сяонань поднял руки, а затем сказал ему:
— Давай, я поймаю тебя.
— Пф, забудь, ты что, принцессу ловить собрался? Отвали! Веришь или нет, но я забью тебя до смерти? — Чжоу Жуй был раздражен в тот момент, когда увидел это.
— Тогда что же мне делать?
У Ли Сяонаня было все еще привычное холодное выражение лица, но в его глазах появился след беспомощности.
— Ты тоже держись, а я могу спуститься.
Ли Сяонань кивнул и приподнялся, чтобы Чжоу Жуй мог плавно спуститься.
Чжоу Жуй спустился и надел ботинки, но так как он торопился, то задники замялись, и когда он шел, то забавно подпрыгивал.
Ли Сяонань посмотрел, как Ян Мин остановил для него такси, а потом — как Чжоу Жуй сел в машину, прежде чем они снова собрались вернуться в школу.
Когда Чжоу Жуй вернулся домой, он увидел Чай Мэйцэнь, напевающую песенку и собирающую свою школьную сумку.
Она не удивилась, увидев, что он вошел, и спокойно сказала:
— Я знала, что ты можешь прогулять и вернуться.
— Мама, зато ты можешь немного повзрослеть и внезапно перевестись в мою школу… ради чего?
Чай Мэйцэнь ответила очень спокойно:
— Разве ты не говорил, что я тебя не знаю? Я собираюсь получше узнать тебя.
— Ты понимаешь! Ты не знаешь, что со мной не так, тебе не нужно этого делать.
— Посмотри на новую школьную сумку, которую купила мама, она хорошо выглядит? — вместо ответа спросила Чай Мэйцэнь и подняла свою сумку, чтобы показать Чжоу Жую.
Чжоу Жуй сердито выдохнул, но взял школьную сумку Чай Мэйцэнь и осмотрел ее.
Любая сумка этого бренда стоит десятки тысяч юаней. Но дело даже не в этом. Дело в том, что у его мамы в сумке всего пять тетрадей для подготовки к урокам и шариковая ручка в пенале.
— Как ты думаешь, что еще я должна приготовить? Я слишком долго не ходила в школу и уже все забыла, — улыбнулась Чай Мэйцэнь, наклонившись к сыну.
— Если ты положишь сюда еще несколько тюбиков губной помады и несколько упаковок закусок, то будет вылитая школьная сумка современной девочки, — фыркнув, ответил Чжоу Жуй.
— Ну, теперь ты действительно понимаешь, что у тебя щенячья любовь? Какой парень будет знать такие вещи? — спросила его Чай Мэйцэнь.
Чжоу Жуй лишился дара речи.
О нет! Кажется, это невозможно предотвратить…
Чжоу Жуй бросил школьный портфель на диван и сказал Чай Мэйцэнь:
— Если ты считаешь, что жизнь скучна, то найди мне отчима, я могу принять любой возраст, лишь бы он был старше меня на пять лет, но чтобы ему было не больше шестидесяти. Раньше я всегда думал, что ты можешь рассчитывать только на деньги, чтобы заполучить парня, но теперь кажется, что ты еще можешь быть красивой.
— Не говори ерунды, — закатила глаза Чай Мэйцэнь, — считаешь, что ты можешь это контролировать?
— Да, это не в моей власти, поэтому тебе стоит выбросить из головы мысль ходить в мою школу и обращать на меня внимание.
— Я не обращаю на тебя внимание? Мне все равно, если тебя давным-давно исключили из школы, просто скажи своей матери правду, почему ты дрался на этот раз? — спросила Чай Мэйцэнь и села на единственный диван, уставившись на Чжоу Жуя.
Чжоу Жуй внезапно поперхнулся, но тут же выпрямился и сложил руки на груди, его глаза закатились, и он, немного поколебавшись, ответил:
— Ничего такого, просто мне не нравится, как выглядит этот ублюдок.
Кажется, он намеренно что-то скрывает.
Чай Мэйцэнь подняла брови и переспросила:
— «Не нравится»?
— Он уродлив.
— Я спрашивала тебя, но ты отказался говорить, поэтому я могла узнать это только другим способом. Я все решила, твой дядя Хоу сегодня уже связался с руководством школы, завтра я переведусь туда.
— Как интересно! — вскричал Чжоу Жуй.
— Еще как, — Чай Мэйцэнь ответила очень серьезно.
Она чувствовала, что Чжоу Жуя все еще можно спасти, он не будет отбросом общества, и она хотела спасти его снова.
Она была довольно глупа, ее дуальный коэффициент* был невысок, и это был единственный способ, который пришел ей в голову.
П.п.: IQ и EQ. Разница между IQ и EQ заключается в том, что EQ, или эмоциональный коэффициент, является мерой способности человека понимать свои собственные эмоции, а также эмоции других, тогда как IQ, или когнитивный коэффициент, является мерой для интеллекта человека.
Видя текущее состояние Чжоу Жуя, она очень заволновалась, она почувствовала, что должна что-то предпринять, и так получилось, что в это время произошел этот странный случай, и она просто воспользовалась им.
Чжоу Жуй сел на диван и, сердито пыхтя, закатил глаза, затем повернулся, чтобы посмотреть на сумку Чай Мэйцэнь, и вдруг улыбнулся, вспомнив о чем-то.
— Ладно, давай, — сказав это, он улыбнулся шире.
Он готов был поспорить, что Чай Мэйцэнь сама бросит школу через месяц, если будет упорствовать.
Обновлено: 02.02.2026