Глава 14

Люси лишь склонила голову, когда великий герцог направил взгляд на неё. - Я холошо хожу! - Ты всё равно не должна делать этого сейчас, даже если у тебя получается, - сказал мужчина какую-то бессмыслицу и поднялся со стула. Затем он обнял меня и подошёл к окну. - Что случилось? - Ну… Когда вы освободитесь сегодня? Герцог слегка нахмурился при моём вопросе. - Вы злитесь на меня из-за того, что я задаю бессмысленные воплосы? - Я решила забыть о предыдущем вопросе и быстро выкрикнула новый: - Что вы думаете об этой одежде? - Что ж, тебе идёт, - ответил он прямо. Похоже, не сердится – не поджимает губы. - Хе-хе, я слышала, что это вы купили мне её. - Верно. - Огломное спасибо, великий гелцог! Мне плавда нлавится! От моих слов на его лице промелькнула слабая улыбка. Возможно, он даже не осознал этой перемены. - Сейчас! Я быстро подмигнула в сторону двери. «Щёлк!» - раздался громкий щелчок фотоаппарата. Улыбка великого герцога испарилась в мгновение ока. - Что это было? - Э-э-это было… - Репортёр пребывал в ужасе. - Ты не можешь сказать внятно? Взглянув на герцога сияющими глазами, я была удивлена, обнаружив, какой «холодной» стала атмосфера. Люси и журналист только качали головами мелко дрожа. «Значит, Люси тоже боится разгневанного великого герцога». То, что она упорно пытается подавить свои реакции, было очевидно по её сжатым кулакам. - Это я позвала его. Вы говолили, что вам нужно сфотоглафиловаться и попасть в газету, велно?» Сидя на руках мужчины, я немного потянула его за шею, устраиваясь поудобнее и переключая взгляд герцога на себя, чтобы хоть как-то успокоить репортёра и бедную горничную. - Тебе не страшно?.. – глухо спросил он, наклонив голову. Во взгляде великого герцога, казалось, проскользнуло одиночество. - Стлашно? Я должна была испугаться? Глаза мужчины слегка расширились в ответ на мой вопрос. Я уткнулась головой в его шею и потёрлась макушкой, желая доказать, что мне не страшно. Рука великого герцога медленно поднялась и крепко обняла меня. У окна мы смотрелись как великан и небольшой жёлудь, который он обнимает. Так, прижимая меня, аристократ и сел в кресло в углу кабинета. - Вы сделали холоший снимок? - спросила я, повернувшись к репортёру. Тот осторожно подошёл ко мне и каким-то неловким жестом показал получившееся фото. Герцог на нём не источал своей привычной тёмной ауры. Он не казался резким. У него пропали вечно холодное выражение лица и отрицательная энергетика. Во всяком случае, на снимке и вправду можно было увидеть красивого мужчину, держащего блондинку со слегка шкодливым лицом. Нежная улыбка, которую у этого мужчины редко можно увидеть, красиво одетый ребёнок на его руках и свет фонаря, бьющий в окно, - это определённо был успех. - Плелесть! – захлопала я в ладоши, увидев изображение. Это оно! Это фотография, которую я хотела! На ней будто отец, которого разыграли, и его невинная дочь. Попади эта сцена в газету, очевидно, что многие будут интересоваться моей жизнью. Хотя уже сейчас и без того наблюдается рост продаж этих печатных изданий. - Получилось действительно мило и класиво! – взволнованно похвалила я работу репортёра. Тут великий герцог, до этого рассматривающий фото, аккуратно забрал его. - Люси. - Да, господин. Горничная уже пришла в себя и подошла к нему. Герцог протянул ей фотографию, но, как только женщина попыталась взять снимок, сразу отдёрнул руку. - Господин? – Люси в замешательстве пару раз моргнула глазами и посмотрела на своего хозяина. - Возьми фото и поставь его в рамку. - Что? - Я хочу поставить его в рамку. Горничная кивнула и немедленно начала действовать, исполняя поручение. - Хм, поставить в ламку? - Отныне этот снимок мой. - Что? Это холошая фотоглафия, её нужно опубликовать в газетах! Великий герцог слегка усмехнулся, услышав мои слова. - Кому принадлежит этот дом? - Вам. - Кто оплачивает труд репортёра? - Эм, вы. Герцог засмеялся. - Что на заднем плане фотографии? - Дом великого гелцога. - Чей дом? - Ваш дом… Я поняла, что противиться его воле бесполезно. Но, боже мой, я думала, что получила идеальный снимок!.. - Тогда, давайте сделаем ещё одно фото! Что ещё я могла предложить? Я же не смогу использовать этот снимок, потому что аристократ не желает уступать в этом вопросе. А ведь я так стараюсь ради его семьи. Поэтому я слегка надулась и попросила сделать фотографию повторно. - Обнимите меня. Плостите, сделайте, пожалуйста снимок ещё лаз. Но на мои слова герцог только покачал головой. - Мы не сделаем фотографию с этой же композицией. - Что?!.. - У меня уже есть эта. И, кроме того, я не хочу, чтобы кто-то ещё видел фото, подобное сделанному. Моё лицо вытянулось от негодования, и я взглянула на великого герцога. Тяжёлая атмосфера наполнила комнату. - Тогда… Эм… Тогда давайте сделаем снимок здесь! Услышав мои слова, аристократ чуть пошевелил рукой, дав разрешение репортёру снимать. Щелчок! Хоть я и не привыкла к звуку фотоаппарата, но на третий раз уже не вздрогнула. - Фото, - сказал журналисту герцог. Тот подбежал к нему и показал снимок, вышедший из волшебной камеры. - Хмм… - Великий герцог помахал фотографией и, думая о чём-то, спустил меня со своих колен, подтолкнув к окну. - Иди и сделай снимок. Дойдя до места, я попросила репортёра запечатлеть мой автопортрет. - Ах, юная леди, снимок получится намного лучше, если вы примите несколько поз. «Разная позировка?» Мне пришлось задуматься над его словами. Тем временем журналист поставил камеру на пол и показал несколько вариантов позирования. Я смотрела и думала, как через снимок показать удачливого ребёнка, получившего приз? - Всё нормально. Мы можем сделать любой снимок. - Эм… - Примите какую угодно позу. Просто встаньте в неё сейчас. Совершенно растерянная, я начала позировать. Раскинув руки в стороны, я пыталась казаться настолько счастливой, насколько это вообще возможно. Словно желая показать: это всё моё! Щелчок. Я сразу же проверила вышедший кадр… - Что это? - Солнце позади меня обволакивало моё тело, и создавалось ощущение, будто я стою где-то далеко. - Похоже на делево, котолое полажает молния… - Ох, это… - репортёр, также разглядывающий фото, не мог сказать ничего. Я слегка нахмурилась. Великий герцог взял снимок, посмотрел на него и расхохотался. - Достаточно хорошо, можно прямо сейчас опубликовывать в газете! Репортёр негодующе вскрикнул и задрожал. Тогда великий герцог поднял голову и сказал: - Следующая фотография. Мне пришлось сделать ещё несколько милых и красивых фото. Всё это время аристократ наблюдал за мной. Повезло, что я могла использовать мелкие предметы, меняя их положение на столе, чтобы избежать засветов от солнечных лучей. Вот я держу симпатичную чашку. Улыбаюсь глазами, сидя на диване. Приоткрываю рот и широко распахиваю глаза. Каждый раз, когда снимок был готов, герцог забирал его себе. Когда я устала и не могла больше фотографироваться, репортёр очень осторожно спросил: - Что ж, ваша светлость, какую... какую фотографию мне следует выбрать? Аристократ фыркнул и разложил снимки на столе. - Они все мои, – произнёс он с таким лицом, что стал похож на чудовище. Но, вроде, ему же понравились фотографии… - Тогда что будет в газете? - спросила я, слегка поджав губы. Всё это ради того, чтобы распространить весть в его добром поступке, а он отказывается сотрудничать! Всем своим видом на фото я пыталась показать: великий герцог замечательный! И какой был в этом смысл, если не будет напечатана хотя бы одна копия? - Пока ты ещё больна, я не могу использовать их. Ешь больше и набирай вес. Тогда ты полностью выздоровеешь, а кожа засияет. От его слов я открыла рот. Вот как, в этом есть смысл. Сначала нужно привести себя в порядок, а уже потом изображать счастливого ребёнка. Ведь никто не позавидует, если ты будешь маленьким и сухим, как саженец, поражённый молнией! «Но какого чёрта он просил меня сделать больше фотографий?» Я присмотрелась и увидела, что великий герцог смотрит на снимки с большим удовольствием. - Тогда что мне тепель делать? – моргнув, посмотрела я на него. Я пришла сюда, чтобы сфотографироваться и заодно поблагодарить герцога, но, по всей видимости, мой поход закончится безрезультатно. - Тебе пора возвращаться в кровать, – ответил аристократ с ничего не выражающим лицом и встал со своего места. Подойдя к столу, он открыл ящик и достал оттуда небольшую стеклянную банку. – Но ты сегодня пришла ко мне и так много сделала, поэтому я обязан тебе кое-что дать.