**Глава 28. Я работаю ассистентом у кинозвезды. Часть 10**
Чжу Инь продолжала говорить, а её рука тем временем скользнула в карман, намереваясь что-то оттуда выудить.
Барбара, слишком хорошо знакомая с этим жестом, истошно завопила:
— Хозяйка! Хозяйка! Умоляю, будь осторожнее с артефактами! Мы же просто вспомогательный персонал, это всего лишь мирный, заурядный шоу-бизнес! Нам незачем использовать технологии такого высокого уровня!
О той странной штуковине, которую Чжу Инь призвала вчера вечером, Барбара даже боялась спрашивать. Теперь система уже догадывалась, что её хозяйка — личность далеко не простая. Главная Система лично связалась с ней и дала четкое указание: присматривать за подопечной и уговаривать её не творить безумств. Особенно это касалось артефактов отката времени. Право слово, в этом мире они были совершенно ни к чему.
Барбара была совсем новеньким «зеленым» системным модулем. Именно поэтому перед выходом на работу она целый месяц безвылазно сидела на форумах Бюро Быстрого Переселения, впитывая знания и стараясь не допускать элементарных ошибок. Там, в бесконечных ветках обсуждений, частенько упоминали Главную Систему.
В устах других систем она представала таинственной, могущественной и крайне немногословной сущностью. Если у Главной Системы были требования, она просто спускала директиву. С каких это пор она стала так вежливо и мягко кого-то уговаривать?
Барбаре не исполнилось и года, она не претендовала на звание мудреца, но дурой точно не была.
«Хозяйка — это золотая жила! Нужно держаться за неё изо всех сил!» — пронеслось в её электронных мозгах.
Чжу Инь на мгновение замерла и с невозмутимым видом вытащила пустую руку из кармана. Сунь Ле даже не подозревал, какой участи он только что избежал.
Актер был на грани того, чтобы окончательно потерять рассудок от ярости. Ему казалось, что он переживает величайшее унижение в своей жизни. Он напрочь забыл о ране, забыл о Лу Яо, которая была истинной виновницей его боли. Сейчас в его глазах Чжу Инь была самой злобной женщиной на свете.
Забыв о сути спора, он выкрикнул:
— Ты нагло врешь в глаза! У какой нормальной женщины может быть такая чудовищная сила?!
Стоявший за его спиной ассистент открыл было рот, желая сказать: «Брат, ну зачем ты срываешься на помощницу? Она того стоит? Даже если переспоришь её, нам-то что с этого? Сосредоточься на партнерше по кадру!» Но, видя, что Сунь Ле окончательно ослеп от гнева, он предпочел промолчать. Пусть уж выпустит пар. Если он сейчас не отведет душу, то потом весь вечер будет отрываться на собственном помощнике.
Сунь Ле был в себе уверен. Никто не знал изнанку актерской среды лучше него. Под безжалостным объективом камеры в нынешние времена ценилась болезненная худоба, особенно в исторических костюмах. Многие актеры, которые на экране выглядели статно, в реальности были тощими как щепки — кожа да кости.
Говоря откровенно, такой актер, как он — посещающий спортзал раз в неделю и обладающий хоть каким-то намеком на мышечный рельеф, — считался среди коллег-сверстников чуть ли не атлетом. И как она посмела так его оскорблять?!
Столкнувшись с его обвинениями, Чжу Инь на мгновение погрузилась в раздумья. Спустя секунду её лицо просветлело — в голову пришла отличная идея.
Сунь Ле заметил, как ассистентка Лу Яо окинула его оценивающим, почти рентгеновским взглядом. Внутри у него внезапно шевельнулось дурное предчувствие, и он инстинктивно дернулся назад. Но было поздно.
Тонкая рука, чье движение было невозможно оспорить, метнулась вперед. Сунь Ле не успел даже моргнуть, как его мертвой хваткой схватили за шиворот. Окружающие тоже не ожидали от Чжу Инь такой прыти. Увидев, как она вцепилась в Сунь Ле, все замерли в шоке, гадая: неужели эта девчонка решится ударить звезду на глазах у всех?
Самые ушлые уже начали незаметно доставать телефоны, готовясь снимать сенсацию. Однако Чжу Инь, разумеется, не собиралась никого бить. Произошло нечто куда более невероятное.
На глазах у изумленной толпы она приподняла Сунь Ле за воротник и легким, небрежным движением, словно подбрасывая пустой тюк с тряпьем, крутанула его в воздухе. Тело взрослого мужчины ростом метр восемьдесят пять описало дугу в сто восемьдесят градусов и приземлилось прямиком на спину белой лошадки, которая в этот момент мирно жевала травку неподалеку.
*Тишина...*
Даже оказавшись в седле, Сунь Ле пребывал в состоянии полной прострации. «Кто я? Где я? Что сейчас произошло?» — эти мысли лениво ворочались в его голове. Он в панике встретился взглядом с Чжу Инь.
— Я же говорила, что вы тощий и слабый, — Чжу Инь невинно развела руками, на её лице застыло выражение крайнего дружелюбия. — Я одной левой могу закинуть вас на коня.
— А-а-а! — Только сейчас толпа пришла в себя, и ассистент Сунь Ле запоздало вскрикнул.
Снова началась суматоха. Толпа окружила Сунь Ле, помогая ему спуститься и лихорадочно проверяя, всё ли у него цело. Чжу Инь действовала куда деликатнее, чем Лу Яо: кроме мимолетного испуга, Сунь Ле не получил никаких травм — на нем не было ни единой царапины.
На немые укоры Чжу Инь невозмутимо ответила:
— Он сам усомнился в моих словах, мне пришлось доказать их делом.
А затем она выложила свой главный козырь:
— Я всё рассчитала, сила была под контролем. Это же просто шутка, брат Сунь. Вы ведь опытный старший коллега, повидали виды, да и к тому же настоящий мужчина — вы ведь не станете мелочиться и обижаться на простую помощницу?
Этот тон… Лу Яо за последние дни не раз попадала в ловушку подобных «вежливых» манипуляций. Если бы окружающие не поняли, что Чжу Инь сделала это нарочно, они были бы круглыми дураками.
Ассистент Сунь Ле кипел от негодования:
— Это же произвол! Я обращусь в прессу, я выставлю твоё поведение на всеобщее обозрение!
Чжу Инь согласно кивнула:
— Отличная идея! Эй, парень! — Она помахала рукой кому-то в отдалении. — Тот малый в черной кепке, иди сюда! Я видела, ты снимал с самого начала, так что наверняка не упустил ни единой детали.
Затем она снова повернулась к Сунь Ле:
— Брат Сунь, смотрите, как удачно вышло: ваши люди всё запечатлели. Советую выкладывать немедленно. Сяо Яо и я тут же принесем извинения. Мы искренне сожалеем, что так напугали вас.
Сунь Ле молчал. Он едва ли не до скрипа сцепил зубы, выдавливая из себя холодную усмешку:
— Ты…
— Меня зовут Чжу Инь, — любезно подсказала она.
Сунь Ле готов был разгрызть собственные зубы.
— Госпожа Чжу Инь действительно любит пошутить. Мы с Лу Яо коллеги, снимаем боевые сцены, и небольшие трения при отработке движений — это нормально. Как я могу вас винить?
Если это видео попадет в сеть, ему конец. Сунь Ле уже представлял, как клеймо «слабак» приклеится к нему на всю жизнь. По крайней мере, фанаты его конкурентов точно будут использовать этот аргумент, выделяя его жирным шрифтом в каждом хейтерском посте.
Чжу Инь нахмурилась:
— Неужели? Вы правда так думаете? А вот ваш ассистент, кажется, с вами не согласен.
Сунь Ле метнул в помощника уничтожающий взгляд, и тот, выдавив из себя подобие улыбки, сухо пробормотал, что Чжу Инь всё неправильно поняла.
Чжу Инь одарила его кроткой улыбкой и перевела взгляд на остальных. Все, включая Сюй Цяоцяо, тут же отвели глаза. Перед ними стояла «железная леди», способная одной рукой швырять взрослых мужчин. Если уж сам Сунь Ле признал поражение, куда им-то лезть?
Лишь Цзи Линцзе продолжал холодно наблюдать за ней. Чжу Инь не питала ни малейшей симпатии к этому «волку в овечьей шкуре». Она слегка склонила голову набок:
— У режиссера есть какие-то замечания?
Цзи Линцзе лишь пристально посмотрел на неё, не проронив ни слова.
Главной сценой дня была первая встреча главных героев и начальная сцена покушения. Большая часть кадров с главным героем должна была проходить в седле. Но после того как Сунь Ле сначала выбили из седла как мусор, а затем забросили обратно как мешок с крупой, у него развилась легкая фобия. Режиссеру ничего не оставалось, кроме как объявить о съемках сцен с актерами второго плана.
Лу Яо наконец освободилась. Чжу Инь нашла два маленьких складных стульчика, один из которых отдала девушке. Стоило той присесть, как Чжу Инь поймала на себе её сияющий, полный обожания взгляд.
Обновлено: 19.02.2026